May 25th, 2017

Вознесение Господне

«И когда благословлял их, стал отходить от них и возноситься на небо. Они поклонились ему и возвратились в Иерусалим с великою радостью.» С великою радостью, и пребывали всегда в храме, прославляя Бога.

Если в продолжении шести недель святая Церковь учила нас сохранять этот мир, который в первый день Своего Воскресения даровал Христос, сказавши: «Мир Вам!» то теперь это чувство мира должно бы наполнять наши сердца. Ведь оно, это чувство мира, является у всех чаянием радости. Ведь люди ищут какого-то покоя, каких-то утешений… Для этого они путешествуют с места на место, чтобы найти этот мир. А ведь мир-то этот в них есть, только в невыявленном состоянии.

Мир – это тот дар, который дал нам Господь. Этот мир, который хранит человека в каком-то неземном состоянии радости. Вот то, чему в продолжении шести недель Пасхи учила нас святая Церковь: пребывать поблизости Христа, хранить этот мир, охранять себя от тех обстоятельств, которые, вселившись в наше сердце, могли бы нарушить этот мир. Ведь сердце наше и есть это место, в котором пребывает мир. И этот мир пребывает в сердце, пока к сердцу не подойдет что-нибудь горючее. А как только под сердце подойдет горючее, какая-нибудь страсть, – сейчас же мир уходит, и начинается буря. Буря эта бьется над всеми нашими сердцами. Эта буря есть стихия врага рода человеческого, волнующая все человечество. Да минует же эта буря тех, кто будет в бункерах Христовых. А какие же это бункера Христовы? Эти убежища для душ человеческих от бурь житейских? А вот какие: в первый день Своего Воскресения вечером, когда двери дома, где собрались Его ученики, были заперты, из опасения от иудеев, пришел Иисус и стал посреди и говорит им: мир вам! Вот Его первый дар, как бы «первый бункер,» который через учеников Своих Он передал всем нам, христианам. Сказав это, Он показал им руки, и ноги, и ребра Свои. Ученики обрадовались, увидевши Господа. Иисус же сказал им вторично: мир вам! Как послал Меня Отец, так и Я посылаю вас. Сказав это, Он дунул и говорит им: примите Духа Святого, кому простите грехи, простятся, на ком оставите, на том останутся. Вот и второй дар, второй бункер. И теперь, когда Христос возносится, Он оставляет нам благодать Святого Духа, которую Он обещал в первый же день Воскресения Своего. Два дара оставляет Он нам: первый дар – это мир, который и есть то, чего все люди ищут: истинное счастье. А второй дар, как бы ограждающий, сохраняющий этот мир, – это Таинство Покаяния, дар Духа Святого, данного Его ученикам: Дар Разрешения Грехов.

Collapse )

Последние дни лейб–гвардии Уланского Ее Величества полка

23 марта 1917 года. Хочу сказать, что происходило в полку за эти 10 дней. Получены приказы о сформировании полковых комитетов офицерских и солдатских депутатов. В состав их вошли: Апухтин, Олив, Каменский, классный фельдшер Вальковский и по 2 улана от эскадронов и команд. Председателем избран унтер–офицер 6–го эскадрона из охотников Нехорошев, по профессии помощник присяжного поверенного из Москвы. Состав комитета прекрасный, и к чести улан надо сказать, они действительно выбрали лучших людей, умных и с весом. На первое заседание еще только солдатского комитета пришли Миклашевский [32] (командир полка), полковники князь Андроников [33] и Крапоткин [34] и я (еще полковой адъютант). Командир приветствовал их с началом их деятельности, высказав уверенность, что они приложат все силы, чтобы полковая жизнь обошлась без всяких трений, всегда возможных при такой огромной перемене. Председатель задал несколько вопросов по поводу организации, и Миклашевский ушел. Тогда Андроников сказал слово, произведшее большее впечатление. Он говорил о сознательной дисциплине, приведя в пример батарею конной артиллерии, на красном знамени которой было написано «Да здравствует железная дисциплина», а орудия были в таком непорядке, что наши люди это заметили. Мы ушли, а вечером уже было соединенное заседание, и Апухтин говорил речь. Нехорошев отвечал. Наши в полном восторге, говорят, что настроение прекрасное и что на наших офицерских собраниях не бывает такого порядка. Настроение улан, служба и дисциплина прежде всего. Результатом являются два воззвания, одно особенно интересное, направленное против тех, кто распускает панические слухи. С такими решено бороться, до крайних мер включительно. Могу сказать, что в полку сейчас не меньше порядка, чем раньше. Лишь с тревогой думается, что наш полк или несколько полков это капля в море среди 10–миллионной армии, а оттуда, из серых недр, идут сведения неутешительные. Говорят, что в Особой армии дезертировало 30 процентов, а на севере еще больше. В частности, у меня трубачи выработали по моему предложению правила игры по частным вызовам. Все почти осталось по–старому, лишь есть новые пункты, как нежелание, чтобы офицеры дирижировали, отмена покашливаний, обходов. Эти правила Миклашевский показал на собрании полковых командиров, и все просили их прислать.

Collapse )