"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Генерал Кларк: провал АТО в контексте методов ведения современной войны

Уэсли Кэнн Кларк никогда не был, не есть и не будет симпатиком Владимира Путина. Другом украинского народа его тоже не назовешь. Он просто известный американский генерал, бывший командующий силами НАТО в Европе. Тот, кто воевал в Косово против сербов, но критиковал войну США в Ираке. Десять лет назад Кларк решил баллотироваться в президенты США. И написал потрясающую книгу – «Как победить в современной войне», которую под угрозой расстрела нужно заставлять читать всем адептам АТО. Это книга о том, что в войну типа «великой донбасской» можно легко войти, но очень трудно из нее выйти. И выиграть такие войны нельзя. В них можно лишь увязнуть...
Вместо предисловия

Прежде чем начать цитировать Уэсли Кларка, стоит объяснить, почему его выводы должны стать чем-то вроде библейских истин для украинских милитаристов. И почему ошибки украинской власти в вопросе Донбасса, казалось бы, абсолютно несопоставимые с тем, что американцы начудили в Ираке, в версии Кларка выглядят калькой с их ошибок 10-летней давности.

Начнем с того, что любой объективно мыслящий человек, будь то «западник» или «русофил», не может не признать: на сегодняшний момент Америка имеет почти безграничные возможности в плане создания самой совершенной армии в мире и такой системы вооружений, о которой мечтают ее политики. Это не украинское несчастное войско, которое после 20 лет формального существования бросили в пекло военных действий, превратив в оптовую партию пушечного мяса и разбавив вспыльчивыми «идейниками» из добровольческих батальонов. Как и армия, так и генералы в США – настоящие, а не свадебные. И получить такое высокое звание там феноменально сложно. Вот почему мнение Кларка по своему уровню авторитетности может приравниваться к мнению, скажем, Нобелевских лауреатов.

Все, что сделал Уэсли Кларк как военный, интересно только армейским историкам и аналитикам. Политическая карьера генерала не стала успешной, и через пару десятилетий о нем могли бы навсегда забыть. Но теперь этого не случится, потому что есть книга «Как победить в современной войне» (Winning Modern War), у которой нет ни срока годности, ни ограничения по актуальности. Это действительно размышления на все времена. Книга есть в Сети.

Военные аналитики, выступающие в роли литературных критиков мемуаров генералитета, прежде всего присматриваются и спорят с личной трактовкой автором тех или иных военных событий: побед, поражений, битв и операций. Наверное, не будь Донбасса, Кларк и у нас воспринимался бы с такой позиции. Талибы, Ирак, Афганистан, Хуссейн, террористы, партия «Баас» – все это настолько далеко от нас, что не может быть интересным.

Но после того, что произошло на востоке Украины, дружеские советы бывалого генерала действующим политикам воспринимаются под совершенно иным углом зрения. Ни качество планирования военных операций, ни даже результат военной кампании не определят факт победы или поражения. Можно выиграть бой и проиграть битву, выиграть битву, но проиграть все. Фактически Кларк доказывает (и это, увы, не все осознали), что в современной войне можно победить только политическими методами. Война – это лишь часть общего механизма, определяющий стартовые позиции в переговорах. Ты выиграл – и ты диктуешь условия, ты проиграл – и тебе говорят, что делать.

А самый главный вывод, который делает Кларк (и его должны зарубить на носу все украинские политики по обе стороны баррикад и возле них): войну можно начать, войну даже можно формально выиграть, но самое трудное – это из нее выйти. Не говоря о том, чтобы завершить окончательно. Это без политической договоренности сделать НЕВОЗМОЖНО.

Война на Балканах закончилась политическим согласием (не будем уточнять, на чьих условиях). Война вокруг Приднестровья завершилась, когда Молдавия смирилась с мыслью, что нужно оставить эту территорию в покое. Хотя бы на неопределенное время. В Южной Осетии короткая кампания 2008 года завершилась потому, что грузины не стали дальше сражаться с российской армией, а мировое сообщество, вздохнув спокойно, приветствовало перевод конфликта из военной плоскости в сферу международной политики.

Во всех этих военных историях ключевые слова – «война завершилась». В отличие от них, в конфликте американцев с Ираком (а до того у палестинцев с израильтянами) точка не была поставлена. Поэтому война там шла перманентно, много лет, обрастая разными специфическими формами: военно-полицейского режима, партизанского терроризма, оккупационных администраций. Но в любом случае, это не является разновидностью мирной жизни, это форма хронической войны.

Вот об этом, собственно, и пишет Кларк. А Ирак представляет "прекрасный пример победы над вооруженными силами противника, но не в войне в целом". Именно опираясь на неудачный иракский опыт своих преемников на военном Олимпе, он констатирует, что уничтожение сил противника на поле боя, конечно, создает необходимое условие для победы, но недостаточное, чтобы достигнуть той цели, ради которой война собственно и развязывалась (нефть, лояльность, проч.).

«Победа в боевых действиях, – пишет Кларк, – не является самоцелью, так как война всегда ведется ради политических целей и вооруженные силы – лишь одно из многих средств для достижения успехов в кампании. Нынешней республиканской администрации ставится в упрек то, что в Ираке она не задействовала все дипломатические рычаги, а международные альтернативы разрешения проблемы ею были отброшены, вследствие чего внешняя политика оказалась в опасной зависимости от успехов или неуспехов армии».

А ведь и правда: внешняя политика Украины сейчас полностью зависит от положения дел на фронте. Друзья, враги, заступники, наблюдатели, позиция международных организаций, кому-то подыгрывающих или против кого-то играющих. Все это формирует действия Украины.

Точно так же политики, изучая сводки, озвученные Лысенко, вряд ли задумываются над тем, как они будут управлять территорией, плотно «отутюженной» бомбардировками, какие политические силы будут в фаворе у местного населения и что победа в целом (если она и будет) принесет в общую копилку развития страны?

Пожалуй, ни один высокопоставленный американский военный (возможно, в силу отсутствия дополнительного оксфордского образования) не задавался вопросами, которые возникли у генерала Уэсли Кларка, в данном случае относительно Ирака: «Что произойдет после того, как мы туда войдем? А как быть с планом послевоенного урегулирования? Что случится после того, как мы победим эти страны? Как мы будем осуществлять управление, а также развивать их? И почему мы думаем, что мы будем более эффективными в предотвращении террористических актов, находясь там, нежели израильтяне, борющиеся с терроризмом на Западном берегу реки Иордан и в южном Ливане?».

Вообще, прелесть книги Кларка в том, что очень многие его цитаты легко укладываются в текущие события в Новороссии. Если бы не мелькающее постоянно слово «Ирак», можно было бы забыть, что сказанное абсолютно не касается Украины.

Вот взять хотя бы новость: «Совет национальной безопасности и обороны Украины решил возобновить этой осенью призыв на срочную службу в украинскую армию». До этого уже было уже два «авральных» призыва – весной и летом этого года. Первый – в марте, когда призвали мужчин 18-25 лет, не имеющих права на освобождение или отсрочку от службы в Вооруженных силах Украины. А 22 июля Верховная Рада проголосовала за закон о введении частичной мобилизации военнообязанных украинцев, включая резервистов.

А еще Украина регулярно просит военную помощь у США, ЕС и НАТО. Кстати, американцам к таким просьбам не привыкать. Они сами оказались в положении «нуждающихся», когда забрели в Ирак.

Читаем Кларка: «Что касается сентября 2003 года, то ситуация в Ираке к этому времени начала приближаться к поворотному моменту. С учетом перспектив тлеющего конфликта на нижнем уровне, казалось очевидным, что количество наземных частей армии США недостаточно и нельзя обойтись без общего призыва резервистов или использования иностранных войск в количестве, которое исчислялось бы десятками тысяч человек».

Но, как и Порошенко, американцам не удавалось затащить в Ирак другие вооруженные силы. А, главное, освятить это дело именем ООН. У хунты такая же невезуха. ООН регулярно публикует шокирующие сводки о количестве раненых и убитых. В последнем докладе названа цифра 2,6 тыс. человек. Причем мониторинговая миссия Управления Верховного комиссара ООН по правам человека (УВКПЧ) четко написала, что доля ответственности за гибель населения и разрушения в результате неизбирательных артиллерийских обстрелов во время боев на Донбассе лежит на украинских вооруженных силах.

С ОБСЕ также не удалось договориться. Организация упорно призывает Россию и Украину вернуться к сотрудничеству. А сотрудники миссии ОБСЕ на российских пограничных пунктах пропуска "Гуково" и "Донецк" в упор не видят продвижения военной техники из России на Украину.

"Единственное вооружение, которое видят сотрудники миссии ОБСЕ, – это оружие пограничников, но его ношение составляет часть их работы", – заявил глава миссии ОБСЕ в Ростовской области Поль Пикар. И тем самым опроверг «фотошопы» украинского МИДа и заявления СНБО.

Кларк об этом также писал: «В итоге наша военная миссия осталась в изоляции: без надлежащей поддержки со стороны ООН и в попытках убедить несклонных к участию в операции союзников и дружественные страны, чтобы они предложили полицейских, войска, переводчиков и оказали содействие в восстановлении гражданских объектов».

Но даже когда американцам удалось затащить в Ирак миротворческий контингент, оказалось, что толку от него меньше, чем вреда. Союзники просто мешали высокотехнологичной американской армии эффективно выполнять свои задачи.

«Никакая другая нация не имеет таких средств разведки, материально-технического обеспечения и огневой мощи, которыми владеют США. Почти каждая операция, осуществляемая совместно с союзниками, означала меньшую эффективность и, возможно, больший риск», – написал Кларк.

Это к вопросу, нужны ли Украине миротворцы где-то в донецких степях: без дорог, еды, заправок и четко установленных правил войны. Или у укро-генералов появится еще одна головная боль – выводить из окружения еще их?

Вообще, в современной войне побеждает не тот, кто побеждает на поле боя, а тот, кого назвала победителем пресса. Это также очевидно. И в этом плане Кларк очень точно подметил все аспекты «информационной войны» как самостоятельной «единицы», включенной в общий политический процесс.

В происходящем на Донбассе также был переломный момент. Фотографии убитой мамы с маленькой дочкой, которые разошлись в западной прессе почти случайно, радикально изменили отношение Европы к тому, что хунта называет АТО. Если коротко, то доминирующим стало мнение, что пора заканчивать мясорубку и сворачивать огневую лавочку.

После этого усилилось общественное антивоенное давление на правительства разных стран, в первую очередь Германии, и европейцы стали активно подталкивать Порошенко к заключению мира. Плюс еще и «газовый фактор» стал напирать: осень на носу, а соглашения по газу между Россией и Украиной нет, значит Киев будет воровать российский газ, а Москва закроет транзит. Европа опять замерзнет.

В Ираке газа не было, но фотографии впечатляющих разрушений и трупов имелись в широком ассортименте. Отсюда и удивительная схожесть между выводами Кларка и происходящим сейчас на Украине:

«Это была современная война: средства массовой информации сами по себе являлись частью кампании, и правительства это знали. Общественное мнение как таковое стало орудием войны. Подвергаясь манипуляциям, оно, в свою очередь, оказывало быстрое воздействие на саму кампанию.

Многие неамериканские каналы демонстрировали в эфир изображения несчастных женщин и детей, ставших, как говорилось, жертвами бомбардировок.

Тактические ошибки и несчастные случаи, повлекшие жертвы среди мирного населения, почти наверняка могли оказать огромное воздействие на общественное мнение внутри страны и в мире в целом...».

Кстати, принцип «кто захватывает телеэфир, тот формирует политику» очень четко прослеживается именно на примере подобных военных кампаний. Грубо говоря, положение дел сейчас таково: чьи новости слушает регион (киевские, московские, местные), на той он стороне в войне. Это и не удивительно: один и тот же факт можно интерпретировать так, что героем и антигероем может оказаться один и тот же человек. Президент высказался за мир – миротворец. Президент высказался за мир – предатель.

У американцев в Ираке с доминированием в информационном пространстве не сложилось. В основном по техническим причинам. Позднее они об этом горько пожалеют.

«И, конечно, одной из самых больших ошибок стала нехватка готовых коммуникаций и аппаратуры для теле- и радиовещания, которые можно было использовать для ведения информационной работы среди населения», – пишет Кларк.

Информационная пропаганда это тот урок, который украинцы сейчас активно усваивают. А вот понять банальную истину, что серьезным препятствием для одержания военной победы может быть обычная неприязнь местного населения, укры не смогли. В Ираке это был конфликт «мусульмане – христиане», сейчас - «восток – запад», «Украина единая – Украина федеративная». Но суть проблемы – неприязнь как фактор, мешающий победе, – одна и та же.

Кларк: «Не была должным образом учтена исключительная опасность того, что преимущественно христианские по своему вероисповеданию вооруженные силы США столкнутся с неприязнью со стороны народа Ирака, особенно если придется вести регулярные боевые действия в стране».

И еще, ну прямо, как мечты Турчинова об освободительной миссии украинских танков образца ранней весны 2014 года:

«Когда, наконец, начался процесс планирования, изначально исходили из того, что вторжение войск США будет встречено большинством иракцев как освобождение. Сила партии «Баас» была недооценена, как, впрочем, и степень фракционности шиитов, иракского национализма и рисков, связанных с тайной помощью Ираку со стороны Ирана и Сирии».

Соответственно, и укры, и американцы строили планы на будущее, исходя из того, что местный люд, с радостью встретив освободителей и осыпав их цветами, начнет дружно работать на благо нового демократического государства. А противники нового режима куда-то испарятся.

Под это дело и формировался план послевоенного урегулирования в Ираке, и строились планы обустройства «освобожденного от террористов Донбасса». Оказалось, что на практике никто освободителей не ждал ни в Ираке, ни в Новороссии. Кроме, разумеется, местных партизан...

«Постоянно происходившие мелкие нападения, засады и взрывы каждую неделю увеличивали число жертв среди американцев. Несмотря на то, что сопротивление было не настолько сильным, чтобы победить американские войска, все же оно серьезно отравляло жизнь», – честно признался Кларк.

Короче говоря, вместо благостной картины всеобщего демократического единения «освободители» обрели головную боль, связанную с необходимостью удерживать отбитые у врагов населенные пункты. Эта же беда случилась и с Украиной.

Заняли, скажем, войска АТО какую-нибудь Пупковку (условно говоря), и что с ней делать? Гарнизон создавать? По домам ходить? Ополченцев искать? Улицы патрулировать? Охранять главным образом себя от нападения противника. И так может происходить бесконечно. Это та ситуация, о которой говорят, что вход – рубль, выход – 10.

Только вчитайтесь, до чего похоже: «Израильтяне в 1982 году дошли до Бейрута всего за несколько дней, а затем с большими издержками в течение 18 лет постепенно оттуда выходили. Мы в свое время уже сцепились с Сомали и поняли, что это такое. Воевать с женщинами и детьми, а также с партизанами в городских условиях было мерзко и тяжело».

Для кадрового военного проводить вынужденные обыски, копаться в грязном белье (в прямом и переносном смысле слова) местных жителей – унизительно. Но выхода другого нет, ибо полиция-милиция в мятежных краях, как правило, нелояльна. И ее традиционно стараются заменить. Это делали в Ираке, это делают и на Донбассе. Читаем, что, по версии Кларка, принесет такая ротация:

«Политические промахи еще больше усугубляли ошибки. Одним из наименее эффективных шагов за время всех последних миротворческих операций США можно считать роспуск иракской армии, который сразу же добавил к безработным 400 тыс. человек – озлобленных вооруженных мужчин».

Еще одна поучительная цитата для тех, кто считает, что инсталлировать лидеров сепаратистов в политический процесс нельзя, их нужно уничтожать:

«Кроме того, политики недооценивали влияние партии «Баас». Вместо того, чтобы организовать остатки этой партии и, призвав на гражданскую службу, затем заставить их отказаться от лояльности к прежнему режиму, политики умудрились вытеснить членов «Баас», а затем загнали их в подполье. Тем самым они обеспечили наличие постоянной оппозиции».

Вывод, который сделал Кларк и к которому рано или поздно хунта может прийти в своей ситуации, звучит... нарочито мягко. Но лишь потому, что вежливый генерал не хочет обидеть своего бывшего коллегу по армии: «Таким образом, весь план послевоенного урегулирования, подготовленный Департаментом по оказанию гуманитарной помощи и восстановлению под руководством генерал-лейтенанта в отставке Джема Гарнера, был посвящен далеко не самым важным вопросам».

Это привело к тому, что вместо трех месяцев блестящей военной кампании в Ираке (как было запланировано изначально) США влезли в многолетнюю оккупационную войну с упрямым и коварным противником. И, одержав формальную победу, даже после казни Хуссейна не смогли превратить Ирак в своего союзника или хотя бы не врага...

Галина Акимова
Tags: Военный отдел, Гражданская война на Украине
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments