"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Почему сильнейший в мире флот не сможет выиграть войну на море. Часть 1

Американский военный эксперт Гарри Казианис, член секции оборонной политики Центра национальных интересов США и член секции национальной безопасности Потомакского фонда, в статье, опубликованной в издании The National Interest, специализирующемся на проблемах обеспечения национальной безопасности Соединенных Штатов, утверждает, что сегодня «Россия удвоила ставку в продвижении своего Военно-морского флота. Москва развивает еще более смертоносный класс подводных лодок, которые, благодаря своей малой шумности, превосходят своих предшественниц». По мнению Гарри Казианиса, российские субмарины типа «Лада» способны уничтожить американский флот.

Конечно, заокеанский эксперт ошибается: ВМФ РФ в настоящее время не может отправить на дно корабли ВМС США, поскольку сильно уступает им по суммарной мощи и численности боевых единиц. Не справятся с этой задачей и подводные лодки проекта 677 «Лада». Однако российскому флоту, несомненно, вполне по силам ликвидация самих Соединенных Штатов. Как утверждает китайский военно-морской эксперт Инь Чжо, «Россия является единственной страной, которая может уничтожить США своим морским ядерным оружием».

Ошибка Гарри Казианиса

Да, двенадцать российских атомных ракетных подводных крейсеров стратегического назначения (РПКСН) проектов 667БДР «Кальмар», 667БДРМ «Дельфин» и 955 «Борей», каждый из которых несет по шестнадцать межконтинентальных баллистических ракет (БРПЛ) Р-29РКУ-02, Р-29РМУ2 «Синева» или Р-29РМУ2.1 «Лайнер», а также Р-30 «Булава» с тремя-десятью ядерными боевыми блоками индивидуального наведения, могут, если и не смести Соединенные Штаты с карты мира, то сделать эту страну полностью недееспособной. И ситуация в этой области будет только усугубляться.

Как известно, основу российских стратегических сил составляют Ракетные войска стратегического назначения (РВСН). В ближайшие годы они пополнятся шахтными и мобильными МБР нового поколения «Ярс», а также новейшим мобильным комплексом «Рубеж» с ракетами, оснащенными маневрирующими гиперзвуковыми боевыми блоками. По подсчетам специалистов, для перехвата одной такой ракеты потребуется не менее 50 противоракет SM-3. Чуть позже на вооружение российских РВСН поступят боевой железнодорожный ракетный комплекс «Баргузин» и тяжелые МБР «Сармат» стартовой массой 210 т, что позволит «брать на борт» 10 гиперзвуковых блоков мощностью по 750 кт каждый и атаковать США со всех сторон.

Поскольку Соединенные Штаты не оставляют мечту о создании глобального противоракетного щита, совершенствуются и морские стратегические ядерные силы (МСЯС) России. Их преимущества очевидны: высокая скрытность, мобильность и выбор позиций в Мировом океане, откуда атака противником мало ожидаема. На вооружение ВМФ РФ в последние годы поступили три РПКСН проекта 955 «Борей» с БРПЛ Р-30 «Булава». Сейчас в различных стадиях постройки находятся четыре РПКСН улучшенного проекта 955А, а на июль этого года запланирована закладка восьмой лодки серии. Одновременно ведутся работы по модернизации БРПЛ «Булава» с целью расширения ее возможностей по преодолению существующих и перспективных средств ПРО.


Вероятные удары российскими средствами стратегического сдерживания по территории Соединенных Штатов.

РПКСН проектов 955 и 955А предназначены для замены трех атомных подводных ракетоносцев проекта 667БДР на Тихом океане и частично РПКСН проекта 667БДРМ на Северном флоте, которые в настоящее время составляют основу российских МСЯС. Затем, очевидно, начнется строительство еще более совершенных субмарин проекта 955Б с новым ракетным комплексом.

И все-таки лихорадочные попытки Соединенных Штатов совершенствовать средства противоракетной обороны заставляют военно-политическое руководство России, российских ученых и конструкторов искать принципиально новые инструменты преодоления ПРО. Это, например, авиационные малозаметные стратегические крылатые ракеты Х-102 с дальностью стрельбы до 5500 км, неядерные варианты которых – Х-101 – продемонстрировали высокую точность и эффективность при атаках объектов запрещенной в России террористической организации «Исламское государство».

У российского ВМФ есть и иные средства стратегического сдерживания. Мы имеем в виду крылатые ракеты морского базирования. Их эффективность подтвердила дизель-электрическая подводная лодка Б-237 «Ростов-на-Дону» проекта 06363 «Палтус». Она с высокой точностью поразила ракетами 3М14 комплекса «Калибр-ПЛ» цели на территории Сирии, где развернули свою деятельность террористы.


Пуск крылатой ракеты «Калибр-НК» с борта малого ракетного корабля проекта 21631 «Буян-М»

Наличие таких ракет придает военно-морским силам большую гибкость. Ими можно атаковывать самые разные береговые цели: портовые терминалы, нефтегазовые хранилища, промышленные объекты, военные базы, штабы и командные пункты, органы государственного или регионального управления – на разную глубину территории противника обычными или ядерными зарядами. Поэтому сама постановка вопроса о том, сможет ли флот одной страны победить ВМС другой на море, если и не теряет смысл, то, во всяком случае, нивелирует его содержание. Зачем скрываться в глубинах, гоняясь за кораблями и судами, совершать сложные маневры и построения, придумывать хитрые тактические приемы, при этом подвергая себя значительному риску, если можно найти «тихий омут» в море или океане и наносить по противнику смертоносные удары?

Во второй половине декабря прошлого года увидел свет доклад разведки ВМС США «ВМФ России. Историческая трансформация», в котором помещены две очень впечатляющие схемы. На первой отображены радиусы поражения крылатыми ракетами «Калибр-НК», которые могут быть запущенны российскими надводными кораблями из акваторий Каспийского, Черного, Балтийского и Баренцева морей. При дальности полета 1000 миль, то есть порядка 1852 км (заметим, что ряд авторитетных источников утверждает, что максимальная дальность действия этих крылатых ракет составляет 2000 км и даже 2500 км), под их удары попадет территория всей Европы, за исключением Испании и Португалии, большей части государств Центральной Азии, а также ряда стран Ближнего Востока.

На второй схеме показано, как «жертвами» ракет «Калибр-НК» станут Япония, Корея и Аляска. Очевидно, доклад составлялся до того, как подводная лодка «Ростов-на-Дону» атаковала ракетами «Калибр-ПЛ» объекты террористического государства. Иначе в этом труде пришлось бы размещать и третью схему, на которой была бы показана добрая половина территории Соединенных Штатов, которая может стать объектом потенциальных ударов крылатыми ракетами российских субмарин.




Радиусы поражения целей ракетами «Калибр» в Европе и на Дальнем Востоке. Схемы из доклада разведки ВМС США «ВМФ России. Историческая трансформация».

То есть американский эксперт Гарри Казианис видит угрозу не там, откуда она исходит на самом деле. Он демонстрирует традиционный, устаревший, а в итоге – инерционный и ошибочный взгляд на соперничество, противостояние и войну на море. И такой взгляд сегодня доминирует. Не только в Соединенных Штатах и Западной Европе, но и к востоку от нее. Эта «инерция стиля» опирается на теории Альфреда Мэхэна (1840-1914) – контр-адмирала ВМС США и автора ряда, без преувеличения, эпохальных для своего времени работ по истории военно-морского искусства, прежде всего британского.

По Мэхэну, морская мощь (Sea Power) – важнейший фактор борьбы за мировое лидерство, а завоевание господства на море – главное условие победы в любой войне. В конце XIX-начале XX веков мировым гегемоном, даже мировым монополистом, была Великобритания. От эпохи королевы Елизаветы (1533-1603) это островное государство вело ожесточенную борьбу за владение морем. И фактически добилось своего.

Однако на рубеже XIX-XX веков его стала «поджимать» молодая Германия, что в итоге и привело к Первой мировой войне. Она, кстати, продемонстрировала серьезную «эрозию» идей Мэхэна. Если бы Берлин сделал ставку не на линейные силы, как того требовали постулаты американского теоретика, а на всемерное развитие подводных лодок, наверняка, удалось бы поставить Лондон на колени. Но этого не случилось. Итоги Великой войны известны. Германия временно выбыла из числа великих держав.

Сейчас мало кто об этом помнит, но после окончания Первой мировой войны главными противостоящими сторонами в следующей мировой войне считались Великобритания и новый молодой претендент на мировую гегемонию – Соединенные Штаты, обладавшие значительным флотом и мощной промышленностью. Если бы не реваншистское «возрождение» Германии под знаменем фашизма и милитаристский угар императорской Японии, так оно, наверняка, и случилось бы.

Вторая мировая война на море тоже была ожесточенной, но в ее ходе так любимые Мэхэном линкоры окончательно сошли со сцены. Доминировать же стали подводные лодки и авианосцы. На последние как бы перешли функции линкоров.

В поствоенную эпоху новому гегемону – ВМС США – бросил вызов ВМФ СССР. Случилось это в момент очередного этапа военно-технической революции, когда на смену обычной энергетике пришла атомная, пушкам – ракеты, а порохам – ядерные боезаряды. Во главе ВМФ СССР с 1956 г. по 1985 г. стоял выдающийся теоретик и практик «неомэхэнизма» – Адмирал флота Советского Союза Сергей Горшков. «Новое мышление», «перестройка» и последующее крушение великой державы положили конец острому соперничеству на морях двух держав.

В начале 1990-х годов Соединенные Штаты, вышедшие победителями в холодной войне, казалось, обрели, наконец, право называть себя державой №1 в мире. Разумеется, вслух об этом не принято было говорить, но Вашингтоном данное ощущение стало восприниматься как аксиома. Хотя в соперничестве с «Советами» США подорвали свою экономическую мощь.

Короткое и во многом мнимое право сильного нашло отражение и в военно-морском строительстве. Из-за перегрева бюджета, войн в Ираке и Афганистане последовали сокращения ассигнований на военные программы, в том числе на нужды ВМС. Стали популярными идеи «постмэхэнизма», согласно которым США и другим западным странам следует иметь на море преимущественно полицейские силы. Они призваны выполнять главным образом небоевые миссии. К ним относятся борьба с пиратами и наркоторговлей, проведение контртеррористических и спасательных операций, регулирование миграционных потоков на море, охрана рыболовства, контроль исключительной экономической зоны, мониторинг и защита окружающей среды, гуманитарные задачи в прибрежных и архипелажных водах, другие подобные функции. То есть речь зашла о создании при участии военных флотов «режима наибольшего благоприятствования на море» для Соединенных Штатов и их ближайших союзников.

Появилась мода на корабли, которые лишь с известной натяжкой можно назвать боевыми. Это, например, получившие широкое распространение в мире патрульные корабли открытого моря (OPV). Они стоят недорого и несут чисто символическое вооружение, но имеют приличную мореходность и дальность плавания. Фактически OPV взяли на себя функции пограничных сторожевых кораблей, однако для боя не годятся.

К тому же ряду можно отнести американские литоральные боевые корабли (ЛБК) с «накрученной» электроникой и оснащаемые сменными модулями с вооружением. Однако несмотря на огромные усилия и колоссальное затраты, с модулями до сих пор дело не клеится. Впрочем, невзирая на критику со стороны моряков и Конгресса, закладка и строительство «литоралов», которых для повышения их статуса переквалифицировали во «фрегаты», продолжаются. Почему? Тут тоже срабатывает инерция стиля. К их созданию привлечено около 900 больших и малых американских корпораций и компаний. Это не только большие деньги, но и занятость, а, значит, и политика. Поэтому программа ЛБК вопреки здравому смыслу инерционно обречена на продолжение.

Можно назвать еще ряд программ, которые сегодня не расширяют, а сужают возможности американского флота. Но не будем сыпать соль на раны.

Когда Альфред Мэхэн выстраивал свои теории, опираясь на опыт парусных флотов, уже появились первые весьма несовершенные подводные лодки. Он, конечно же, и представить себе не мог, что эти уродливые создания со временем получат возможность атаковать всю территорию Соединенных Штатов, разрушая прежние представления о морской мощи.

«Палтус» + «Лада» = «Калина»

Было бы неверным утверждать, что все постулаты учения Мэхэна устарели. Некоторые из них актуальны и в наше время. Например, о том, что оборону своих берегов лучше начинать у берегов противника. Только теперь этот принцип можно и нужно трактовать иначе. Даже более слабый флот, но располагающий должным количеством атомных и неатомных подводных лодок, вооруженных баллистическими и крылатыми ракетами, способен создать реальную угрозу более сильному в военно-морском плане государству.


Дизель-электрическая подводная лодка проекта 677 «Лада» – одна из самых малошумных в мире

Тут следует заметить, что называвшаяся Гарри Казианисом в качестве главной угрозы американскому флоту дизель-электрическая подводная лодка проекта 677 «Лада», действительно, благодаря своей малой шумности, превосходит современные отечественные и зарубежные аналоги. Что неудивительно. Ведь первоначально она задумывались как «убийца себе подобных», то есть как противолодочная – для охраны своих баз и портов. Потом уже ее довели до уровня многоцелевой. Однако «родовые черты» остались, в том числе достаточно скромные габариты (длина – 66,8 м, диаметр прочного корпуса – 7,1 м). Для продолжительных океанских плаваний даже оснащенная современными средствами автоматизации, что позволило уменьшить экипаж до 35 человек, лодка из-за затесненности помещений не очень подходит. Очевидно поэтому командование ВМФ РФ решило ограничить серию тремя единицами, предназначенными для действий на Балтике.

В то же время ДЭПЛ проекта 06363 – последняя версия широко известных в мире субмарин семейства 877/636 «Палтус» (Kilo – по западной классификации) демонстрируют самые высокие качества среди лодок своего класса. Вот почему было принято разумное решение не ограничиваться серией из шести единиц для Черноморского флота, а построить еще шесть ДЭПЛ для Тихоокеанского флота по несколько измененному проекту, более отвечающему требованиям этого театра. Это намерение объясняется необходимостью «преодоления появившегося в постсоветский период отставания подводных сил России от Японии».

Действительно, Страна восходящего солнца, располагающая третьим по боевому потенциалу флотом на Тихом океане, сегодня имеет очень современные подводные лодки. «Палтусы» с крылатыми ракетами «Калибр-ПЛ» способны отрезвляюще действовать на тех японских политиков, которые бредят о возвращении «северных территорий». И не только на них. В случае надобности новые российские субмарины могут развертываться в целях стратегического сдерживания у берегов Соединенных Штатов.

И все-таки ВМФ РФ испытывает острую потребность в неатомной подводной лодке нового поколения. И такой корабль уже создается ЦКБ МТ «Рубин». Об облике будущей НАПЛ, чей проект получил шифр «Калина», известно мало. Но можно предположить, что в ней воплотятся лучшие черты «Палтуса» и «Лады»: низкая шумность, способность далеко «слышать» противника, большая дальность плавания и глубина погружения, комфортные условия для обитания экипажа и мощное вооружение.


«Новороссийск», головная ДЭПЛ проекта 06363, – носитель крылатых ракет «Калибр-ПЛ».

Тут стоит напомнить, что при строительстве головной «Лады» – ДЭПЛ «Санкт-Петербург» – на лодку внедрили более 130 образцов новейшего радиоэлектронного и корабельного оборудования. Справедливости ради, нельзя не сказать, что далеко не вся эта техника работала должным образом. Однако большая ее часть продемонстрировала выдающиеся возможности. И эта техника, безусловно, найдет свое место на «Калине».

На субмарине, несомненно, будет размещена вспомогательная воздухонезависимая энергетическая установка с электрохимическими генераторами, работа над которой в России уже завершается. Она позволит лодке долгое время находиться под водой без всплытия на поверхность. Не исключено, что на «Калине» установят также энергоемкие литий-ионные аккумуляторы для развития высоких подводных скоростей.

Кроме торпедных аппаратов, через которые можно выстреливать торпеды, ракето-торпеды и крылатые ракеты, а также ставить мины, на «Калине», вероятно, появятся десять вертикальных пусковых установок для крылатых ракет «Калибр-ПЛ» и «Оникс». Такой пакет пусковых установок был разработан для экспортной версии «Лады» – ДЭПЛ типа «Амур-1650». На НАПЛ пятого поколения будет предусмотрено размещение боевых пловцов и средств их доставки к месту работы.

Не стоит забывать и об атомоходах. Темпы их строительства уступают сборке ДЭПЛ и НАПЛ, а затраты значительно превышают объем средств, которые требуются неатомным субмаринам. Но они продолжат пополнять российский флот. «В 2016 г. первостепенное значение будет уделено усилению ядерных «стратегов» и ядерных многоцелевых подлодок на Северном и Тихоокеанском флотах», – заявил недавно заместитель главнокомандующего ВМФ РФ вице-адмирал Александр Федотенков. Как уже отмечалось, в текущем году будет заложен восьмой ракетный подводный крейсер стратегического назначения проекта 955 «Борей». Начнется строительство и шестой многоцелевой атомной подводной лодки проекта 885 «Ясень». Ряд АПЛ третьего поколения для повышения их боевого потенциала пройдет модернизацию.

А. Мозговой
Tags: Военный отдел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments