September 13th, 2020

Полный круг проповедей. Воскресение. О званых, призванных и изгнанных



Неделя 14-я

Мф.22:1–14

2Кор.1:21–2:14

Некий царь сделал «брачный пир для сына своего, и послал рабов своих звать званых на брачный пир». Но они «не хотели прийти». Царь отправляет новых посланников. Может быть предыдущие что-то не так передали, или званые что-то не так поняли, – так объясните им: «вот, я приготовил обед мой, тельцы мои и что откормлено, заколото, и все готово; приходите на брачный пир».

Царь звал не на работу, не на службу, а на пир. Но они погнушались чужой радостью. У них сразу нашлось «дело поважнее», и они пошли, «кто на поле свое, а кто на торговлю свою». Пренебречь любовью, ничего не требующей взамен, пренебречь заботой и стараниями – что может быть обиднее и бесчеловечнее? Но именно так они и поступили.

Почему же? – Позванные царем, они очевидно были достойны царского приглашения. Но похоже, они так раздулись в этом своем достоинстве, что сочли его абсолютно своим, забыв, что всякое достоинство в царстве – только от царя! И настолько раздулись, что те, у кого не нашлось под рукой никакого дела, – поступили еще более откровенно: «схвативши рабов его, оскорбили и убили их».

И тогда царь решил дать достоинство другим, призвать на пир тех, кто еще не имеет никакого достоинства. Теперь Он говорит рабам: «пойдите на распутия, и всех, кого найдете, зовите на брачный пир». И рабы собрали всех, кому совсем уж некуда идти, у кого ни поля, ни торговли, ни даже дома или родных. И вот, «брачный пир наполнился». Какое чувство поистине нечаянной радости, какое чувство благодарности должны испытывать эти гости, с каким вниманием и предупредительностью должны вести себя!

И вдруг «Царь, вошед посмотреть возлежащих, увидел человека, одетого не в брачную одежду, и говорит ему: друг! как ты вошел сюда не в брачной одежде»? А правда, как он мог войти без нее? Ведь брачную одежду давали всем приходящим. Ведь он же видел, что все берут ее, видел, что на нем такие лохмотья, в которых нехорошо входить в дом радости. И сколько надо было дерзости и пренебрежения ко всему и ко всем, а главное – к самому царю, чтобы оказаться на пиру все же без брачной одежды! Ему и оправдаться-то нечем, поэтому, обличаемый царем, он молчал. Он и уходить не хотел, и прощения просить не собирался. И царю ничего не оставалось, кроме как сказать слугам: «связавши ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю».

Господь призывает нас в Свою Церковь, на брак Сына Своего, на Его спасительную Вечерю. И мы готовы ради этого отложить все дела… кроме одного-единственного. И грехов своих мы ради Царствия Небесного не оставили. В лучшем случае грехи сами уже оставили нас, по нашей старости или немощи, сделав с нами в свое время все, что хотели. И не хотим мы принять брачную одежду добродетелей, не хотим читать Святое Евангелие и вникать в самый дух учения Христова.

Но все-таки нам кажется, что мы на брачном пиру. Вроде бы не во тьме, и вроде бы нам не плохо. Но это лишь до поры, пока подойдет к нам хозяин и потребует отчета. «Бога призываю во свидетели на душу мою, что, щадя вас, я доселе не приходил», – говорит посланец этого хозяина. И снова предупреждает: «когда опять приду, не пощажу» (2Кор.13:2).

Есть только Бог и безбожие. И – либо с Богом, на брачном пире Его Сына, в светлой одежде добродетелей, в радости, в палатах Царствия Небесного. либо – за пределами жизни и радости, где тьма «внешняя», где поэтому «плач и скрежет зубов», где не богатые и не бедные, а – «псы и чародеи, и любодеи, и убийцы, и идолослужители, и всякий любящий и делающий неправду» (Откр.22:15). А третьего не дано.

Протоиерей Вячеслав Резников,
"Азбука Веры" (azbyka.ru)


#православие #проповедь

Бог, рубль или чека: русские политические альтернативы

В монархии воплощен моральный принцип власти. В республике — финансовый. В диктатуре — принцип физической силы. Именно поэтому монархия неизбежно будет связана с церковью, республика — с банками и диктатура — с чрезвычайкой. Бог, рубль или чека.

Иван Солоневич,
Большевицкие ступеньки


#философия #мнение #политика

Двойной миф о "советском человеке" (окончание)


Вдруг нашлось в сети забавное: эта мода почему-то гуляла когда мне было лет 13. Красные носки у молодых людей. Почему - загадка. Потом вдруг исчезла.

Подытоживая: средний советский человек времен позднего СССР ни с квазилиберальным, ни с новым красным мифом никак не соотносился.

Он был довольно аполитичен, относительно лоялен, не без бытовой сатиры, к существующему строю, довольно часто был хорошим специалистом в своем деле (не без требующих смекалки трудностей, которые доводилось постоянно одолевать что инженеру, что врачу), бездумно внерелигиозен (хотя его вина тут меньше, чем у западного современника). Был менее ухожен, чем западный же современник, тратил немало сил на унизительные бытовые проблемы. Имел комплексы перед «заграницей», каковые мы по сю пору расхлебываем. Очень любил читать, что правда, то правда – домашнюю библиотеку собирали в почти любой семье. Идеологию, несшуюся из каждого утюга достаточно регулярно, воспринимал как комариное жужжание, на автомате пропускал мимо ушей.

Идейных комсомольцев, к примеру, в моем поколении уже не было вовсе. Все знали – если кто пошел по комсомольской линии – ну, делает карьеру. Коль скоро времена были уже почти вегетарианские, то карьеристов не ненавидели: хочет человек поближе к кормушкам и загранам, ну, его дело. Но примись кто из тех же комсомольских работников всерьез, не на службе, «топить» за родную советскую власть, свои бы пальцем у виска покрутили в курилке.


У этих было такое веселье. А и пёс бы с ними, лишь бы людям не мешали жить.

Патриотизма тогдашний советский человек отнюдь не был лишен, но как-то само получалось, что его больше занимали такие темы, как Отечественная война 1812 года, Балканские кампании, словом – досоветская история.

Последняя попытка романтизировать с красных позиций Гражданскую войну (все эти «Неуловимые мстители») безнадежно осталась в шестидесятых. Человек семидесятых, мало что зная о Белом движении, тем не менее с большим удовольствием брякал на гитаре про «Осень, вышивающую кресты по истертому золоту погон», чем выражал готовность «пасть» к огорчению «комиссаров в пыльных шлемах». В «Адъютанте Его Превосходительства» он умудрялся воспринимать героя положительным в силу магии «вражеской» формы.

Отношение к Второй Мировой было у советского человека много разумнее, чем у почти любого сегодняшнего. Оно было, в силу большей близости, более семейно-личным, далеким от истерии нынешнего официоза.

Советский человек, даже десять раз член внешней партии, считал само собой разумеющимся ХХ съезд КПСС и признавал то, что тогда деликатно называлось «ошибками времен культа личности». В чем был много умнее и логичнее нуворужей, ибо, при их некротическом нынешнем культе Кобы Джугашвили им не остается ничего иного, как счесть подлежащими расстрелу вообще всех коммунистов нескольких десятилетий, считая высшее руководство.

Примерно таким он был, этот средний человек.

Человек как человек. Живой. Обыкновенный. Со своими недостатками и достоинствами.

Откуда же взялось и квази-либеральное превращение его в смоляное страшное чучелко, и плакатные мифы сегодняшней комсы?

С первым, впрочем, всё просто, мы уже о том упоминали. Советский комплекс перед «иностранцем» заставляет эти тухлые «сливки общества» противопоставлять себя некоему чудовищу, от которого оно, сокровище эдакое, отличается. Эдакие простигосподи доморощенные веласкесы: нарисую рядом с собой горбатого карлика, авось сойду за красавицу.

Поэтому и несется в сетях что ни день одно. То «тонная» дамочка изречет, что «в этой стране сто лет нет науки, один рабфак», то сын и брат двух советских писателей прокричит со сцены, что «советская литература весь век лизала партии … » я употреблю слово «задница», но упомянутый бонакон не смутился более гадким синонимом. Это ведь надо так захотеть «выглядеть на фоне», чтоб не убояться даже Хамова греха?

Но с этим хотя бы всё просто.

Что же до мифа о столь же нереальном строителе коммунизма, он раздувается искусственно и массово, превращаясь на ходу из мифа о строителе в миф о красоте палаческого ремесла.


Эти, тогда невообразимые, хотят веселиться по иному. Но о них - речь впереди.

Но это уже – тема другого разговора.

Все фотографии взяты из открытого доступа.

Елена Чудинова,
блог на «Яндекс Дзен»


#история #СССР #мнение