"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Морская война для начинающих. Проблема целеуказания (Часть 2)

Достаточная информация

Вернёмся к ситуации с ПКР на самодельной береговой ПУ и катером-разведчиком. Допустим, дальность до цели такова, что наша старая дозвуковая ракета с «мёртвой» древней ГСН имеет очень малые шансы достать цель, стреляя по полученному на НМЦ пеленгу (фактически речь идёт о стрельбе в ОВМЦ). Тогда нам надо знать УМЦ. А для этого надо узнать курс и скорость корабля.

Сделаем допущение: у нашего катера-разведчика есть оптический дальномер, а сам он под нейтральным флагом и как опасная цель противником не классифицируется. Тогда, имея дальномер, наш катер произведёт серию замеров дальности до корабля-цели в течение, например, 15 минут, а заодно по углу поворота дальномера на катере вычислит скорость цели.

Переданные по радио на берег данные мы наносим на планшет, и вот оно – УМЦ.

Но для этого оказалось необходимо с катера наблюдать корабль-цель 15 минут и передавать по радио данные на берег, не спугнув противника. Легко представить себе, насколько сложно это будет в ходе реальной войны, когда обнаруженный противником корабль или самолёт немедленно атакуется, а сам противник предпринимает всё возможное для того, чтобы его просто никто не увидел.

И да, спутник с его скоростью замерять ПДЦ в течение 5-15 минут не сможет тоже.

Сделаем промежуточный вывод: для получения всех необходимых данных для ракетной стрельбы на большое расстояние цель должна регулярно и с короткими интервалами (а ещё лучше непрерывно) отслеживаться до момента пуска по ней ракет с передачей данных о цели на носитель ракетного оружия. Только тогда появляется возможность получить все необходимые данные для стрельбы ракетой. Если это условие не выполняется, то вероятность поражения цели резко падает, в том числе до пренебрежимо малых величин (в зависимости от ситуации). А ещё один важный вывод: какой бы дальностью ни обладали ПКР, чем ближе их носитель к цели, тем выше вероятность её поражения.

Просто потому, что данные в реальной войне всегда будут неполными, всегда будет не хватать информации, РЭБ будет «сбивать» наведение, а малое подлётное время хоть как-то может способствовать тому, чтобы ОВМЦ не выросла за полосу обзора ГСН противокорабельной ракеты, особенно в полосу, «зарезанную» помехами противника.

Жаль, что Розовый Пони не дочитал до этого момента.

Разобравшись с тем, какие данные нужны, разберёмся теперь с тем, что же всё-таки такое это ЦУ.

Целеуказание

Если открыть определение Минобороны, которое сделано доступным для широких кругов общества, то словом "целеуказание" называется следующее:

Сообщение данных о месте расположения, элементах движения и действиях цели от источника обнаружения (разведки) к носителю средств поражения. Ц. может производиться от ориентиров (местных предметов), наведением на цель прибора или оружия, в полярных или прямоугольных координатах, по карте, аэрофотоснимку, трассир. пулями (снарядами), сигнальными патронами, ориентирно-сигнальными авиац. бомбами, разрывами арт. снарядов, с помощью РЛС, сетки ПВО и спец. техн. средств.

Это «в общем». Под это определение попадает даже огонь «трассерами» по окну с огневой точкой, которую ведёт 24-летний командир мотострелкового взвода, чтобы показать взводу цель. Нас интересует морская составляющая, поэтому уберём из определения всё, что к ней не относится.

Сообщение данных о месте расположения, элементах движения и действиях цели от источника обнаружения (разведки) к носителю средств поражения. Ц. может производиться …в полярных или прямоугольных координатах … с помощью РЛС … и спец. техн. средств.

Какой вывод следует даже из этого, «размытого» определения? Целеуказание — это фактически ПРОЦЕСС ПЕРЕДАЧИ И ВЫРАБОТКИ ДАННЫХ с параметрами, необходимыми для эффективного применения оружия. В каком виде передаются данные? «В общем случае» — хоть флажными сигналами, но в отечественном флоте и морской авиации давно принято за основной вариант, что ЦУ передаётся с «разведчика» на «носитель» в виде машинных данных специальных комплексов целеуказания.

Для эффективного применения оружия нам мало того что надо обнаружить цель и получить НМЦ, мало того что надо определить её ПДЦ (для чего за целью надо некоторое время следить), мало рассчитать все погрешности, нужно ещё и преобразовать всё это в машинный формат и передать на носители в готовом к применению виде.

Более того, с учётом того, что «разведчик» — это, как правило (хоть и не всегда), самолёт с ограниченным экипажем и высокой уязвимостью от зенитного огня, то там и процесс формирования данных должен быть полностью или частично автоматизирован.

Если же речь идёт о передачи данных иным способом, то это возможно только через какой-то наземный КП с соответствующим временем устаревания данных.

Конечно, на корабль можно передать данные даже голосом, и если они точные, то личный состав БЧ-2 подготовит все данные для стрельбы, отталкиваясь от реального положения своего корабля, введёт их в систему управления ракетным оружием, где они будут преобразованы в то самое «машинное» ЦУ и загружены в ракету или ракеты.

Но это на корабле. В авиации лётчики выводят самолёт в атаку на скорости куда больше, чем скорость звука, под огнём как с надводных кораблей, так и с вражеских перехватчиков, с потерями в составе ударной группы и соответствующей обстановкой в радиоэфире, в сложнейшей помеховой обстановке, и вот там сидеть с линейками и вычислителями и что-то куда-то подгружать просто некогда. Наложив на это несовершенство приборов отображения информации о цели и кислородное голодание (иногда), получаем обстановку, в которой люди действуют на пределе человеческих возможностей, на грани. Соответственно, нужен "машинный формат".

Длительное время ЦУ для авиации означало не передачу и получение данных для пуска ракеты, а передачу и получение данных, нужных для выхода самолёта на рубеж её пуска – захват цели ракета производила непосредственно ещё на носителе.

С появлением на самолетах таких ракет, как Х-35, появилась возможность атаковать цели «по-корабельному» — с захватом цели ГСН ракеты на курсе, уже после отцепа от носителя. Но жёсткость требований к ЦУ это не снижает, а наоборот, повышает. Ошибку после отцепа ракеты уже не исправить, но у пилотов «старой» авиации была возможность «показать» ракете цель до пуска, исправив последствия выхода на цель по неточным данным ЦУ путём целеуказания ракете по выбранной для поражения цели непосредственно с самолетной РЛС. Современные пилоты могут пускать ракеты, не наблюдая цель с помощью собственной РЛС, и это один из штатных способов их применения. Значит, и данные ЦУ должны быть точнее.

И вот теперь, понимая всю сложность проблемы, зададим себе вопрос: а как вообще можно получить все данные? Естественно, в реальной войне, где противник отстреливает авиаразведку и давит связь помехами?

Разберём этот вопрос для начала на примере комплекса «Кинжал».

Реальности «Кинжала»

Представим себе, что нам понадобилось бы для того, чтобы всё-таки попасть по морской цели этой ракетой. Итак, полуслепая от плазмы антенна под маленьким радиопрозрачным обтекателем «Кинжала» должна оказаться очень близко к кораблю, так, чтобы ни проблемы с наведением, обусловленные скоростью, ни РЭБ просто не успели бы помешать ракете. Что для этого нужно? Нужно предельно точно передать на носитель ЦУ с упреждённым местом цели, почти без погрешностей, настолько точно, чтобы «Кинжал» мог попасть в цель даже вообще без наведения.


Все думают, что вот это и есть комплекс "Кинжал". Но на этом фото кое-что отсутствует

Получится ли тогда? Вполне. Если цель идёт не маневрируя, то, замерив её скорость и определив курс достаточно точно, зная погоду на маршруте ракеты и выбрав время её пуска (носитель к этому моменту уже должен набрать скорость), получится «уронить» ракету точно на цель. А наличие на ракете примитивной РЛС и газодинамических рулей позволит осуществить минимальные коррекции курса ракеты, чтобы не промазать мимо точечной цели.

Вопрос: какие должны совпасть условия для того, чтобы этот фокус получился? Во-первых, как уже было сказано ранее, цель надо обнаружить, о том, как это иногда бывает трудно, было сказано в прошлой статье «Морская война для начинающих. Выводим авианосец «на удар». Во-вторых, как уже тоже было сказано выше, цель должна идти прямо и не маневрировать ни при каких обстоятельствах. Ну и, в-третьих, где-то рядом с целью должен быть разведчик-целеуказатель, например, корабль или самолёт. С учётом того, того, что точность определения координат и ПДЦ должна быть высочайшая, это может быть только весьма совершенный разведчик.

Да?

Да. Новость от 30 июля 2020 года с сайта Минобороны РФ:

РАКЕТНЫЙ КОМПЛЕКС «КИНЖАЛ» СМОЖЕТ ПОЛУЧАТЬ ЦЕЛЕУКАЗАНИЯ С БОРТА МОДЕРНИЗИРОВАННОГО ИЛ-20М.

Модернизированный самолет радиоэлектронной разведки Ил-20М введен в эксплуатацию в Южном военном округе (ЮВО). Церемония ввода в строй воздушного судна состоялась на одном из аэродромов в Ростовской области. Главной особенностью модернизации самолета специалисты считают возможность выдачи целеуказаний по защищенному каналу связи непосредственно на гиперзвуковой авиационный ракетный комплекс «Кинжал».
Ранее сообщалось, что комплекс «Кинжал» заступил на опытно-боевое дежурство в зоне ответственности ЮВО.


Вот он, недостающий фрагмент мозаики. То, чего не хватало в картине всесокрушающего «Кинжала», чтобы она стала цельной. Но, к счастью, в Минобороны всё объяснили: чтобы гиперзвуковой «Кинжал» с 1000 километров ударил по авианосцу, рядом с авианосцем нужно повесить тихоходный турбовинтовой Ил-20М, снять ПДЦ, передать на носитель ЦУ, попросить авианосец не маневрировать и не сбивать «Ильюшина». И дело в шляпе.


На фото с "Кинжалом" обычно забывают добавить вот эту его часть, а без неё по морской цели он не попадёт. А если война?

Точность систем радиоэлектронной разведки Ил-20М очень высока. Этот самолёт действительно может обеспечить попадание «Кинжала» по морской цели, но на указанных выше условиях. Не будет удивительным, если вскоре Минобороны покажет нам какой-то такой демонстрационный пуск "Кинжала" с попаданием в БКЩ, просто не упоминая про турбовинтовой «птеродактиль» летающий рядом с целью на протяжении получаса.

Фейерверк из чепчиков, подбрасываемых в небо в патриотическом угаре, будет знатным, а нюансы — ну кому они интересны? Лишь бы потом реально воевать не пришлось, а то всё всплывёт, но в возможность войны у нас, похоже, не верят от слова «совсем».

Ну а мы возвращаемся в реальный мир.

Правильно ли в принципе использовать самолёт наведения, целеуказания и т.д.? На самом деле это зачастую единственный выход. Особенно когда противник имеет мощную ПВО и надо его атаковать внезапно, с разных курсов и малых высот. Тогда некий внешний "наводчик" просто безальтернативен. В СССР в этом качестве применялись самолёты Ту-95РЦ, ниже дана одна из схем их взаимодействия с ударной ракетоносной авиацией.



Надо сказать, что это была совсем не идеальная схема: случаев, когда американцы перехватывали разведчиков, было куда больше, чем когда не перехватывали. Но всё же это были какие-то шансы, а кроме того, Ту-95 по своим характеристикам, таким, как например, скорость, это совсем не Ил-20, это куда более трудная цель на самом деле.

(продолжение следует).

Александр Тимохин,

«Военное обозрение» (topwar.ru)
Использованы фотографии:

Минобороны РФ, Kremlin.ru, Saab, НПО Машиностроения, Aviationphotos.net

#вооружение #тактика #ВМФ #военный_отдел #флот
Tags: #ВМФ, #военный_отдел, #вооружение, #тактика, #флот, Военный отдел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments