"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Последний Главнокомандующий Русской Императорской Армии (часть 3.1)

Начало работы в штабе главкомверха

После провала выступления главкомверха РИА генерал Лавра Григорьевича Корнилова сам он был отстранён от должности Верховного главнокомандующего и посажен в тюрьму, а его начальник штаба генерал М.В. Алексеев подал в отставку. 9 сентября 1917 года А.Ф. Керенский подписал приказ о назначении Духонина Н.Н. начальником штаба Верховного главнокомандующего РИА, приняв на себя 30 августа полномочия главкомверха.

Выбор главы Временного правительства Керенского был не случайным. Для характеристики Духонина следует привести мнение о нем А.Ф. Керенского.

"Духонин был широко мыслящий, откровенный и честный человек, далёкий от политических дрязг и махинаций... ...отнюдь не идеализировал старую армию. Он не испытывал ужаса перед солдатскими комитетами и правительственными комиссарами, понимая их необходимость. Более того, ежедневные сводки о положении на фронте, которые он составлял в Ставке, носили взвешенный характер и отражали реальные положение вещей. Он никогда не стремился живописать действующую армию в виде шайки безответственных подонков. В нем не было ничего от старого военного чинуши и солдафона. Он принадлежал к тем молодым офицерам, которые перенесли искусство побеждать у Суворова и Петра Великого, а это наряду со многим другим означало, что в своих подчиненных они видели не рабов, а прежде всего людей".

Так Духонин стал последним начальником штаба Верховного главнокомандующего.

А что сам Николай Николаевич думал по этом периоде времени. Это ясно видно из писем его супруге. Вот что пишет он в 1917 году:

"Работа гибель. Знаешь, а я все-таки верю в Россию... Исполняю свой долг, как велит совесть и сознание пользы, приносимой Родине. Усталость чувствуется сильная, как никогда. И не предвидится абсолютно никакой возможности хоть немного передохнуть, отойти от переживаемых сильных впечатлений. Напрягаю все усилия, чтобы бодриться и быть выносливым для той большой работы, какую мне надо выполнять".

"Много пришлось пережить, многое переживаю теперь, и неизвестно, что ждет впереди. А враг не дремлет и требует неустанного к себе внимания. Распоряжения должны идти непрерывно; их надо продумать глубоко и основательно. А так устал, так истомился... Положительно, нет ни одной минуты. Все-таки верю, что все направится в должное русло, но надо лишь время. Так боязно, что противник не даст нам этого необходимого времени".

"Дела наши находятся в тесной зависимости от настроения солдат. Оно очень капризно и переменчиво; на него влияет все; ясно, что узда спала, а собственного разума, воли нет. Есть недомыслие и озорство - плохие спутники истории. Вот почему в эти исторические дни страшно за Россию: недомыслие может погубить дело; у некоторых нет чувства долга, для них Россия - звук пустой. Свое "я" превыше всего на свете. Масса так называемых шкурников, прежде всего блюдущих свою драгоценную жизнь. Их не убедишь никакими доводами, ибо в их душах животный страх и один сплошной ужас перед войной. Все больше в армии сторонников крайних мер; это единственный, пожалуй, способ поправить дело, причем некоторые доводят необходимость репрессий до последнего предела, до смертной казни включительно. Об этом прежде всего говорят революционеры, те, что были идеалистами по натуре и считали, что русский народ способен претворить сильные начала
революции и оздоровить страну".


Наступление летом 1917 года:

"Разруха, вселившаяся в армию, несомненно оказала свое тлетворное влияние на успех дела. Некоторые части в разгаре боя отказались помочь своим товарищам, и в то время, как одни истекают кровью, другие лишь зрители. Военный министр видит все это, сознает, но теперь поздно".

"На плечах своих я несу огромную ношу ответственности перед своей совестью и перед Родиной. Малейшая ошибка может иметь роковые последствия. Струна натянута до последней степени. Вера все-таки не оставляет меня, и в этом залог и силы, и продуктивности работы".


И, наконец, знаменательная запись в письме от 22 июля 1917 года:

"Полчаса отдыха за две недели напряженной, беспрерывной работы с 6 июля. Сейчас я безумно и совершенно не знаю, что будет завтра, настолько все неопределенно и неожиданно. Знаю одно, что ни при каких обстоятельствах я не потеряю своего честного имени и не изменю долгу, хотя бы пришлось и жизнь отдать".

Менее чем за два месяца (10 сентября по 25 октября) генерал Духонин провел огромную работу, далеко выходившую за рамки начальника штаба Верховного главнокомандующего.

"Он внес большой вклад, - писал об этом периоде службы Н.Н. Духонина его непосредственный начальник А.Ф. Керенский, - в быструю и планомерную реорганизацию армии в соответствии с новыми идеалами. После ряда совещаний в Петрограде и Могилеве (где находилась Ставка Верховного Главнокомандующего), в которых приняли участие не только министр армии и флота, но также главы гражданских ведомств - министры иностранных дел, финансов, связи и продовольствия, - он составил подробный отчет о материальная и политическом положении вооруженных сил. Из отсчета следовал один честный вывод: армию следует сократить, реорганизовать и очистить от нелояльных лиц среди офицерского состава и рядовых. После этого она будет способна охранять границы России и, если не предпринимать крупных наступательных операций, защитить ее коренные интересы". Здесь необходимо пояснить, что А.Ф. Керенский имел в виду "Программу мероприятий по поднятию боеспособности армии к весне 1918 года", составленную по заданию Временного правительства. Одним, причем из основных ее авторов, был Н.Н. Духонин. К этому следует добавить, что генерал разработал проект создания Русской народной армии, в основу которой был положен принцип территориального и добровольного комплектования частей.

"В лице Духонина, ставшего фактически Верховным главнокомандующим, - писал по поводу нового назначения генерала, находившийся в быховском заточении по поводу нового назначения генерала, находившийся в быховском заточении по Корниловскому делу генерал-лейтенант А.И. Деникин, - Керенский и революционная демократия, представленная комиссарами и комитетами, нашли действительно тот идеал, который они долго и напрасно искали до тех пор. Духонин - храбрый солдат и талантливый офицер генерального штаба принес им добровольно и бескорыстно свой труд, отказавшись от всякой борьбы в области военной политики и примирившись с ролью "технического советника" - той ролью, которую революционная демократия мечтала навязать всему командному составу. Духонина никто из них не заподазривал в малейшем отсутствии лояльности. Он не препятствовал продолжавшимся упражнениям новоявленных творцов "революционной армии". Но в противовес другим генералам, видевшим в этом направлении новые перспективы для неограниченного честолюбия или более покойные условия личного существования, - он шел на такую роль, заведомо рискуя своим добрым именем, впоследствии и жизнью, исключительно из-за желания спасти положение. Он видел в этом единственное и последнее средство".

Здесь следует добавить, что несомненной заслугой генерала Духонина является создание национальных частей в составе русской армии. Так, по его приказу No. 613 от 26 сентября был создан Отдельный Чешско-Словацкий корпус, объединивший в своих рядах все чешско-словацкие части, сформированные к этому времени на территории Российской империи. Корпус состоял из двух дивизий и запасной бригады, основную массу солдат корпуса (около 45000 человек) составили бывшие военнопленные австро-венгерской армии, готовые сражаться на стороне России за свободу своей родины. Однако многим другим полезным для Русской Императорской Армии духонинским планам так и не суждено было осуществиться.

А. Котляревский
Tags: Русская армия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments