October 8th, 2018

Забытые герои Великой войны: Михаил Алексеев (к 100-летию памяти)


«Бывало, что ни спросишь, либо не знают, либо знают что-то, а теперь на все вопросы — точный ответ. Все знает, сколько на фронте штыков, сколько снарядов, сколько в запасе орудий и ружей, продовольствия и одежды. Все рассчитано, предусмотрено… Будешь весел, поговоривши с таким человеком». – так говорил Великий Князь Николай Николаевич о генерале Михаиле Васильевиче Алексееве.

На высшие ступени военной карьеры он поднимался из низов, своим примером опровергая советский стереотип о «генералах-помещиках», «генералах-аристократах» и т.п. Михаил Васильевич родился 15 (3) ноября 1857 г. в семье николаевского солдата, участника обороны Севастополя, дослужившегося до майора. Окончил Московское пехотное юнкерское училище.

Боевое крещение Алексеев принял в рядах 64-го пехотного Казанского полка на Русско-турецкой войне. Михаил Васильевич был участником боев под Плевной, получил ранение. Состоял полковым адъютантом при штабе отряда генерала Скобелева.
Collapse )

Иван Ильин. Я ВГЛЯДЫВАЮСЬ В ЖИЗНЬ. Книга раздумий. Проблемы характера. Умный


Если кто-то действительно умен, другие замечают это очень скоро и сходятся на том, что он «умен», даже весьма «умен». Но если задать вопрос: «Что значит умный? Как это распознать?» — никто не знает. «Умный и есть умный, можно также сказать: толковый, понятливый, интеллигентный, что еще?» Удовлетворяясь такими «родственными по смыслу» словами, которые, собственно, и не являются таковыми, переадресуют этот вопрос мыслителям по профессии: пусть помучаются с этой проблемой, если у них есть время и охота. Но в действительности мука эта не так уж велика, стоит только понаблюдать и подумать. И прежде всего над тем, что не является умом.

Не следует смешивать ум и образованность. У умного может не быть образования: так, умный крестьянин, самобытный, некультурный, мало знающий, но смышленый, остро и, вероятно, глубоко думающий, возвышается, подобно горе, над уровнем обывателя, и образованным людям есть чему у него поучиться. И наоборот: ни диплом, ни ученая степень, ни энциклопедическая память не являются порукой ума человека. Так думал и древний Гераклит: «Многознание уму не научает».[27]

Существует также предрассудок, что умный «быстро соображает». Конечно, есть умные люди, которые Мгновенно все обдумывают; но есть такие умные и глубокомысленные люди, которые соображают медленно, с опозданием; и как часто завзятый остряк, который, казалось бы, «хватает все на лету», не более чем легкомысленный недалекий тупица.
Collapse )

80 лет со дня рождения С.В. ЯМЩИКОВА



Савва Ямщиков. Кому ЧК, а кому мать родная?

Прежде чем задать этот волнующий меня вопрос и попытаться разобраться в сложных перипетиях, с ним связанных, скажу, положа руку на сердце, что кровавое «красное колесо» в страшной части нашей истории продолжает пластать меня по бренной родной земле не только горькой памятью о зверствах прародителей антирусского террора, но и мнимой бархатностью нынешнего уничтожения России, осуществляемого их не менее жестокими последователями, учениками, а иногда и просто родственниками по прямой.

Три основных составляющих русофобского террора коснулись меня отнюдь не косвенно. Одна половина моих дедов и прадедов - потомственные крестьяне из зажиточных слоёв, умевших и мельницу поставить, и урожай богатый собрать, не прибегая к помощи наёмных рабочих рук, обходясь своими недюжинными способностями и силой, отпущенной Богом; многие же из предков по материнской линии были верными слугами церкви, стойкими последователями старообрядчества. Разве можно мне забыть и простить тотальное уничтожение золотого фонда отечественного крестьянства, когда тридцать миллионов хранителей и кормителей России были сняты русоненавистниками с родных мест и истреблены физически?
Collapse )

135 лет памяти И.С. АКСАКОВА


Русский прогресс и русская действительность

Представьте себе, читатель, громадную, тяжело нагруженную колымагу, медленно движимую по грязной, топкой дороге, шестериком здоровых, крепких, но несколько ленивых коней и тройкой выносных или передовых, на одной из которых усердно беспокоится бойкий форейтор. Колымага то и дело вязнет в глубоких колеях, колеса упираются в рытвины или наворачивают на шины целые пуды грязи; лошади, ощупью отыскивая твердой опоры для копыта, беспрестанно оступаются и проваливаются. Пришлось, наконец, подниматься на гору, за которой, по рассказам, дорога становится лучше. Чтобы одолеть этот подъем, нужно бы дружным усилием всех девяти коней подхватить и вывезти колымагу, но не тут-то было! Беспокойный форейтор, приударив своих лошадей не вовремя, так натянул постромки, что они лопнули; колымага с шестериком засела в трясине, на самом взлобе дороги, а форейтор со своими выносными конями ускакал вперед! И скачет форейтор, не оглядываясь, все вперед да вперед; скачет, не слыша отчаянных криков кучера увязнувшей колымаги, не разбирая дороги, – целиком, по полям и нивам, чрез ручьи и овраги, не заботясь об экипаже, да и не соображая, что во всяком случае грузный экипаж так скоро мчаться не может; скачет, предовольный собой и своей быстрой ездой, и в пылу погони за блудящими огоньками воображает, что везет колымагу к настоящему путеводному свету!..
Мы только подробнее и пространнее начертили образ, на который еще покойный И.В. Киреевский указывал для характеристики просвещения Польши в XVI и XVII веках; но едва ли еще не с большей верностью может он послужить, как сравнение, для самой России. Эта тяжело нагруженная колымага с шестерней добрых коней не наша ли земля с ее материальными и духовными богатствами, не народ ли, оставшийся позади, без средств к просвещению и внешнему преуспеянию, народ, от которого оторвались верхние слои общества?.. Этот форейтор, так шибко скачущий, потому что не тащит за собой никакого груза, не мы ли, так называемое образованное общество, мчащееся во весь опор верхом на цивилизации, подгоняющее ее татарской нагайкой работы немецкого мастера, скачущее к прогрессу не столбовой дорогой, а какими-то особыми кривыми путями, вне всяких исторических, жизненных условий? Эти блудящие огоньки не те ли «идеи века», за которыми так безразборчиво гоняются наши прогрессисты?.. Кстати, об «идеях века»: мы взяли это выражение из одной газеты и находим, что оно очень удачно высказывает точку зрения и характер стремления форейторов-профессистов известного сорта! Им нет дела до содержания идеи! Им достаточно того, что, по справке, она оказывается европейской, современной, и в названии «идеи века» они видят высшую, безусловную похвалу! Они забывают, что не одни идеи Гизо, но и идеи Прудона также идеи века, что такое качество ничего не определяет, а потому и такое выражение ничто более, как пустая бессмысленная фраза! Но фраза-то нас и губит!
Collapse )