"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Стояла Русская держава...(часть 14)

Глава четырнадцатая
ЗА РОДИНУ И ПРОТИВ

7 (20) февраля группа Гальвица (12 пехотных и 2 кавдивизии), развернув на праснышском направлении до 7 дивизий, атаковала 1-ю армию генерала А. И. Литвинова (9 пехотных и 9 кавдивизий). После ожесточенных боёв немцы захватили 11(24) февраля Прасныш. На следующий день резервы 1-й и 12-й армий (1-й и 2-й Сибирские корпуса) сильными контрударами во фланг выбили их на исходные позиции. Противник потерял только пленными около 10 тыс. человек.

…Под Праснышем бушевала метель, снежная крупа забивалась под башлыки кавалеристов. Вдалеке, в белой мгле, чернели крыши польских деревень. В тот день полковник Петр Врангель во главе дивизиона успешно провел разведку, захватил переправу через речку Довину, а при дальнейшем наступлении бригады выбил две роты немецкой пехоты с трех укрепленных позиций, захватив при этом пленных и обоз.

Наградой нашему герою стало Георгиевское оружие.

Спланированный удар на Прасныш - Седлец армейской группой генерала М. Гальвица (8-я и 12-я армии) имел целью разгромить 12-ю и 1-ю русские армии, чтобы занять выгодное положение для последующего наступления на Варшаву навстречу австро-венгерским войскам, действовавшим со стороны Карпат, и совместно с ними окружить наши войска в Польше.

В 1915 германское командование создало ударный кулак на Восточном фронте, намереваясь вывести Россию из войны. В середине апреля с Западного фронта было переброшено четыре корпуса; вместе с австро-венгерскими войсками они образовали 11-ю армию Макензена.

Воевали немцы грамотно, сберегая живую силу. В германской армии был настоящий культ саперных работ, стремление укрепить любую захваченную полоску земли. Едва лишь немецкая часть входила в сожженную дотла деревню, саперы пилили на части любое недогоревшее бревно и заостряли, тут же рылись ямы-ловушки, подвозилась колючая проволока. А из тыла подходили землеройные машины и быстро, ровно, аккуратно прорезали в грунте линии траншей. Не проходило и 40-45 минут, как за спинами еще дерущихся с врагом немецких солдат уже вырастали ряды надежных укреплений, впереди и вокруг которых переплетались ряды проволочных заграждений…

Если немцы занимали лес, верхушки деревьев оголялись, как по ниточке. Срубленные сучья громоздились завалами и густо переплетались колючей проволокой, ею же опутывались древесные стволы, а за деревьями рылись небольшие окопы на 3-5-10 солдат и одиночные снайперские ячейки, особенно на опушках.

Весна в Галиции подходила к концу. Продрогшая весенняя листва сменилась молодой, плотной зеленью, отцвели яблони, груши и вишни, на деревьях появились первые зеленые плоды. Замолкали кукушки, «подавившись колосом»: начала колоситься рожь, в ней заголубели васильки. Но мало виднелось галицийских засеянных полей: большей частью они были вытоптаны или стали пастбищами для армейской кавалерии и скота, везде, куда ни глянешь – обозы и полевые кухни. Только леса почти не тронуты войной: редко где по ним погулял артиллерийский огонь, густая листва скрывает вырытые окопы, воронки от снарядов, проволочные заграждения. Так же, как в мирные дни, как дома, мелькают по кустам зайцы, взлетают в ельниках, тяжко хлопая крыльями, будто взрываются, тетерева. Много здесь буковых перелесков, искусственных прудов, поросших тростником и водяными лилиями, кувшинками, где по берегам подает голоса и хлопает крыльями болотная дичь.

Но чем ближе к передку, тем сильнее глухой гром артогня, орудия бьют без устали. Вот прифронтовая деревня, открывается вид на поля, окаймленные сосновым раменьем: там идет бой, видны разрывы и стоит завеса сизо-черного дыма. Соседняя деревня горит, зажженная снарядами. В этом сизом дыму строчат пулеметы и сухо трещат винтовки.

Легкораненые идут через лес на перевязочный пункт в деревне. Тяжелых везут в повозках с холщовым верхом и на простых телегах. На деревенских улицах – пелена дыма: много его наносит с близких позиций… «Тяжелых» укладывают в крестьянских избах, остальных – возле плетней. Лежат, полусидят, стоят и ждут, когда «дохтур» или «фершал» подойдут и перевяжут. Здесь и раненые офицеры – ждут со всеми наравне.

Части, обозы, скот, крестьяне, работники – все как-то уживаются вместе, никто никому не мешает. К гулу разрывов, к запаху взрывчатки, похожему на вонь жженого костяного гребня, притерпелись давно, не обращают внимания.

А в конце деревни дорога раздваивается, образуя песчаный мысок, поросший соснами. Солдаты роют могилы. Рядом на носилках – тела их товарищей, которым «Бог привел»… Одни легли в атаках, подвернулись под снаряд или шальные пули на позициях, другие в лазарете отстонали, отмаялись – всех несут сюда, на последний привал… Живые поют мертвым друзьям «Вечную память». Никого не кинут в безликую «братскую могилу».

Растут на галицийском холме бугорки, над которыми – символы того, что воскреснут – все.

Ты судьбине не перечь,
Не кручинься слезно:
Всем придется в землю лечь
Рано или поздно.

Помни, срока своего
Смерть не проворонит,
А кому не срок-того
И в бою не тронет.

Тает, тает сизый дым.
Ты прощай, станица!
Мы тебя не посрамим,
Лихо будем биться.

Эх, зудит моя рука:
Будет с немцем рубка!
Помолись за казака,
Белая голубка…

…Подтянув артиллерию, превосходившую русскую в шесть раз, а по тяжелым орудиям – в сорок, австро-германцы, обрушив на наши части семьсот тысяч снарядов в первый же день, второго мая прорвали фронт у Горлицы. Второго июня русские оставили Перемышль, двадцать второго июня – Львов.

Наши отступали, примерно на пять километров в сутки, но сохраняли порядок, строили наскоро укрепления и принимали бой, после чего вновь отходили. 3-й Кавказский корпус, брошенный зашивать прорыв, понес большие потери, но, контратакуя противника, взял в плен 7 тысяч немцев. Мечта захватчиков замкнуть наши войска в котлы и клещи превращались в мираж, их потери росли, а линии сообщения становились безнадежно длинными. Смысл «колоссальных» ударов все более терялся, поскольку приходилось наступать в никуда.

Получив территориальный выигрыш, державы Оси не добились от России главного – Николай II не желал и слышать о сепаратном мире, хотя против нашей страны была сосредоточена половина всех армий вражеской коалиции.

Великая княгиня Ольга Александровна Романова, сестра Государя, во время посещения на передовой 21-го и 22-го мая 12-го гусарского Ахтырского Своего Имени полка, лично руководила перевязкой раненых гусар и артиллеристов на позиции, вокруг которой немцы вели артобстрел. Аристократку наградили Георгиевской медалью 4-й степени… Руководя большими лазаретами в Киеве и Ровно, она ничем не отличалась от рядовых сестер милосердия, живя в простой комнате, часто не ложилась всю ночь подряд, когда прибывали большие партии раненых, исполняла любую работу. Раненые ее обожали.

В мае немецкие подводники потопили огромный французский пассажирский лайнер «Лузитания» с тысячами человек на борту. Это вызвало шок во всем мире, если следить за газетами тех дней.

Под Митавой немцы взяли в плен рядового Таманского полка Василия Водяного. Не добившись от него никаких сведений, носители арийской культуры штык-ножами отрезали солдату язык и уши, а затем принялись душить проволокой. Потерявшего сознание Водяного немцы сочли мертвым и бросили, но он, очнулся, истекая кровью, добрался до своих и был доставлен в Митаву санитарным автомобилем. Героя наградили «Георгием».

Из книги Александра Жернакова «О казаках-уссурийцах»: «Казак станицы Полтавской, 5-й сотни Уссурийского полка Иван Пичуев, будучи взят в плен немцами на Нарвском фронте, подвергся страшным истязаниям. Ему были отрезаны уши, и его готовили к пытке, которую немцы называли «лампасами»: снятие кожи с ног в тех местах, где казаки носят лампасы. Но четвертого мая казак бежал из плена и вернулся к своим. Несмотря на весь ужас и страдания, Пичуев не выдал врагам место расположения своей части».

Русские летчики, узнав об этом, наперебой вызывались вылететь на бомбежку…

Единство и патриотизм тогдашнего российского общества поражают… Не устаю приводить примеры. Даже разрозненные, выборочные, взятые наугад, они дают изумляющую современное сознание картину.

В Минской губернии на средства обществ и частные пожертвования открылось тридцать госпиталей – солдатских и офицерских – на 1990 мест. Минский же Комитет при обществе сельского хозяйства собрал 160 тысяч рублей на восстановление разоренных крестьянских хозяйств Польши.

Поволжские немцы до 1 июня 1915 года сдали фронту около 100 тысяч рублей деньгами, открыли семь лазаретов, которые содержались на средства колонистов. Из волжских колоний Саратовской и Самарской губерний за время войны было призвано на фронт около 50 тысяч человек.

В Полтаве губернское земское собрание ассигновало 150 тысяч рублей на Красный Крест. Для примера: в столице фунт парной говядины стоил от шести до 35 копеек, сливочное масло – от 40 до 60 копеек, ржаной хлеб – от 2,5 до 3,5 копеек, 10 яиц – от 22 до 42 копеек. В провинции цены были ниже. В 1913 году русский рубль стоил 2,1 немецкой марки и 1,51 американского доллара.

Только в первой половине июня Склад Ее Императорского Величества послал в армию 84 тысячи пар белья, 100 пудов махорки, 225 тысяч папирос, 33390 пачек бинтов, 123 пуда мыла, 22 ящика медикаментов.

Г-жа Лопухина из Вологды прислала две тысячи рублей в помощь «дорогим нашим воинам во вражьем плену», и две тысячи пар белья для них, за что удостоилась Высочайшей благодарности. Русский комитет в Берне послал в немецкие и австрийские концлагеря 4 тысячи пудов хлеба, 187 пудов чая, 720 пудов сахара, 925 пудов сыра, 1845 пудов кислой капусты, 40 тысяч пар белья.

В журнале «Часовой» за 1940 год страницы повести Евгения Тарусского «История одного капитана» красноречиво повествуют о том, как заботились в Российской Империи о своих военнопленных:

«…-Посылка! Посылка! – кричит, вбегая в барак, корнет-гусар Алеша Лобанов. –И громадная… Прямо к ёлке.
Офицеры обступают Алешу.
-А ну-ка посмотрим!-говорит корнет и нетерпеливо режет веревки перочинным ножом.
Он раскрывает брезент, вскрывает крышку тонкого фанерного ящика и замирает от восхищения.
-Господа офицеры! Целое богатство! На всех хватит! Вот…
И он бережно вынимает содержимое волшебного ящика.
-Окорок ветчины!-возглашает он торжествующе.-Шоколад Жорж Бормана! Печенье! Филипповские сушки! Копчёная колбаса! Швейцарский сыр! Ура! Ура! Малороссийское сало! Мармелад… Господа офицеры, внимание – малороссийская запеканка! Смирновская очищенная… Дальше… Ага…-тёплое бельё, носки…

Вокруг ёлки начинается пиршество. Офицеры чокаются. Карелин с наслаждением опрокидывает полстакана водки, закусывая большим ломтем ветчины.»

…Любопытно было бы узнать судьбу того, кто в Царской России обозвал бы наших воинов во вражьем плену «изменниками Родине»?...

117 тысяч рублей на помощь Польше, Галиции и Буковине было прислано Комитету Великой Княжны Татьяны Николаевны из Архангельска, Владивостока, Минска, Одессы, Тамбова и других городов. Тамбовские дворяне ассигновали на оборону страны 125 тысяч.

Все для фронта, все для Победы!

Но были и те, для кого вышеупомянутые чувства не существовали. 26 июля 1915 года, в №43 центральной газеты РСДРП «Социал-демократ», Ульянов-Ленин черным по белому написал: «братанье в траншеях есть государственная измена». И добавил чуть ниже:

«Пролетарий не может ни нанести классового удара своему правительству, ни протянуть (на деле) руку своему брату, пролетарию «чужой», «воюющей» с «нами» страны, не совершая «государственной измены», не содействуя поражению, не помогая распаду «своей» империалистской «великой» державы». (ПСС В.И. Ленина, т.26. стр. 290)

Что ж, лучшей характеристики вождю красных не дашь! В те дни в разведсводках неприятельских штабов появился раздел: «Сведения, полученные путем братания».

Судя по переводным публикациям Оксфордского архива немецких документов (издательство Oxford University Press, 1958 г., издатель – А.Б. Земан), германский посланник в швейцарском Берне Ромберг, начиная с сентября 1915 года, посылал канцлеру в Берлин рапорты эстонца Кескюла. Рапорт от 30 сентября включал информацию от Ленина о его политической программе на случай революции. Восьмого мая Берген получил меморандум об израсходовании 130 000 золотых рейхсмарок на пропаганду в России. Там говорилось о необходимости далее финансировать Кескюла: «Он также поддерживает чрезвычайно полезный для нас контакт с Лениным и передал нам содержание рапортов, посланных тайными агентами Ленина из России».

В те месяцы количество народных пожертвований на армию, в том числе и от того самого пролетариата, приблизилось к рекордным суммам: лишь с 17 апреля по 7 мая со всех концов страны поступило почти три миллиона рублей, с 8 мая по 18 июня – три миллиона шестьсот тысяч. Рабочие различных заводов прислали почти десять тысяч рублей и около четырех тысяч аршин марли для бинтов, мусульмане Ташкента – 11500 рублей. Особенно растрогали автора строчки: «От Зои, Нюры, Клавы и Муси – пакет корпии».

Немецкие успехи в Галиции в значительной степени были обусловлены превосходным качеством их коммуникаций – густой сетью железных дорог за Днестром, позволявшей им быстро перебрасывать резервы с относительно благополучных участков на угрожаемые. Достигнув успеха на стрыйском направлении, немцы уже через четверо суток подвезли войска на правый фланг у Журавно целыми колоннами грузовиков – об этом даже упоминал Людендорф в своих мемуарах. Немцы рассчитывали обойти наш левый фланг у Львова и разрезать русские войска надвое.

Оборонительное сражение у Журавно сорвало эти планы. Русские части, отбросив противника обратно на правобережье Днестра, спокойно и планомерно очистили часть Буковины, отошли от Залещиков и заняли за Днестром крепкие позиции.

В Галиции немецкое наступление было задержано оборонительными боями у Каменки-Струмилово.

Уроженка Пензенской губернии Мария Белозерская во время тех сражений была награждена сразу двумя Георгиевскими крестами – 4-й степенью за спасение под огнем раненого офицера и 3-й – за участие в разведке боем, во время которой был захвачен немецкий узел связи.

…К июню из Зимнего дворца было отправлено на передовую 268 тысяч пар белья, 57 контейнеров медикаментов, 45 пудов махорки, 82 300 индивидуальных пакетов и еще два вагона продовольствия, мыла и обуви.

Что тут скажешь: царизм прогнил насквозь!

Антон Васильев
Tags: Государство Российское
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment