"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Наши «Войны Пентагона»-2. Хаос опытно-конструкторских работ (Часть 5)


Выражение лица С.К. Шойгу, когда он произносит буквы «ОКР».

Выяснив то, чем сопровождаются работы по созданию научно-технического задела в ОПК нашей страны, продолжаем исследования этих организационных джунглей.

На этот раз – в части опытно конструкторских работ (ОКР). Наши «Войны Пентагона» дают фору американским, и очень большую. Посмотрим на это вблизи.

И даже не мечтайте, не будет никаких ОКРов

«И даже не мечтайте, не будет никаких ОКРов!»

Эта фраза в резкой и эмоциональной форме была сказана Министром Обороны РФ С.Г. Шойгу при посещении Амурского судостроительного завода в разговоре с Президентом ОСК по заказу новых корветов для Тихоокеанского флота.



Министра можно понять. Срывы ОКР в Минобороны приняли просто лавинообразный характер. Только вот причина этого не столько в самих ОКР (опытно-конструкторских работах) как этапе создания вооружения и военной техники (ВВТ), сколько в маразме сложившейся системы НИОКР (что частично было рассмотрено в прошлой статье).

Следует отметить, что у нас есть успешные ОКР, выполненные в заданные сроки финансирования, успешно прошедшие испытания. Причем далеко не всегда это было «что-то простое».

Например, когда в ходе одного из таких успешных ОКР («Маевка») разработчики получили «нокдаун» от того, что коаксиальный кабель (изначально заданный в проекте) не обеспечивает передачу всего объема информации на необходимую дистанцию, в кратчайшие сроки (и впервые в стране) был разработан специальный морской оптоволоконный силовой кабель с требуемыми характеристиками.

Значит, ОКР можно проводить вовремя и успешно.

Однако такие примеры крайне редки и, по сути, являются настолько ярким «исключением», что их порой пытались уничтожить (конкретно, например, «Маевку»). Именно по причине их успешности. Слишком сильно они «кололи глаз» тем, кто привык работать не на результат, а на «процесс» (прикрывая это «тысячей причин»).

По сути, ОКР это

«перевод научно-технического задела в эффективные серийные образцы ВВТ».

Или еще одно неофициальное, но по-своему мудрое, «определение» от старого опытного военпреда:

«ОКР – это проверка РКД (рабочей конструкторской документации) в ходе испытаний».

Иными словами, цель и смысл ОКР – это разработка образца (изделия, комплекса) для его серийного выпуска (который невозможен без качественной РКД).

Что нужно для «правильного» и успешного ОКР?

Первое. Необходимый научно-технический задел.

Второе. Адекватное и выполнимое ТТЗ (тактико-техническое задание) и заданные сроки ОКР.

Третье. Адекватное финансирование. И главное в нем не столько размер, сколько организация должного финансирования этапов. (Антипример. Для множества наших ОКР 2000-х годов большую часть финансирования сдвинули на последние этапы (первые из них выполняя просто в «нищете»). А потом «внезапно удивлялись», почему эти ОКР «всей кучей», «дружно» ушли в срывы и огромный перерасход средств).

Четвертое. Со стороны разработчика – крепкий коллектив и дееспособный. Главный конструктор (крепкий коллектив и организация порой в состоянии «вытащить» тему даже со «слабым» ГК (один из таких примеров, из дословной оценки специалистов:

«торпеда боится воды», потому что «воды (т.е. испытаний) боится ее ГК».

Пятое. Очень важный фактор – дееспособная военная приемка, ибо от ее эффективной работы сегодня зависит очень многое (причем самый худший вариант для «фабрики», когда

«воепред подписывает все»).

Шестое. Эффективная система испытаний. И должное отношение к ним организаций Минобороны.

Седьмое. Возможности промышленности (и «других организаций») по серийному выпуску и поставке комплектующих.

По НТЗ говорилось в прошлой статье. Поэтому перейдем к вопросу ТТЗ.

О тактико-технических заданиях



Очень актуальная картинка, в том числе для военных ОКР.

Хорошие и актуальные воспоминания и размышления об этом (как это было во времена СССР) написал бывший начальник отдела эксплуатации торпед НИИ оружия ВМФ Л.Б. Бозин:

В числе обязанностей торпедного управления института были:

– Подготовка и согласование с исполнителями работ технических заданий на разработку торпед и торпедно-ракетного вооружения кораблей.

– Наблюдение за ходом разработки, участие в различных, в т. ч. государственных, испытаниях, образцов оружия и вооружения кораблей.

– Наблюдение за эксплуатацией оружия и вооружения на флоте.

– Научная работа.

Наблюдение за ходом разработки заключается в активном участии в испытаниях, оценке их результатов, подготовки заключений по ним для принятия управленческих решений.

Первый – важнейший – этап: разработка и согласование с исполнителем работ «Технического задания» (ТТЗ). Это не несколько строчек типа: «сделайте так, чтобы было хорошо». Это подробнейший документ о том, каким требованиям должен отвечать комплекс вооружения, боевая часть комплекса – торпеда, ракета или отдельная составная часть торпеды, ракеты. За каждую строчку этого документа идет не то, что спор, а прямо-таки бой с представителями исполнителя работ, за каждую цифру, за каждое слово, ибо каждое слово в ТЗ имеет юридическую силу. Споры нередко принимают такой вид:

– Мы хотим, чтобы…

– Хотеть не вредно, а где доказано, что такое возможно на практике, а не в теории?

Рабочий документ перед печатанием начисто совершенно не похож на исходный, называемый «рыбой». Он весь состоит из исправлений, вставок, вычеркиваний не только отдельных слов, но и целых предложений и даже целых абзацев.

Иногда головной исполнитель работ выдает частное техническое задание на какую-либо составную часть сторонним организациям. В этом случае Институт согласовывает это частное ТЗ. Подпись на таком документе тоже дорогого стоит. Малейшая неточность или пропуск в задании какой-либо детали в конце работы обходится дорого или, как говорят, «выходит боком»…

При разработке торпеды СЭТ-72 «Гидроприбором» было выдано частное ТЗ заводу имени Петровского на разработку УБПУ (унифицированного блока приборов управления): что-то вроде автопилота. Институтом оно было согласовано. И пропущена малюсенькая деталь: не поставлено требование центра масс УБПУ относительно оси торпеды. Это миллиметры!

Киевляне разместили самые тяжелые узлы так, как им было удобно крепить их на раме: в верхней части блока. В результате:

– центр масс торпеды пополз вверх.
– метацентрическая высота оказалась недостаточной.
– торпеда стала плохо ходить по крену.

Обращение к разработчикам УБПУ:

– Прикомпонуйте так, чтобы…

– А где вы раньше были? Работа выполнена в соответствии с ТЗ. Поезд ушел. А если уж очень хотите, открывайте новую тему, новый договор, новые сроки выполнения, новое финансирование. Будьте здоровы, категорически желаем успеха.

И главному конструктору торпеды Ибрагиму Эффендиеву для снижения центра масс пришлось разместить в торпеде вывесочный груз: болванку массой более 20 кг, вместо того, чтобы использовать вес и объем груза на что-нибудь более полезное…
Вот во что иногда обходятся забытые миллиметры.


Особенно стоит отметить:

Промышленники те еще зубры и не раз ставили военных – и даже крупных начальников и адмиралов – деликатно скажем, в аховое положение. Опыт приобретается долгой и ответственной работой с промышленностью. Офицеры с флота, в особенности адмиралы, познавшие на практике всякого рода недостатки в торпедах, часто приходят в институт или в управление с горячим желанием «навести порядок». Получив от промышленности пару оплеух, умеряют пыл…

Так было. Охарактеризовать «как стало» в двух словах можно, сказав, что

сегодня ТТЗ порой пишутся «за выходные», и это еще и «срыв назначенных руководством сроков», ведь было «целых три дня, - вечер, ночь и утро».

Наглядно показать «качество» (в кавычках) сегодняшних ТТЗ можно на примере ОКР АНПА-ПА, которым Минпромторг (а точнее одна организация с площади) «мечтает одарить» Минобороны:

Тактико-технические требования к изделию. Требования назначения. Должны обеспечиваться следующие технические характеристики по назначению:

автономность работы АНПА-ПА не менее 24 часов на скорости экономичного хода.


Так какой «экономической скорости»? Ибо это непосредственно влияет на облик (включая требования к средствам поиска и связи) и стоимость АНПА?

Контроль выполнения миссии и состояния АНПА-ПА, а также передача команд телеуправления на борт АНПА-ПА в подводном положении по гидроакустическому каналу связи и в надводном положении по каналу радиосвязи.

Слово «миссия» тут просто режет глаз. Бессмысленно-рабский перевод английского слова mission (задание) проник в отечественные нормативные документы. Но это мелочь. А вот вопрос, на какую дальность и при каких условиях (уровне помех и аномалии распространения) должны, согласно ТТЗ, работать эти виды связи, не раскрыт. И как выбирать или проектировать оборудование для этой связи?

Съемка поверхности дна и объектов на акваториях с плотностью воды 1000–1054 кг/м3.

Измерение параметров среды (температура, скорость звука, давление) во всем диапазоне рабочих глубин погружения АНПА-ПА.


С какими характеристиками и требованиями?! – Ничего этого нет!

С требованиями по ВВФ (воздействию внешних факторов) данного ОКР, становится очевидным, что МО РФ с таким «подарком» может сделать только одно – «повесить на стену» (причем желательно очень аккуратно) и не трогать.

Вопросы, на что все-таки «группа заинтересованных лиц» желает потратить 600 млн бюджетных рублей, также «лучше не задавать».

А вообще, по нынешним временам, это еще неплохое ТТЗ (сарказм). В нем хоть что-то есть…

Бывает много хуже. Например, когда для подводного аппарата задаются требования к его составной части, технически реализуемые только в массо-габаритах этой составной части на порядок больше, чем максимальная, для всего аппарата.

Или другой пример, когда к системе управления боевого комплекса (с «издевательски компактным названием») в требованиях назначения, вообще, нет решаемых задач (их там нужно придумать на этапе эскизного проекта). Однако предъявляются требования «обеспечения отправления естественных надобностей личного состава». Еще раз – это в требованиях назначения «перспективного противоминного комплекса ВМФ»!

И это была не «какая-то рыба». Там уже подписи стояли!

Отдельный вопрос – о невыполнимости ряда «пожеланий» (требований) в ТТЗ.
Дословная фраза разработчика ТТЗ ОКР «Ломонос» (якобы «суперторпеды XXI века, а по факту афёры по освоению госденег на бесконечной «липовой» ОКР, которая и не могла быть завершена):

Что значит «оно невыполнимо», если я им его разработал?!

После этого уже не вызывает удивления, что организацию, начальник отдела в которой заявляет такие фразы, в профессиональных кругах стали называть

«ЦНИИ кораблекрушения».



Здесь хотя бы кратко необходимо остановиться на проблеме «внешних воздействующих факторов» (от климатики и ударов, до ЭМИ ядерного взрыва и требований по ионизирующим излучениям).

Безусловно, это необходимые для ВВТ требования, однако с их конкретизацией есть очень серьезные проблемы (в т.ч. просто по их адекватности). Еще хуже с методологией данного вопроса.

Все это усугубляется «ценником» этой тематики, например, стоимость испытаний комплекса ИСПУМ на воздействие ЭМИ составила (по данным сайта госзакупок) почти 300 млн рублей.

И, раз уж зашла речь об испытаниях, стоит и эту тему «поднять».

(продолжение следует)

Максим Климов,
«Военное обозрение» (topwar.ru)

#ВМФ #ВС_РФ #НИОКР
Tags: #ВМФ, #ВС_РФ, #НИОКР, Информация к размышлению и обсуждению
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments