"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Взятие Милана русскими войсками



Военное командование союзнических сил в составе: Российской и Османской Империй, Австрии, Великобритании и Неаполитанского королевства весной 1799 г. обратилось с просьбой к Императору Павлу I назначить командующим объединённой группировкой войск в Северной Италии генерал-фельдмаршала графа А. Суворова-Рымникского. В апреле 1799 года он был вызван из ссылки в Санкт-Петербург и срочно направлен на Апеннины. В путь, монарх его благословил со словами: «…Веди войну по-своему, как умеешь».

Разработанные А. Суворовым концептуальные положения весенней кампании в Альпах заимствовали известные суворовские наставления из книги «Наука побеждать»: «…только наступление; быстрота; никакой методичности, при хорошем глазомере; полная власть генерал-аншефу (т.е. А. Суворову или конкретному командующему), атаковать и бить врага в открытом поле, не терять время на осаду; никогда не распылять силы для сохранения каких-либо пунктов».

Наряду с этим, прекрасно осознавая значение боевого духа наступающих, а также психологию масс, проживающих на оккупированной территории, граф А. Суворов обратился к итальянцам с личным воззванием, в котором призвал местное население взяться за оружие, восстановить прежнюю власть и вернуть отобранную собственность. В обращении акцентировалось внимание на наложенное французами непосильное налоговое бремя, экспроприацию и общее обнищание. И в этом не было преувеличения. Когда три года назад войска Бонапарта вторглись в Италию и легко прогнали оттуда австрийцев, население по большей части восторженно встречало «освободителей» в расчёте на «свободу, равенство и братство». Многие радовались переменам, упивались свободой и вином, танцевали, веселились, пока не прослезились. Вскоре во Францию потянулись обозы с «революционно изъятым» итальянским имуществом, а новые поборники свобод, равенства и братства вдруг уразумели, что в переводе на итальянский – эти слова означают налоги, поборы, конфискации. Поэтому населению не потребовалось много времени, чтобы разочароваться в идеалах революции.

8 (19) апреля 1799 г. союзная армия тремя колоннами выдвинулась к реке Кьезе, имея в авангарде казаков и войска генерала Края (отряд князя П. Багратиона и австрийскую дивизию Отта). Французский генерал Шерер не принял боя и начал отход в направлении реки Адды, на западном берегу которой разместились войска, генерала Моро численностью в 28 000 человек. Используя наступательный порыв союзнических войск (48 000 солдат из них 12 000 русских и 36 000 австрийцев), 26 апреля 1799 г. А. Суворов перешёл в наступление. Удержаться на занимаемом рубеже французам не удалось. Под натиском русских казаков и солдат генерала П. Багратиона и М. Милорадовича, прорвавшегося на левом фланге противника и захватившего г. Лекко, войска Моро начали отступать. Видя, что оборона прорвана, и желая сохранить вверенные части и не оказаться в окружении, Моро приказал армии отступать в направлении г. Милан. Попытка врага организовать оборону у г. Треццо и г. Кассана успеха не имела. При отступлении французов был захвачен в плен сам генерал Моро, но по добродушию А. Суворова отпущен под честное слово, что больше в войне участия не примет. В сражении на реке Адда армия Моро была разбита и бежала, оставив на поле боя убитыми и ранеными 2 500 человек, пленными – 5 000 и 27 орудий. Наши потери составили около 2 000 убитых и раненых. Продолжая наступление и обходя противника, союзники вынудили его без боя оставить Милан, Турин и отходить в сторону г. Генуя. Преследовать французов А. Суворов не стал, так как они уже не представляли угрозу, чего нельзя было сказать о надвигающемся во фланг с юга и центра Италии Неаполитанской армии генерала Макдональда (около 30 000 человек).

Закрепить разгрома противника на р. Адда можно было с помощью блокирования оставленных в городах вражеских гарнизонов в том числе в городах Милане, Треццо и Кассана. Дорога на Милан была свободна. Город должна была оборонять дивизия Серюрье, но она уже была разбита. Оставался французский гарнизон в 2 400 штыков, что засел в цитадели и терроризировал горожан. Отвлекать серьёзные силы на его ликвидацию А. Суворов не стал и предложил австрийцам освободить город. При этом поставил условие – в течение дня. Союзникам под командованием генерала М. фон Меласа нужно было занять Милан и блокировать тамошний французский гарнизон. Однако они были не готовы к таким темпам маневренной войны, по крайней мере в их уставе об этом ничего не говорилось, чтобы на плечах неприятеля, ведя штыковой, рукопашный бой, врываться в город и первым же штурмом захватывать крепость. Как бы там ни было, но к Меласу был послан с устным приказом атаман Андриян Денисов, имевший при себе три казачьих полка в 500 шашек.

Стоит заметить, что к тому времени авторитет А. Денисова среди русских войск был непререкаем и его самого лично ценил Александр Васильевич, называя «Мой Карпович». Одним из первых, 26-ти летний А. Денисов ворвался в крепость Измаил, увлекая за собой остальных штурмующих. За что по личному ходатайству А. Суворова перед Императрицей был награждён орденом Святого Георгия Победоносца 4-ой степени, а в георгиевском зале Зимнего дворца был размещён его портрет. Отличился походный атаман А. Денисов и при подавлении польского восстания в 1794, и в боях с французами в Швейцарии в 1798 г., тогда австрийцы терпели поражение за поражением, одно за другим.

К слову сказать, когда итальянцы впервые увидели русских казаков, один из священников из г. Ламоне, поражённый их видом, писал: «Почти все русские всадники были с длинными бородами. На голове у них была красная с голубым шапка, по два пистолета на груди и длинная пика».

Приблизительно в таком виде А. Денисов прибыл к Меласу и оказалось, что его никто не ждёт: «Поехав сам к их главнокомандующему, генералу Меласу, донёс ему обо всём… Но сей сказал, что в повелениях не имеет ничего обо мне и казачьих полках, а потому и принять меня не может». В такой ситуации, кто иной – австриец, итальянец или немец, вернулся бы восвояси к своему руководству с жалобой и не выполненным приказом. Но, «Карпович» был суворовским офицером, ветеран штурма Измаила: «Я решился сам собою, до случая, действовать и послал вперёд большую команду. От начальника которой, майора Миронова, скоро получил донесение, что он без препятствия дошёл до города Милана и остановился при самых воротах онаго, что все жители с дружеским расположением на казаков смотрят и что один, знающий немного по-русски, уверил его, что они все приходу русских войск рады».

Не будучи «робкого десятка», атаман проявил инициативу и находчивость. Имея в распоряжении всего лишь три полка, он принимает ключи от коменданта. Двумя полками блокирует крепость с французским гарнизоном, а во главе третьего полка с музыкой и развёрнутыми знамёнами входит в город. Под бравурные звуки победного марша французы пришли в себя и попытались организовать вылазку, произведя несколько залпов из ружей. Среди русских оказались убитые и раненные, пострадали также и мирные жители. Однако, казаки не растерялись и отразили попытку вылазки, окончательно заблокировав противника в цитадели. Понимая свою малочисленность и возможность очередной более масштабной вылазки французов, атаман пишет срочное письмо Меласу с просьбой ввести войска в Милан. Ответ не заставил себя долго ждать и поразил А. Денисова своим содержанием. Мелас сообщал, что его войска устали и далее не сдвинутся с места, так как к захвату города в таком состоянии они не готовы.

В конечном итоге, австрийцы подошли к Милану только на следующий день, совместно с войсками А. Суворова, который подъехал к Меласу, желая поприветствовать «союзничка», обнял его так, что тот упал с коня под дружный хохот казаков и миланцев. Многочисленные толпы горожан во главе с духовенством вышли за стены встречать победителей. Фельдмаршал А. Суворов поздоровался с представителями города, произнёс подобающую случаю речь, и сопровождаемые победными возгласами русские войска вступили в ликующий Милан. Восторженные горожане предпочли не вспоминать, что всего за три года до этого с не меньшим умилением и экзальтацией они встречали армию генерала Бонапарта.

28 апреля 1799 г. выдался на день Пасхи. Русские солдаты принялись учить итальянцев троекратно целоваться и произносить «Христос Воскресе!». У кафедрального, готического миланского собора Александра Васильевича приветствовал архиепископ. Затем в соборе был отслужен молебен. Причём, почетное место фельдмаршала было богато украшено парчой, бархатом и золотом. Верный своему незабываемому стилю, будущий князь Италийский отказался восседать на почетном месте, вместо этого направившись на молитву в гущу прихожан, и заняв скромное место среди простого народа и своих чудо-богатырей.

О. Ракитянский,
Общество "Двуглавый Орел"


#история_России #Русская_армия #Суворов #Итальянский_поход #Милан #наполеоновские_войны
Tags: #Итальянский_поход, #Милан, #Русская_армия, #Суворов, #история_России, #наполеоновские_войны, Государство Российское, История, Русская армия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments