"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Category:

Собственная Его Императорского Величества охрана: 1882-1917

«Денщик в генеральском мундире»

Вскоре из трагических событий 1 марта были извлечены уроки. Взошедший на престол после гибели отца Александр III понимал, что на его жизнь тоже будут покушаться террористы и допустить гибель двух Императоров подряд было бы катастрофой для России. Поэтому он переехал в Гатчину и всячески поддерживал меры по коренной реорганизации своей личной охраны. Именно при Александре III, по мнению некоторых специалистов, началась подлинно профессиональная история подразделений государственной охраны в Императорской России. Означает ли это, что находиться под охраной Царю нравилось больше, чем его покойному отцу? Едва ли. Но именно Александр III и его окружение поняли, что без четко отлаженной системы охраны никак не обойтись и ради спасения жизни привычками можно и пожертвовать.

В основу формирования новой концепции безопасности был положен принцип единства системы комплексной охраны Императорской фамилии, включавшей в себя гвардейские части, специальные воинские формирования, общеимперские и дворцовые спецслужбы.

11 августа 1881 года Александр III утверждает проекты штатов охранных структур и положения об охране Его Величества, а это уже четкий признак стратегического мышления и концептуального подхода к любому масштабному замыслу.

Одним из авторов проекта реорганизации личной охраны Александра III стал генерал-майор свиты Петр Александрович Черевин. После утверждения проекта 3 сентября Петр Черевин был назначен Царем на должность главного начальника Собственной Его Императорского Величества охраны.

Служба просуществовала практически до 1917 года. Петр Александрович Черевин собрал воедино все разрозненные службы, централизовал и расширил систему охраны. Большое внимание уделялось обучению личного состава стрельбе из штатного оружия. Принятые меры оправдались: в марте 1887 года служба предотвратила покушение «террористической фракции» партии «Народная воля» на Александра III. При подготовке покушения был арестован Александр Ульянов - старший брат Ленина.

В 1888 году Петр Александрович Черевин установил порядок проверки кандидатов на поступление в охранную службу. Новая структура представляла собой специальный орган, вся деятельность которого была направлена только на выполнение функций всестороннего обеспечения безопасности Императора и августейшей семьи. Ее создание открыло новый этап в развитии института государственной охраны в России тех времен.

Петр Черевин был личностью, несомненно, яркой. Он имел свое мнение, умел его отстаивать даже перед монаршей особой, а также был чрезвычайно остер на язык. Например, министра внутренних дел Ивана Николаевича Дурново Петр Александрович охарактеризовал хлесткой фразой «глуп во весь рост».

К Петру Александровичу уважительно относились Императрица Мария Федоровна и Царские дети. Он это ценил и был верным слугой Императора, готовым выполнить любое его распоряжение. Черевин не считал для себя зазорным заниматься такими вещами, как, например, срочная доставка прусского мундира Императора из Петербурга в Брест на военные маневры. Этот мундир потребовался Александру III, поскольку неожиданно для российской стороны учения выразил желание посетить Вильгельм I.

Или вот такое деликатное поручение — поиск кормилицы для Царских детей. Поскольку Императрица Мария Федоровна не кормила детей грудью, понадобилось найти кормилицу, причем не абы какую: Александр III настаивал на том, чтобы эта женщина была внешне похожа на его августейшую супругу. Петр Черевин и с этой задачей справился достойно. В общем, ситуация, когда главный телохранитель первого лица становится для него еще и близким другом и хранителем его тайн, типична для российской охраны еще с царских времен. С тех пор руководителям личной охраны не раз приходилось попадать в самый центр ближнего окружения охраняемого лица. Такова его работа: знать то, чего больше никто знать не должен.

Как и у многих независимых и, главное, профессионально состоявшихся людей, у Петра Александровича было множество недоброжелателей. И вовсе не только в революционном лагере, но и среди вроде бы своих — в царском окружении. Революционер Бурцев писал, что, когда младший брат Царя Великий князь Владимир Александрович, взбешенный неуместными, по его мнению, действиями Черевина, горько жаловался на безнаказанность любимца своего брата, Царь очень хладнокровно посоветовал ему: «Если ты обижен, вызови его на дуэль, а что же ты клянчишь?». Вот так Царь стоял за своего начальника личной охраны. Не помешало даже то, что Великий князь Владимир Александрович и Александр III выросли вместе и их очень многое связывало.

Да и сам Бурцев, хоть и называл Петра Черевина «главным столпом русской реакции», все же отдавал ему должное: «Черевин был очень смышленый, остроумный и в домашнем обиходе даже добродушный человек, но совершенный политический дикарь и глубокий невежа: тип денщика в генеральском мундире. Александра III он боготворил».

Слово «денщик», которое революционер Бурцев, видимо, не утруждавший себя особыми размышлениями на темы обеспечения личной безопасности Царя, употребил как уничижительное для Черевина, в данном контексте можно считать скорее комплиментом.

Известный общественный деятель того времени Александр Половцов писал о Черевине, что это был человек «умный, добрый, честный» и, «находясь безотлучно при государе, при несомненном природном уме и безукоризненной честности имел огромное влияние, особливо в вопросах личных».

Положительно характеризовал Петра Александровича и граф Сергей Юльевич Витте: «Черевин был человек общества, с обыкновенным образованием, но с большим здравым смыслом и умом; до известной степени он был остроумен, но был очень склонен к употреблению крепких напитков. Я не сомневаюсь, что он подавал всегда хорошие советы».

Грамотное руководство и складывающийся профессиональный подход к системе личной охраны принесли свои плоды: ни одно из покушений на Александра III не увенчалось успехом.

После смерти Александра III (20 октября 1894 года) Николай II оставил на своих постах всех старых министров, в том числе и Петра Черевина, который продолжал возглавлять царскую охрану. Однако злоупотребление алкоголем и склонность говорить правду в глаза, вероятно, послужили причиной того, что при Императоре Николае II Петр Александрович, формально оставаясь в должности дежурного генерала, был совершенно удален от двора.

«Японский городовой!»

Здесь мы вернемся на несколько лет назад, чтобы рассказать о покушении на Николая Александровича, которое случилось еще до его воцарения.

В 1890–1891 годах по старой традиции русских престолонаследников Николай совершал большое путешествие по миру. В апреле 1891 года в сопровождении греческого принца Георга он прибыл в Японию. 29 апреля принцы отправились в город Оцу (Отсу), где из-за узких улочек не смогли передвигаться в своих конных экипажах и были вынуждены обратиться к услугам рикш. Придворный этикет требовал, чтобы японские полицейские, охранявшие почетных гостей, постоянно находились к ним лицом — похвальная учтивость, но полное безумие с точки зрения организации охраны!

Поэтому один из полицейских смог беспрепятственно броситься на цесаревича с саблей и нанести ему два удара по голове. Истекающему кровью Николаю пришлось спасаться бегством, как в свое время его деду Александру II... К счастью, нанести третий удар покушавшийся не смог: его схватили принц Георг и рикши. Говорят, с тех самых пор и появилось в России ругательство «Японский городовой!»…

«Не покидайте своих жилищ»

По сравнению с рубежом 1870–1880-х годов во времена начала николаевского правления ситуация в России была гораздо более стабильная. Это заслуга Александра III, которому удалось сбить волну народовольческого терроризма, поэтому первые годы правления его сына проходили в относительном спокойствии. Тем не менее структура охраны Императора продолжала совершенствоваться и при Николае II.

Петр Черевин подготовил проект записки, в которой отмечал, что в случае упразднения должности «Дежурного при Его Императорском Величестве генерала» было бы целесообразно все охранные структуры, находившиеся в его ведении (Сводно-гвардейский батальон, 1-й Железнодорожный батальон, Дворцовую полицию, Инспекцию Императорских поездов, Канцелярию Дежурного генерала), подчинить министру Императорского двора, с присвоением ему прав и обязанностей Дежурного генерала.

Последним крупным мероприятием, подготовленным при участии Петра Черевина, стала подготовка к церемонии коронации Николая II. В 1896 году он лично выезжал в Москву, где провел совещание руководителей всех подразделений, отвечавших за безопасность Царя. Ходынская давка унесла почти 1,5 тысячи жизней, как писал в дневнике Николай II, «случился великий грех». Но произошла она до прибытия на поле «охраняемого лица».

Последним решением Петра Александровича Черевина было распоряжение о возложении на Дворцовую полицию обязанностей по обеспечению первых лиц страны телефонной спецсвязью. Сделал он его буквально за два дня до своей смерти, 17 февраля 1896 года.

Впоследствии ни один из преемников Петра Черевина не смог заслужить и части того доверия, которым он пользовался. Что особенно важно, свое огромное влияние сам он не употреблял ради политических интриг, всячески от них дистанцировался и честно выполнял свои прямые обязанности. Система охраны, сформированная при его участии в 1881 году, без особых изменений просуществовала до начала 1905-го, когда Россию накрыла новая, еще более страшная волна терроризма.

Народовольцев сменили эсеры. Руководители охранных структур открыто признавали свое бессилие перед лицом эсеровского террора. Глава Департамента полиции генерал Леонид Александрович Ратаев, курировавший своего агента Азефа, признавал, что «еще не было случая, чтобы охрана спасла кого-нибудь от смерти. На глазах этой охраны, так сказать, под самым ее носом, у самых ворот Департамента полиции министра обкладывали и травили, как дикого зверя».

Генерал Александр Васильевич Герасимов, возглавлявший с 1905 по 1909 год Петербургское охранное отделение, признавал, что «ничего иного не оставалось, как сказать находящимся под угрозой террора высоким особам: "Террористы замышляют против вашей жизни. Они нам неизвестны. Мы не можем ничего против них предпринять. Мы можем вам только одно рекомендовать: если вам дорога собственная жизнь, не покидайте своих жилищ"».


Николай II в окружении охраны


Цена беспечности

В январе 1906 года в Санкт-Петербурге по инициативе дворцового коменданта Дмитрия Федоровича Трепова был создан особый отряд. Задачей отряда была охрана Царя при выездах за пределы дворцовых резиденций. Его создателем и руководителем стал Александр Иванович Спиридович. В расписаниях занятий для бойцов были гимнастика на машинах (тренажерах), теория филерского наблюдения, словесный портрет, сведения об оружии и стрельба, история революционного движения, чтение планов и карт, отечествоведение, русский язык и русская история. Занятия шли с понедельника по субботу включительно — с 8 до 11:30. Раз в неделю проводилась духовная беседа.

В том же 1906 году произошло еще одно важное для истории российской охраны событие: был создан С.Е.И.В. гараж. В императорском гараже служили 30 водителей, 30 мыльщиков, 30 механиков. Во время выездов Николая II на отдых в Ялту руководство гаража сопровождало его вместе с семьями.

К 1917 году в России сложилась эффективная и профессиональная система охраны первого лица — с подбором кадров, обучением и расстановкой.

История сохранила не так уж много подробных сведений о людях, служивших в тогдашней Императорской охране. Но, несомненно, в числе самых ярких и колоритных из них был Тимофей Ящик — кубанский казак, служивший в С.Е.И.В. конвое. В 1914 году Царь со словами «Я беру этого Ящика!» назначил его своим лейб-казаком — личным телохранителем. После начала Первой мировой войны Тимофей Ксенофонтович сопровождал Николая II в поездках на фронты, в театре всегда стоял на посту рядом с царской ложей.

Когда срок службы Тимофея Ящика у Царя закончился, он стал телохранителем вдовствующей Императрицы Марии Федоровны. После падения монархии он продолжал охранять ее в Крыму, а затем последовал за ней в эмиграцию в Данию и оставался рядом с Императрицей до ее смерти. Вот достойный пример преданности телохранителя: если служить охраняемому лицу, то до конца и невзирая ни на какие политические катаклизмы. На родину Тимофей Ксенофонтович так и не вернулся — умер в Дании в 1946 году.

Николай II в целом не пренебрегал охранными мерами и достаточно серьезно относился к любой тревожной информации Департамента полиции. Он вырос среди плотной охраны, окружавшей его отца, и ее присутствие было для него привычным.

Подводя итог, можно сказать, что противоборство между царской охраной и террористами во второй половине XIX — начале XX века в целом складывалось в пользу последних. Охранные службы постоянно сталкивались с двумя взаимосвязанными проблемами: с одной стороны, это были новые вызовы в лице революционеров-бомбистов, с другой — непобедимый фатализм самих Царей, их традиционное пренебрежение к охране своей жизни. Террор все усиливался, а самодержцы продолжали полагать, что наличие телохранителей — признак трусости Монарха, его закрытости от своего народа. И что, в общем, не царское это дело — с охраной ходить.

А. Моисеев
Tags: Государство Российское
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments