January 4th, 2017

А.Л. Марков. В Ингушском конном полку. Ч.5.

Вестовым у меня при приезде в полк добровольно вызвался быть всадник Ахмет Чертоев. Он был чеченец, а не ингуш, хотя служил в Ингушском полку. Видимо, в Чеченском полку у него было слишком много кровников, чтобы он там мог быть в безопасности. Ахмет, как и большинство горцев, всё галицийское и австрийское население почитал врагами, независимо от того, было ли оно военное или штатское, и очень осуждал начальство за то, что оно с ним церемонится. По вечерам, видимо, желая научить меня уму-разуму, он много рассказывал о жизни в его родном ауле, где, по его словам, живут настоящие джигиты, не питающие слабодушия в отношении врагов. Рассказы его в большинстве случаев касались всякого рода стычек и битв чеченцев друг с другом. Институт кровной мести Ахмет не только одобрял, но и считал, что этот обычай наравне с разбоем является единственной и незаменимой школой для воспитания молодёжи в воинском духе и традициях доброго старого времени, так как, по его мнению, настоящие войны, к сожалению, бывают слишком редко.

Мстить кровникам, по чеченским обычаям, оказывается, разрешается не только лично, но и через наёмного убийцу-специалиста. Мести подвергались все мужчины вражеского рода от 15 до 60 лет, при всяком удобном случае, в любой час дня и ночи. Так как в его местах у всех чеченцев имеются кровники, то благодаря этому обстоятельству для всех мужчин необходимо ходить вооружёнными, чтобы в каждый момент быть готовым к отражению атаки. По этой причине в Чечне постоянный спрос на винтовки и револьверы, чего, к сожалению, русское начальство здесь на фронте не понимает и мешает перевозить с фронта оружие на Кавказ, поступая, по его мнению, в этом случае, как ишак. Это не только глупо, но и жестоко, так как благодаря этому нелепому распоряжению в Чечне многие были убиты безоружными…

Collapse )

Марин Ле Пен делает первые программные заявления своей избирательной кампании

Ещё толком не начавшаяся президентская предвыборная гонка во Франции уже преподносит всем сюрпризы: глава «Национального фронта» Франции, ведущая кандидатка на должность президента республики Марин Ле Пен вчера заявила, что присоединение Крыма к России было проведено на вполне законных основаниях. И такое заявление представительницы крупнейшей европейской державы может иметь далеко идущие последствия.

«Состоялся референдум, жители Крыма захотели присоединиться к России. Я не вижу оснований для того, чтобы ставить этот референдум под сомнение», — цитирует Ле Пен ТАСС.

Не секрет, что любой политик ориентируется в своих действиях и заявлениях на настроения граждан страны, и в этом смысле слова Марин Ле Пе, безусловно, значат гораздо больше, чем просто её мнение. Они фактически означают, что существенная часть французов допускает возможность признания крымского референдума.

Действительно, основной электорат «Национального фронта» – это жители сельскохозяйственных регионов страны, весьма сильно страдающих от введенного Москвой в ответ на санкции ЕС продэмбарго. Так что их поддержка Ле Пен вполне логична.

Collapse )

Русское дело и обрусение

Несмотря на завоевания, которые национальная идея производит в рядах наших образованных слоев, многие существенные стороны ее остаются еще не ясно понимаемы. Скольких теоретических споров и практических ошибок не видели бы мы, если бы, например, сознали, что содержание национальной идеи, а стало быть и практическое ее приложение, должно быть определяемо не произвольно, не на основании теоретических умствований, а дается нам самой историей данного национального типа.

Вспомним хоть полемику В. С. Соловьева против меня по вопросу об отношении нашем к инородцам и иноверцам. Взгляд моего талантливого оппонента представляет превосходный образчик того, в какие дебри непонимания действительности заводит человека манера теоретически выводить содержание национальной политики из какого-нибудь лично излюбленного принципа. Я говорю «какого-нибудь», потому что результаты получаются в этом случае одинаково ложные при весьма противоположных принципах. Г-н Соловьев в своей религиозной и национальной терпимости приводил к постановке такой политики, которая практически упраздняет Россию как русское государство.

Эта на вид столь свободолюбивая идея приводит к отрицанию русской свободы устраиваться у себя дома сообразно нашим идеалам, потребностям и историческим задачам.

Напрасны были мои попытки разъяснить г-ну Соловьеву, что применение принципа национальной и вероисповедной терпимости далеко не так просто, как ему кажется, — он совершенно отказывался понять, как это можно размеривать да взвешивать доли свободы или терпимости.

Collapse )