"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

5 лет без Г.Л. Лукина (часть 1)

5 лет назад, 22 декабря 2009 года, в Буэнос-Айресе скончался Георгий Львович Лукин. Что это был за человек и почему мы сегодня о нем говорим? Сын Русского Офицера, участника Белой Борьбы и РОВС. Георгий Львович, рожденный на чужбине, с детских лет встал на путь Служения России. Служить можно крестом, мечом, но Г.Л.Лукин выбрал самый сложный путь - национального воспитания русского юношества рожденного, как и он сам, вдали от Родины. Георгий Львович стал инструктором , а в последствии и скаутмастером Организации Российских Юных Разведчиков (ОРЮР). Всю свою осознанную жизнь он посвятил русским детям в изгнании. Прибыв после окончания Второй Мировой Войны из Европы в Аргентину, первым делом он организовал Дружину "Град Китеж" и гимназию ОРЮР, которые существуют в Аргентине и по сей день. И то, что в этой Южно-Американской стране продолжают говорить и думать по Русски, сохранять Православную Веру и Верность Исторической России, заслуга и ныне поминаемого Георгия Львовича Лукина, оставившего нам отчет о своей 60-летней разведческой работе в Европе и Южной Америке "Служение России".

А. С. Терзов

СЛУЖЕНИЕ РОССИИ - ШЕСТИДЕСЯТИЛЕТНИЙ ОТЧЕТ

Цель ниже публикуемой статьи - осветить те места нашего служения, которые по каким-то причинам не упоминались или замалчивались. Одновременно это отчет за шестьдесят лет служения. Идея ОРЮР во многих местах выветрилась или даже исчезла навсегда. ОРЮР, как мы ее понимаем, существует только в ОРЮР - Южной Америки. В большинстве Отделов организация вернулась к Русскому Скаутизму. Русскую Скаутскую Организацию привезли на Родину, и она влилась в поток скаутских организаций, возникших, по разным причинам, там.
Русские Скауты тоже принесут пользу нашим детям и молодежи, если к скаутизму со штрихами ОРЮР местные руководители отнесутся не как к перемене вывески, а с Идеологией, Альтруизмом и Любовью За Россию! Бог в помощь! Счастливой разведки!

Скм. Г. Лукин

ВВЕДЕНИЕ

В тот момент, когда последний пароход генерала Врангеля уходил из России, имея на борту скаутов-разведчиков, вошел в Севастополь английский корабль, на котором прибыл из Константинополя скаутмастер Борис Солоневич, чтобы продолжать скаутскую работу на Родине. Из его книги «Молодежь и ГПУ» мы знаем о его деятельности и героике тех времен. Вот уже в это время стала ясно очерчиваться полоса, делящая Юных Разведчиков от Скаутов. Что важнее: Россия или организация?

Юные Разведчики ушли в эмиграцию, как непримиримые враги большевиков, чтобы оттуда служить России. Скауты остались, надеясь служить России в большевицких условиях, стараясь сохранить организацию, во что бы то ни стало.

Чем это все кончилось в России, мы знаем: аресты, допросы, ссылки, концлагеря, запрет, расстрелы, пионеры, и дальше - комсомол и партия.

Что же случилось в эмиграции? Этому вопросу посвящаются последующие строки...

МИРОВОЗЗРЕНИЕ ЭМИГРАЦИИ

Чтобы понять и усвоить мировоззрение русской эмиграции, нужно сделать краткий анализ событий, с ухода в эмиграцию белых частей, вплоть до сегодняшнего дня.

Кончилась Гражданская война. Родину покидают с оружием в руках Белые воины. С генералом Врангелем уходят 150.000 (считая женщин и детей). Предположим, что с генералом Юденичем уходят 200.000. С генералом Миллером 200.000. На Дальнем Востоке ушло 450.000. Всего: 1.000.000 человек. Однако мы знаем, что за границей оказалось 2.500.000 человек. Если отнять из этой цифры белых, т.е. 1.000.000, остается 1.500.000 человек.

Кто эти люди? Белые? Нет, это беженцы, самые разношерстные, начиная с социалистов, кончая перепуганными обывателями, которые, узнав большевиков, их смертельно испугались и ушли куда глаза глядят. Там и выходцы из соседних стран, и аристократы, и люди культуры, и ученые, и купцы - все, кроме рабочих и крестьян.

Это русская диаспора, но не БЕЛЫЕ ЭМИГРАНТЫ, и она от имени БЕЛЫХ говорить не может и не имеет права - во все времена.

Тон за границей задавали БЕЛЫЕ. Они были организованы в Русском Общевоинском Союзе (РОВС) с Великим князем Николаем Николаевичем, Врангелем, Кутеповым и Миллером во главе. У них был ореол рыцарей, боровшихся за Россию, против большевиков, всегда готовых эту борьбу возобновить.

Белые никогда не считали советское пролетарское государство каким-нибудь видом России.

Пролетарское государство - не их Родина. Родина захвачена преступниками, и с ними нужно бороться, всеми силами и способами добиваясь ее освобождения.

То, что большинство жителей России добровольно отдалось в рабство большевикам и поддалось их пропаганде и промыванию мозгов, это их историческая ошибка. Это несчастье. Но это не меняет ситуацию. Большинство ошиблось, и оно должно исправить свою ошибку, вернувшись к русским национальным истокам.

История Белой эмиграции полна героизма и личного, и общего. Белые все время высоко держали свое знамя, с тем, чтобы его донести до России незапятнанным и неоскверненным. Они были непримиримы к большевикам-коммунистам.

Война немцев против Сталина и СССР открыла новую возможность борьбы с большевиками для Белой эмиграции. Открыла новую возможность продолжения гражданской войны, за спасение России.
Русский Корпус в Белграде создался после 20 лет советской власти. Добровольцы, и стар и млад из эмиграции, самозабвенно пошли на бой. Молодежь ордена НТС спешила на выручку своему народу.

То, что мы воспользовались немцами и пошли за Россию, это логическое продолжение Белого Дела, и не большевистским коллаборантам нас критиковать.

80.000.000 человек осталось на оккупированной немцами территории нашей Родины. 4.000.000 составляла цифра из военнопленных, перебежчиков и насильно вывезенных на работу в Германию.

О всех них Советская власть не пеклась, а объявила их поголовно предателями Социалистической Родины, со всеми выходящими из этого последствиями: расстрелами, ссылками и концлагерями.

Мы, старая эмиграция, пошли на помощь своим соотечественникам, идя на риск быть арестованными и даже уничтоженными. К нам присоединились впоследствии все русские, из разных волн, кому наше мировоззрение и принципы подходили.

Когда началось Русское Освободительное Движение - РОА - старая эмиграция и тут включилась в борьбу за Россию, несмотря на то, что не все соответствовало ее духу и взглядам.

Провал Компартии в России не дал поворота и не повернул резко на национальные рельсы. Топчется она, как и раньше, на социалистическо-большевицком месте, с теми же людьми, в сущности, врагами нашей великой Родины.

Наша непримиримость продолжается. Нашей России еще нет.

Родясь, развиваясь и войдя в русскую зарубежную жизнь в вышеописанных условиях, русская молодежь должна быть:
Непримиримой - антибольшевицкой, т.е. политичной.

Истинно Православной, а не тепленькой в религиозном отношении.
Патриотичной - в широком понимании Российской Империи.
Готовой к беззаветному служению Исторической России.

Должна бесконечно любить Родину - Россию, нашу родную мать.
Нужно знать ее славную историю и культуру, без советского грима.
Вот выдержки из книги Гэорга Кинга «Человек, который убил Распутина», глава «Эмиграция», стр. 248:

«Эти эмигранты поддерживали память о Российской Империи и воспитывали своих детей в соответствии со своими принципами. Юноша, воспитанный в эмиграции вспоминает:

«Я всегда мечтал о России. Все мое поколение было так воспитано. Мы жили Россией, о ней мечтали, для нее мы работали и с мыслью о ней засыпали... Это было даже до некоторой степени нереально... но нереально как потерянный рай.

Все, что наши родители вспоминали о России, было прекрасно, грандиозно, могущественно, славно и неповторимо. Темные стороны, неприятности как-то стирались из их воспоминаний. Вот они нас и воспитывали в этих мечтах; мы выучили язык, историю, географию, литературу и русскую культуру, и мы жили в этой культуре. Вспоминаю, что, когда мне было 15 лет, кто-то меня спросил, почему я не хочу стать французским гражданином, а я ему ответил, что хочу быть русским и что предпочту умереть в России, чем заграницей...»

ИСТОРИЧЕСКАЯ ПРАВДА

Не пора ли нам, свидетелям событий, начиная с конца тридцатых годов по сей день, сказать правду, сняв табу с запретных тем, в которые входит и история Организации Российских Юных Разведчиков (ОРЮР).

В тридцатых годах молодежь РОВСа, дети лучших Белых борцов, решили перейти в наступление на большевиков. Это была национальная молодежь русской эмиграции, сперва назвавшаяся «Национальный Союз Русской Молодежи», впоследствии переименовавшаяся в «Национально-Трудовой Союз Нового Поколения» (НТСНП). Цель была простая: противопоставить марксизму-ленинизму другую идею, основанную на солидарности и патриотизме. Белая эмиграция не была равнодушна к судьбам России, и к этому движению примкнули многие ее представители и почти поголовно - молодежь, вернее, главным образом, ее природные вожаки-лидеры.

Состоять в НТСНП в те времена было большой честью, тем более, что это участие было связано с целым рядом испытаний, экзаменов и исполнения поручений, что создавало специально привлекающую атмосферу.

Те из молодежи, кто не участвовал в НТСНП, намекали в разговорах, что они сочувствуют «Союзу» и стоят близко к нему (НТСНП - Союз). Хотя отделы Союза были и во Франции, и в Германии, и в Польше, и в Чехии, и в прочих странах, сильнее всего работал Союз в Югославии и Болгарии. Руководители Союза ездили вглубь страны и устраивали собрания и доклады в городах, в которых жила Белая эмиграция (русские колонии). Союз не имел своего отдела молодежи или детей и юношества, т. к. дети, воспитанные в патриотическом и православном духе, были его естественным пополнением. Поскольку в эту пору Союз был Орденом, чья цель была служение России под девизом «За Россию!», и никаких параллельных организаций не существовало, в него шли молодые руководители всех организаций молодежи зарубежья.

Союзу очень мешало, что молодые руководители организаций молодежи НОРС, НОРР и НОВ враждуют между собой. Союз, принимая во внимание, что НОРС - самая большая и самая старая организация, имеющая в рядах Союза динамичных, активных руководителей, посоветовал, чтобы все руководители других организаций из всех стран рассеяния вошли в НОРС-Р, сохраняя чины, которые имели в своих организациях. Так стали руководителями НОРС-Р братья П. и В. Бутковы и Н. Полторацкий из НОРРа Богдановича в Болгарии, И. Н. Брусникин и О. Минаев из НОРРа Богдановича в Югославии, Др. Сергеев, С. Тарасов, О. Лапуховский из НОВ в Праге, братья Каминские, Кэппен и Утехин из НОРРа Богдановича в Париже.

Из Югославии НОРС-Р - Борис Мартино, Пелипец, Мулич, к которым потом присоединился Полчанинов и другие (Сахаров, Богатырев).
Полчанинов в это время организовал одиночек в 54-х городах Югославии и привлек их в лагерь Шуметлицу в 1938 году.

Мне тогда было 16 лет, и это был мой первый русский разведческий лагерь. О том, что лагерь был посвящен 950-летию Крещения Руси, я узнал совсем недавно из новейшего «творчества» Полчанинова. Я приехал в лагерь им. Св. Владимира, покровителя Союза. Перед костром стоял «трон» для вождя, который был украшен трезубом и крыльями. Все пояснения нам, новичкам, тут же давались. Например, что трезуб - знак Союза, в пику украинцам, самостийникам. После мы играли в национальную революцию - в те времена модное решение для спасения России, и там же мы кончали костер пением гимна Союза «Бьет светлый час». Также мы пели все союзные песни, как: «В былом источник вдохновения», «Мы поколение суровых людей».

Из этого лагеря Мартино поехал на съезд Союза в Эстонию, от имени молодежи. Во все это нас посвящали наши «дядьки», в моем случае - С. Полчанинов, который был тем, кто меня притянул в организацию. Однако энтузиазм, желание работать, идти на бой, внушал нам прекрасный и умный оратор Борис Мартино своими беседами.

Три курса для руководителей КДР 38-39 и 40-го года дали тех руководителей, которые, будучи и не будучи членами Союза, пошли по союзной дороге в Россию из Югославии.

Я тут оставляю историю Союза и ее повороты, ошибки и удачи. Дальше она касалась отдельных людей, но на организацию в целом она не влияла, имея перед собой миллионы советских граждан, военнопленных, жителей оккупированной России, РОА, казаков и т. д. Однако то, что мы встретили войну готовыми, сплоченными патриотами, безусловно, заслуга НТСНП, и этого нечего скрывать.

Начиная с сентября 1939 года, европейские государства падают под ударами немцев' Польша, Франция, Голландия, Бельгия, Норвегия, Дания, Чехия и Югославия в апреле 1941 года. Опьяненные успехами немцы хозяйничают в оккупированных странах и все переделывают по-своему. Все эмигрантские организации замерли и самоликвидировались, в том числе и скаутская, которая считалась проанглийской, а за этим Гестапо очень следило.

Берлин становится центром мировых событий, так же как и центром русской эмиграции. Немцы всюду назначают своих представителей. В Берлине и на всю Германию - генерала Бискупского, известного эмигрантского деятеля, члена РОВС-а. К нему приставили своего человека, члена германской Национал-социалистической партии фон Табарицкого, преданного немцам. В Париже был назначен Жеребков, сын казачьего генерала-эмигранта, в Загребе - бывший русский посол Ферхмин, в Белграде был Русский корпус, во главе с генералом Скородумовым, в Варшаве - С.Войцеховский, политический деятель эмиграции. Все, кто хотели пробиться в Россию, концентрировались в Берлине, а потом через Варшаву старались попасть дальше на восток. Это был путь НТСНП

Однако, не все шли этим путем. Многие для служения России выбрали Русский Корпус в Белграде, который ждал отправки на фронт для продолжения белой борьбы. Другие индивидуально поступали в разные части и соединения, которые появились на общем антибольшевицком фронте.

Но все шли служить России, готовые пожертвовать всем, даже жизнью, во имя ее возрождения.

ЧТО ТАКОЕ ПОДПОЛЬНАЯ РАБОТА И КАК ОНА ВЕЛАСЬ

Я не совсем себе ясно представляю, как действуют сегодня эти слова на разведчика или разведчицу, когда им об этом говорят.

Возможностей для фантазии много. От того, что под полом, очевидно в подвале, собираются люди, шепчутся и исполняют какие-то задания, до того, что большая мощная тайная организация, подобная мафии, исполняет задания наподобие Джеймса Бонда 007.

Наше разведческое подполье было гораздо проще, но подчас не без опасности и риска. Нужно было во имя общего дела лишать себя многих элементарных вещей и идти на риск во имя служения России. У нас было два подполья. Первое - в России, после запрета скаутов, и второе - во время немцев в Европе (2-я Мировая война).

Мы знаем, как кончилось первое: большевики одну часть руководителей заставили работать на себя, а другую, непокорную, ликвидировали. Один из главных скаутов - подпольщиков, вернувшийся в Россию для продолжения работы, когда белые уходили из Крыма, Борис Солоневич, должен был, в конце концов, бежать из СССР в Финляндию, что он подробно описывает в своей книге «Молодежь и ГПУ».

Между двумя мировыми войнами во многих местах существовала наша организация, без специальных разрешений местных властей. Пользуясь неорганизованностью и беспорядком, мы не регистрировались, а существовали «де факто». Это тоже было что-то вроде подполья. Что же касается подполья при немцах, то я сам участник его и знаю его не только по своему личному опыту, но и по опыту моих друзей, тоже подпольщиков.

ПОЛЬША

В Варшаве, где еще очень хорошо помнили подвиг Б.Коверды, во главе русского представительства стоял назначенный немцами С.Л.Войцеховский, известный политический деятель и патриот. В пределах своих возможностей он помогал национальной работе. Для молодежи он открыл Дом молодежи, в котором главную роль играли руководители бывшего НОРС-Р из Польши и Югославии. Официальным начальником Дома был капитан Шнее, но руководили всем Мартино, Поздеев и их ближайшие сотрудники, в том числе и Полчанинов.

В 1942 году в июне они устроили и провели лагерь под Варшавой «Свидер» (название местечка). Успехи подъем были большие. Был проведен Пятый КДР с большим количеством курсантов. Но, к сожалению, было сделано несколько ошибок, которые принесли печальные результаты. Вместо того, чтобы конспирировать и все внешние знаки скаутов снять, лагерники ходили в скаутских формах со значком-лилией, а на лагерных воротах красовалась 80-ти сантиметровая лилия.

Частично это делалось из солидарности с польскими харцерами. В те времена это было, как пилить ветку, на которой ты сам сидишь. И немцы, и Войцеховский сделали свои заключения, но никаких драстических мер не приняли. Мартино лавировал и старался исправить ошибку, но подошел его черед идти в Россию. В те времена, если были контакты, можно было пересечь польско-советскую границу на поезде, однако, если контакта не было, нужно было с проводником перейти зеленую границу, под возможным обстрелом или арестом пограничниками, что обозначало посылку в концлагерь.
Мартино передал дела молодежи Полчанинову, и буквально за несколько часов до ухода у него кровь хлынула горлом. У него оказался злостный туберкулез. Он слег в больницу, и его уход в Россию отпал. Пришлось остаться в Варшаве и вести ту работу, которую ему позволяло здоровье. Этому помог случай. Полчанинов густо и безответственно нахамил Войцеховскому, своему прямому начальнику по делам молодежи, да и вообще по русской общественной жизни в Варшаве, и стоял перед арестом или немедленной высылкой из Варшавы. Союз его направил в Псков (1942 год).

Но все вышеописанные события вызвали то, что Дом молодежи в Варшаве был закрыт. Не стало физической базы для центра подпольной работы, которая была перенесена в Берлин, в июне 1943 г. Мартино жил в Варшаве, посылал директивы в Берлин, приезжал в лагерь на КДР (шестой, в июне 1943 года) в Пельцкуле в Мэклэнбурге и седьмой (1944 год) в Цейхаче около Мурау в южной Австрии.

Об этих КДР, как и вообще о подпольной работе, Полчанинов молчит, и об этом нет ни слова в его «Страницах истории». Дело в том, что с 1942 до 1945 года Полчанинов исполнял задания Союза в России и к руководству подпольной работы отношения не имел. За эти три года много воды утекло, и многие перемены произошли в нашей организации. Под влиянием событий и как результат размышлений и принятых реформ, она за эти три года стала подлинно русской и православной. Это Полчанинов просто не знал.

Дальнейшие удары немцев были направлены на Чехию, Бельгию, Францию, где никакой деятельности с молодежью не было ни у нас, ни у других организаций.

ЮГОСЛАВИЯ

В 1941 немцы разгромили Югославию. Ее сразу поделили на несколько зон. Главные зоны были Хорватия и Сербия. Сохранили организацию за время войны в Европе молодые руководители НОРС-Р из Югославии. Старшие почти что сразу после разгрома Югославии двинулись союзной тропой в Россию. Это были: Пелипец, Мартино, Сахаров, Богатырев. Более молодые организовали работу на местах. Так, О. Поляков в Белграде организовал четвертый Курс Для Руководителей - КДР с участием Н. Доннера, А. Доннера, Л. Гижицкаго, С. Селивановского. Этот курс проводился под городом Смедерево, и он уже был подпольным.

В Белграде (Сербия) был Охранный Корпус, гимназия, учреждения, и русская жизнь шла своим чередом. Конечно, афишироваться как НОРС не следовало, что и не делалось, так как у О. Полякова было чувство меры и самосохранения.

В Хорватии, в Сараево, Полчанинов налаживал связь со стаей волчат и белочек в Загребе и отрядом в городе Банья Лука. В Загребе семья Зараховичей устраивала встречи в парке, под видом группы ребят с учительницей. Но, несмотря на это, они вели себя крайне осторожно.
Что же касается Банья Луки, я туда попал в августе 41 года, так как туда перевели моего отца по службе. Колония была довольно большая. Русские люди чудом спаслись от концлагеря. Хорваты начали их арестовывать за принадлежность к Православию. Вмешательство немцев спасло их от верной гибели. Православные храмы взрывали. Никто не окармливал верующих. Рождались и умирали, как в СССР.

До войны в Банья Луке была крепкая организация «Русский Сокол», но она исчезла и не подавала никаких признаков жизни. Было там и одиночное звено НОРС-Р, организованное Полчаниновым в один из его приездов в Банья Луку, но оно тоже распалось. Когда я приехал в Банья Луку, я отправился к председателю Русской колонии и предложил ему организовать молодежь и детей как отряд Русских Разведчиков. Он мне поставил условие, чтобы не было антинемецких выпадов: «Работай, а главное - меня не подводи».

Мы вели чисто разведческую, русскую патриотическую работу, но приходилось на хорватские государственные праздники с отрядом маршировать перед трибуной с властями. В июне 1942 года я устроил лагерь за чертой города, на ничьей земле. С одной стороны были в двухстах метрах хорватские окопы, а в другую сторону были, не дальше 500 метров, Титовские партизаны, окружившие город со всех сторон. Связь с миром поддерживалась по узкому коридору, в котором была шоссейная дорога и железнодорожное полотно.
Из Сербии Поляков, братья Доннеры, Гижицкий и Селивановский уехали в Германию. В сентябре 1942 года за ними последовал и я. Движение Союза идет на Берлин - Варшаву и Россию. Все это шло не без шероховатостей. Это не было просто - сесть в поезд и приехать по назначению. В Берлин пускали не всех, кто ехал с настоящими контрактами на определенную работу. А уж о тех, кто ехал с фиктивными контрактами, и говорить нечего, их посылали туда, куда в данный момент нужны были люди. Наша же цель была Россия, значит, в первую очередь Берлин. Приходилось бежать из транспорта едущих в Германию рабочих, прятать документы и появляться на явочных пунктах, где старались все наладить члены Союза.

ЧТО ТАКОЕ НОРМ (НАЦИОНАЛЬНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ РУССКОЙ МОЛОДЕЖИ)

Это организация, которую создало русское представительство в Германии по немецкому распоряжению. Она должна была контролировать русскую молодежь, главным образом студентов, и направлять ее в нужное нацистам русло.

Начиная с 1939 и до 1941 года это была русская копия "Гитлер Югенд"-а и "Арбейтсдинст"-а для постоянных русских жителей Германии, главным образом Берлина. К счастью, не нашлось никого, желающего проводить по-настоящему это в жизнь. Иван Мелких, начальник НОРМа, как русский патриот, искал чего-то своего. Русского.

С войной Германии и СССР Берлин стал этапом в Россию. Потянулись все те, кто хотел служить России, в Берлин, по дороге в Варшаву, и дальше на восток. Между ними были и молодые руководители из разных организаций молодежи, которые искали приюта в НОРМ-е в Берлине. Мелких знакомился с ними. Сначала НОРМ был под сильным влиянием немцев (1939 - 1941 год). С появлением в Берлине пражских витязей в 1941 году НОРМ подпал под их влияние. Это были Др. Сергеев, Тарасов, Лопуховский. За пражанами появились парижане из НОРР-а Богдановича: братья Каминские, Кеппен, Утехин. За парижанами появились белградцы, бывший НОРС-Р, которые старались утвердить свое влияние на НОРМ и на Мелкиха в частности. Как результат всех влияний, Мелких при НОРМ-е (Национальная Организация Русской Молодежи) учредил «Ушкуйное войско разведчиков», смешав все, что мог взять от НОВ, НОРР и НОРС-Р.
Пелипец и Мартино слишком молниеносно проехали через Берлин, так что видного следа за собой не оставили. Немного дольше был Полчанинов, который пытался повлиять на события, однако, не обладая дипломатическими качествами, уехал в. Его место занял О. Поляков. Поляков пробился в начальники берлинской дружины НОРМ-а. Организовал и провел КДВ (Курсы для вожаков) в Берлине и Лодзи, убрал черные рубашки, заменив их скаутскими хаки, создал свой штаб из разведческих руководителей А. и Н. Доннеров, И. Москаленко, В. Быкодорова. Конечно, каждому понятно, что все эти достижения доставались не безболезненно. Было много закулисной борьбы и переживаний.

В сентябре 1942 года в рабочем транспорте, который направлялся в Россию, я узнал, что нас везут во Францию, т. к. там нужны свежие силы. Я бежал из этого транспорта и приехал в Берлин на явочный пункт - штаб-квартиру НОРМ-а. Меня встретил Поляков и там устроил, стараясь легализировать мое положение. Поляков меня рекомендовал Мелкиху, как энергичного и активного руководителя, которого он хочет взять себе в помощники.

Однако судьба захотела иное, Поляков был спешно отозван Союзом в Россию через Варшаву. Поляков до своего отъезда все очень хорошо организовал. Он поступил в берлинский политехникум и, став немецким студентом, получил этим свободу передвижения и действия и много свободного времени. Он мне помог оформить и мое вступление в берлинский политехникум, и мы вдвоем, как студенты, наняли комнату на частной квартире и получили студенческую ночную службу через университет. Служба эта была с 19 часов вечера до 7 часов утра. Нужна была команда в человек 7 или 8, чтобы жить в помещении (бывшем магазине, выходившем на артерию Грайфсвалдер штрассе около Александер плаца). При фабрике кожаных изделий и во время бомбардировок (еженощно с 2-х до 4-х) тушить зажигательные бомбы, спасая фабрику от пожара. Эта служба называлась «вахта»
Поселившись там на ночь, мы начали постепенно стягивать всех наших сотрудников (членов штаба НОРМ-а и штаба подпольного германского отдела)

Это совпало с раскрытием готовившегося восстания «остов», советских рабочих в Германии, в которое был замешан и Мелких. В этом заговоре также участвовали несколько офицеров РОА, из школы пропагандистов в Дабендорфе, и коренные берлинцы, как Ф Тимофеев, Фриауф и другие. Двух офицеров из Дабендорфа арестовали, коренные берлинцы уехали подальше, среди них Мелких решил уехать в Вену по совету своих немецких друзей. Это было в апреле 1943 года.

Поскольку помощник Мелкиха - Олег Поляков - уже до этих событий уехал в Россию в марте 1943 года я оказался у руля НОРМ-а (будучи начальником берлинской дружины) и был утвержден начальником НОРМ-а и УВР-а русским представительством в Берлине. Эту должность я исполнял до конца войны Мартино, со своей стороны, назначил меня подпольным начальником германского отдела разведчиков и членом Инструкторской части Штаб НОРМ-а стал также подпольным штабом разведчиков.

После отъезда Полякова в Россию на вахте жили Лукин Г., Доннер Н., Доннер А., Москаленко И., Быкадеров В., Шлыков И., Виторф В. Туда же приходили на заседания Погорелова А., Розенберг Г., Малышевская М., Киреева Т., Кэппен Д., Молчанов О., Клэмм В. и другие. Тут вырабатывались планы от 19-21 часов, тут работали над Уставом, тут работали над изданием разрядов, специальностей и журнала «РУК-ВОЖ» (Руководитель-Вожак) Тут, чтобы упростить обозначение разрядов, были введены фоны под нагрудный знак (зеленый - 3-й разряд, красный - 2-й разряд, синий - 1-й разряд, белый - Опытный разведчик и бело-сине-красный - разведчик Родины) Эти фоны стали и фонами чинов руководителей, и определением степени Пальмовых веток. Тут уже было вынесено решение о ношении ополченского креста на левом кармане с соответственным фоном. Это решение было принято ввиду того, что немцы на формах носили на левом кармане железный крест. Крест у русских на левом кармане вызывал у немцев сомнение, не специальная ли это награда, и они относились осторожнее к НОРМ-овцам. Помогали этому и разные свидетельства со многими печатями.

Знак организации - Ополченский белый крест с золотой каймой с двуглавым орлом посередине. Слева надпись «НОРМ», а справа «1939 г.»

Торжественное Обещание, законы, разряды по-разведчески с маленькими изменениями, и даже впоследствии без них.

Форма (сначала) была черной с накладными погонами с синим просветом, косоворотки носились над черными штанами с черным поясом. В 1943 году постепенно стали хаки, разведческого типа Гимн УВР «Будь готов за Россию, ушкуйник» на мотив марша Ахтырских гусар (также, как «Давно, еще в Павловском парке»)

Будь готов за Россию, ушкуйник
И помни наш гордый завет
Волей Божей ты русским родился,
Перед Богом ты держишь ответ.

Члены организации маленькие - медвежата и птенчики Средние - разведчики и разведчицы Старшие - ушкуйники и ушкуйницы. Руководители младшие атаманы, атаманы и старшие атаманы Начальник УВР Дружинный атаман Награда Ушкуйный Крест трех степеней. Это начинание (УВР) имело большой успех в Берлине и, в особенности в присоединенных к Германии областях Польши.

Единицы УВР - НОРМ-а были в Берлине - 1-я Берлинская Дружина, в Познани - Дружина (нач. Богачевы), в Лодзи - Дружина (Алексеев, Данилевский, Дэ Лазари), в Плоцке - Отряд (О. Савчук), в Торне - Отряд (Василиевы), Сосновицы-Катовицы - Дружина (супружество Хростицкие), - Отряд, Сефбрюкен - Отряд (Ж. Праутин). Все эти единицы были при русских комитетах. Эти комитеты возглавляли люди, умеющие ладить с немцами, которые давали возможность вести работу с молодежью, если это не было в ущерб их личным интересам.

Нужно было закончить начатые Поляковым КДВ в Познани и Лодзи и также начать КДР в Берлине. Нужно было для поднятия духа устроить лагерь-слет всех единиц НОРМ-а. Для этого я начал КДР в Берлине в мае 1943 года и сделал несколько круговых поездок в Познань - Торн - Плоцк - Лодзь - Сосновицы - Катовицы, куда я возил походную выставку и где устраивал показные сборы. Я давал инструкции, как готовиться к лагерю, который должен был быть под Штральзундом в июле 1943 года. Лагерное место было найдено около деревни Пельцкуль, при содействии нашего бывшего берлинского скаута НОРС - Олега Самсидиса (из отряда скм. Слепияна). Поляны были окружены густым мачтовым сосновым лесом и выходили к живописному большому озеру.

Было очень тяжело собрать лагерный инвентарь, но с этим справились благополучно. Однако было очень тяжело с пропитанием на скудные карточки. Все мы ходили полуголодные, но с большим энтузиазмом. Хуже всего было приехавшим из Польши, где не было таких лишений.

В лагерь приехал Борис Мартино, Начальник Инструкторской Части из Варшавы, который стал не только его инструктором, но и главным лектором и настоящим старшим руководителем. Этот лагерь-слет собрал 85 человек из самых дальних углов Германии.

Сдавали разряды специальности, многие дали Т.О. разведчиков, и 6 человек кончили КДР, на котором были лекторами: Мартино, Лукин, Москаленко и Н. Доннер, и который кончили: Е. Лопухина, А. Погорелова, И. де Лазари, М. Малышевская, С. Мейснер и Ж. Праутин. В это время шли интенсивные бомбардировки Берлина, и лагерь был продлен на две недели. После этого лагеря Мартино, нач. И. Ч., меня назначил начальником подпольного Германского Отдела НОРР.

Очень скоро после возвращения из лагеря в Берлин, зажигательные бомбы попали в дом на Элсхолц стр. 3, где была штаб-квартира НОРМ-а и УВР. Из горящего дома с большим риском мы спасли знамя Дружины, за что получили от нач. РОВСа генерала фон Лампе награду: Георгиевский темляк со старого полкового знамени на наше спасенное знамя.

Это было в сентябре 1943 года. Мартино уехал в Варшаву. У нас в Берлине проходили еженедельные сборы и иногда походы.

Мы получили в чудом уцелевшем доме, брошенном жильцами, квартиру с магазином (под штаб-квартиру). Однако работа в НОРМ-е стала уменьшаться. Новоприезжих почти не было, а те, кто были, начали постепенно разъезжаться в более спокойные места, где еще не бомбили. Сгорело помещение Русского представительства на Блайбтрой штр. Так как в этот момент получить что-нибудь было невозможно, НОРМ отдал свое помещение Русскому представительству.

Я получил приглашение из Граца (Австрия), чтобы приехать и познакомиться со студенческой молодежью. Я поехал туда в мае 1944 года с намерением в Австрии, где было сравнительно спокойнее, устроить в августе 1944 года лагерь для старших (студентов) с КДР, чтобы увеличить кадры руководителей, которые нам будут нужны к окончанию войны. В июне 1944 года Борис Мартино и М. Са-гайдаковская приехали ко мне в Грац из Варшавы, уйдя от Варшавского восстания.

Почему Мартино не поехал в Берлин, где была Дружина и Штаб отдела во главе с Москаленкой и Доннером Н.? Мартино ехал к Нач. (Герм. От. НОРР) НОРМ-а, к своему ближайшему сотруднику Юре Лукину. И он не ошибся. Он был устроен и принят по-братски и сразу включен в работу отдела, так же как и М. Сагайдаковская.

В августе был устроен курсантский лагерь на всю Германию, Польшу и Австрию в Цойчахе близ Филаха в Австрии. На КДР было 16 курсантов, главным образом, студентов. Начальником курсов и лагеря был я, а Мартино был инструктором лагеря и главным лектором.

Это было последнее мероприятие Германского отдела (перед крахом Германии), в котором принимали участие следующие руководители: Мартино, Лукин, Сагайдаковская, Минаев, Мелких, Н. Доннер, А. Доннер, Дэ Лазари, В. Клэм, Малышевская. Среди курсантов были: Киреева, Мамонтова, Пионтковский, Коровников, Борель, Синеокова, Нарбекова, Димитриева, и другие.

Лагерь назывался «Град Китеж», было 35 лагерников. Это был август - сентябрь 1944 года. После этого мероприятия Мартино меня назначил Чл. Инструкторской части НОРР, и мы вернулись в Грац.
В это время уже открыто готовилось Освободительное Движение Власова, и нам нужно было решить, в какой форме и как мы примем в нем участие.

В октябре 1944 года Мартино и меня пригласили к себе в местечко Бэрг, около Братиславы, Поздеев и Полчанинов, оба члены И. Ч. НОРРа. Они жили и работали в строительной фирме Эрбауэр, принадлежащей НТС, и в этот момент активной работы с молодежью не вели. Однако под видом приглашения на крестины Милы - дочери Полчанинова - состоялось совещание И. Ч., на тему участия в РОД. На собрании должен был быть скм. Светов, как крестный отец, но он не явился.

Мы решили участвовать в РОД. Единственный контакт у нас был через НТС, который, как известно, имел большое влияние на головку РОД. Решили, что Мартино и я войдем немедленно, а Полчанинов и Поздеев подождут. Поздеев, как член Совета НТС, взял на себя проведение нашего решения. Мартино поехал в Берлин в ожидании событий. А я поехал в объезд наших единиц НОРМ, чтобы приготовить всех к манифесту и участию в РОД.

Вернувшись из поездки в Грац, я участвовал в организации и проведении большого собрания РОД на 2000 человек. От Власовского Комитета был генерал Меандров, майор Егоров и капитан Крылов. Я сказал патриотическое слово от молодежи и управлял хором добровольцев РОА.

Г.Л. Лукин

Продолжение следует
Tags: Русская молодежь
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments