December 27th, 2017

А.И. Солженицын. Россия в обвале. 4. ОШЕЛОМЛЁННАЯ РОССИЯ – И ЗАПАД

С конца 80х годов разлившийся в нашей столичной образованности интернациональный восторг едва ли не перехлестнул и ранних большевиков. Российским либералам и радикал-демократам помнилось: распахивается отныне и навеки – счастливейшая эра на нашей планете: теперь и всем населением её, и всеми государственными деятелями овладеют общечеловеческие ценности, которым, все дружно, мы и будем служить. А посему: какая-либо твёрдая внешняя политика России есть империализм или абсурд, крепкая власть в России – тирания. Так и в восприятии нами Соединённых Штатов справедливое представление о широкой щедрости американского народа неосновательно перенеслось и на вашингтонское правительство – эгоистически расчётливое, как и всякое нормальное государственное руководство, а в особых условиях после краха советского соперника всё более втянутое в имперский вкус контролировать всю бы планету.

Сей интернациональный восторг, «новое мышление», уверенно направил и действия горбачёвского руководства. Вынужденные отпускать на волю страны Восточной Европы – Горбачёв, вскруженный ураганом западного восхищения и похвал, и с ним Шеварднадзе, из недавних вождей окраинного КГБ да всемирный дипломат, – не озаботились просить западных партнёров закрепить письменным договором их устные тогдашние заверения. (По свидетельству Е. Примакова, в 1990-91 и Миттеран, и Мейджер, и Бейкер в беседах с Горбачёвым-Шеварднадзе-Язовым, нетерпеливо ожидая вывода советских войск, дружно обещали, что НАТО на восток не расширится ни на дюйм и ни одну страну Варшавского договора в НАТО не примут. («Общая газета», 19.9.1996, с. 4). Но Горбачёв не осмелился попросить документальное обязательство.) Подобно этому была подарена Америке и «Вторая Аляска» – бессмысленная уступка в 1990 Горбачёвым-Шеварднадзе 40 тыс. кв. километров Берингова моря (шельф, богатый рыбой, нефтью, газом) («Известия», 30.8.1997, с. 1).

Collapse )

«Загоним палками в царство правды»

Почти два столетия отделяют нас от путча декабристов, но споры о том, что произошло в Петербурге 14 декабря 1825 года, не утихают. Водораздел проходит между оценками Герцена, ставшими в советскую эпоху официальными и укоренившимися в массовом сознании, и объективной трактовкой тех событий и личностей, участвовавших кровавой драме, разыгравшейся на Сенатской площади.

С легкой руки помещика-диссидента Александра Герцена, выгодно продавшего своих крепостных и уехавшего жить в Париж, чтобы оттуда обличать царскую власть и крепостничество, дворян-заговорщиков стали называть не иначе, как благородными идеалистами, смелыми вольнодумцами, радетелями о благе народном, принявшими от рук его мучителей страдания и смерть на виселице.

Если брать в расчет только лозунги и декларации декабристов и не утруждать себя поиском всей крывшейся за их словами подноготной, то иных выводов не получится. Вот что написано в уставе первого тайного политического общества «Союз спасения», возникшем в 1817 году. «Подвизаться всеми силами на пользу общую, препятствовать всякому злу и искоренять социальные пороки, обличая косность и невежество народа, несправедливый суд, злоупотребления чиновников и бесчестные поступки частных лиц, лихоимство и казнокрадство...». И т.д., и т.п. Как говорится, благими намерениями вымощена дорога в ад. Позднее Пестель назовет свой проект преобразований не менее вычурно - «Русская правда».

Collapse )