"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Category:

Морские стратегические ядерные силы: взвешиваем «за» и «против». Часть 1.



Чтобы понять будущее морской компоненты СЯС России, стоит начать с вида войны, к которой нам следует быть готовыми. Конфликты, в которые может быть вовлечена РФ, делятся на 3 основных категории:

1. Глобальный ядерный. Это конфликт, в котором РФ вынуждена будет прибегнуть к полномасштабному использованию своего стратегического ядерного потенциала.

2. Ограниченно-ядерный. Это конфликт, в котором применение ЯО ограничится тактическими боеприпасами и, возможно, небольшой частью стратегических ядерных сил. Такое возможно, например, в случае войны с державой, обладающей незначительным ядерным потенциалом, которая, тем не менее, рискнет использовать его по нам.

Или же в случае, если территория РФ подвергнется неядерному нападению такой мощи, что отразить его без использования «последнего довода королей» мы заведомо не сможем. В этом случае наша концепция обороны допускает применение ЯО первыми. Понятно, что сначала это применение будет носить ограниченный, предупредительный характер. Если, видя нашу решимость, агрессор уймется, значит быть по сему. В противном случае, см. пункт 1.

3. Безъядерный. Конфликт, в котором стороны будут сражаться исключительно конвенциональным оружием. Тут тоже возможны варианты – от столкновения с первоклассной экономической и военной державой, до регионального конфликта наподобие принуждения к миру Грузии, или же военной операции в чужой стране «а ля Сирия».

Очевидно, что ВМФ РФ должен быть готов к любым из этих конфликтов, в том числе и самому страшному – глобальному ядерному. Именно для этого в составе нашего флота, наряду с силами общего назначения имеются также и стратегические ядерные силы. Их задачи предельно ясны и понятны. В мирное время морская компонента СЯС должна служить гарантией неотвратимости ответного ракетно-ядерного удара, ну, а если начнется Армагеддон, они должны этот удар нанести.

Вроде бы все ясно, но… все же возникает крамольный вопрос. А так ли нужны нам морские СЯС? Быть может, есть смысл вместо этого вложиться в развитие сухопутной и воздушной компонент нашей ядерной триады? Все дело в том, что аргументов против строительства и эксплуатации ракетных подводных крейсеров стратегического назначения (РПКСН) на сегодняшний день имеется больше чем достаточно.

Отечественный военный бюджет занимает вроде бы не самое плохое, хотя и не слишком почетное 6-ое место в мире. Но при этом он примерно в 10,5 раз уступает американскому, и более чем в 4 раза – китайскому. В сравнении с общим бюджетом стран НАТО наши военные расходы выглядят и вовсе мизерными. Это не повод для паники, но, очевидно, мы должны с толком распоряжаться каждым рублем, выделяемым на оборону страны. Однако если мы постараемся оценить морские СЯС с точки зрения «стоимость/эффективность», то картина будет весьма нерадужная.

Достоинства РПКСН, истинные и мнимые

В чем основное преимущество РПКСН как системы вооружений перед шахтными межконтинентальными баллистическими ракетами (МБР)? В скрытности и мобильности. Что дают эти качества морской компоненте СЯС? Очевидно, невозможность поразить РПКСН превентивным ракетно-ядерным, или еще каким «обезоруживающим ударом», о котором так любят рассуждать в США. Это, конечно, здорово, но…

Но будем откровенными – около 300 шахтных и мобильных баллистических ракет, которыми сегодня располагает наземная компонента российских СЯС, и так не может быть уничтожена никаким «обезоруживающим ударом». Сегодня у наших «заклятых друзей» нет технологий, которые гарантировали бы одномоментное уничтожение почти 300 высокозащищенных целей, расположенных по большей части в российской глубинке, часть из которых, к тому же, способна перемещаться в пространстве.

На сегодняшний день вооружения, которые США могли бы выделить для такого удара, имеют либо слишком малую дальность, чтобы «дотянуться» до наших МБР, либо же слишком большое подлетное время, которое сопоставимо, или даже превышает таковое у американских ядерных баллистических ракет.

То есть внезапного удара не будет – даже если предположить, что США в тайне наладили выпуск новых модификаций «Томагавков» с увеличенной дальностью полета, до мест базирования наших МБР им лететь даже не час, а часы, при том что массированное применение таких ракет будет зафиксировано вскоре после их запуска. Подобная попытка «обезоруживания» попросту не имеет смысла – к моменту подлета этих ракет к своим целям Армагеддон уже завершится.

Таким образом, единственным хоть сколько-то актуальным вариантом уничтожить российские РВСН до их применения, остается ракетно-ядерный удар по местам базирования МБР Российской Федерации. В этом случае американцы могут надеяться, что за те десятки минут, пока летят ракеты, наше руководство не успеет разобраться что к чему и не сумеет отдать приказ возмездия.

Вот только шансы на успех такого сценария весьма невелики:

Во-первых, потому что к такому развитию событий очень тщательно готовились еще со времен СССР и продолжают готовиться сейчас, так что «проспать» массовый старт баллистических ракет США у нас не должны.

Во-вторых… долгое время распространено было убеждение, что наши власть предержащие, с их заграничными виллами и миллиардными счетами в банках просто не решатся нажать на кнопку. Четкого ответа на этот вопрос нет, но американцы и европейцы на примере Слободана Милошевича, Саддама Хусейна, Муаммара Каддафи и их приспешников - четко показали, как они будут поступать с неугодными им правителями и элитами иных стран. То есть они отлично объяснили российским «власть придержащим», что сбежать и доживать свой век на Багамах ни при каких условиях у них не получится. И если по нашей стране будет нанесен полномасштабный ракетно-ядерный удар, или произойдет неядерное вторжение заведомо превосходящих сил, то наша «верхушка» будет в любом случае обречена. Остается надеяться, что никаких колебаний по части ответного удара у нынешних «владельцев заводов, газет, пароходов» не случится.

Но даже если система предупреждения о ядерном нападении не сработает как ожидается, или же руководство страны промедлит – остается еще «Периметр», сиречь: «Мертвая рука». Если бесстрастные датчики зафиксируют признаки ядерных взрывов на территории страны, то автоматика направит полет ракет-ретрансляторов, и они вознесутся над умирающий страной, транслируя разрешение-приказ на применение ядерного оружия всем, кто еще будет способен его услышать.

А услышат многие. Даже выделение 2-3 боеголовок на одну ракетную шахту или установку, вообще говоря, не гарантирует полного уничтожения наших РВСН. Безусловно, при массовом применении баллистических ракет США будет какое-то количество технических отказов, будут иметь место отдельные технические сбои. Какая-то часть боеголовок собьется с курса и упадет в большем отдалении, чем предполагали их создатели. Какую-то часть ядерных БЧ смогут вывести из строя средства ПВО.

А мобильные пусковые установки? Нужно понимать, что при сегодняшнем уровне техники баллистические ракеты способны поражать только стационарные цели. Даже если бы американцы абсолютно точно знали расположение всех наших мобильных пусковых установок до запуска ими своих МБР, это не гарантирует им успеха. За время полета ракет «Ярсы» и «Тополи» вполне реально вывести из-под удара – подлетное время может составить до 40 минут, при этом не будет ошибкой предположить, что уже на удалении 12-15 км от точки взрыва боеприпаса мегатонного класса мобильная установка, ракета и расчет сохранят боеспособность.

То есть уничтожить наши мобильные установки МБР полностью практически невозможно даже заранее зная их точное расположение. Вот только откуда бы американцам его знать? Уж в чем-чем, но в маскировке в РФ знают толк.

Единственным способом как-то разведать местоположение мобильных «Ярсов» и «Тополей» являются спутники-шпионы, но нужно понимать, что их возможности весьма ограничены. Но как показывает практика, спутниковые средства разведки легко вводятся в заблуждение даже самыми обычными макетами, не говоря уже о том, что такие макеты могут снабжаться устройствами, имитирующими сигнатуру (тепловую и др.) реальных пусковых установок.

Ведь даже если из более чем полутора сотен шахтных баллистических ракет уцелеют всего 5 Р-36, получивших на западе ласковое прозвище «Сатана», а из более чем сотни мобильных установок – чуть меньше половины, то есть до полусотни «Ярсов», то одно только это даст возможность нанести удар силой в 200 ядерных боеголовок. В неолит это США не вобьет, но нанесение неприемлемого ущерба гарантирует совершенно наверняка: американские потери будут исчисляться десятками миллионов. И все это – совершенно без учета двух других составляющих нашей ядерной триады: воздушной и морской.

Но есть и еще один крайне важный аспект. Описанная выше попытка «контрсилового» удара, призванного уничтожить российский ядерный потенциал, даст шанс на выживание даже не миллионам, а как бы не десяткам миллионов наших сограждан. Ведь, используя хотя бы по 2-3 «спецБЧ» для уничтожения каждой из примерно 300 имеющихся у нас баллистических ракет, требуется выделить 600-900 боеголовок из 1 550, разрешенных СНВ-III. Такой «обезоруживающий» удар оттянет массу американского ЯО от наших городов и иных объектов инфраструктуры и энергетики нашей страны, и тем спасет множество жизней наших граждан.

Предположим на секундочку, что руководство страны примет решение о ликвидации морской составляющей нашей ядерной триады. Для РПКСН сегодня имеется порядка 150 баллистических ракет, а может быть и больше. И, рассуждая теоретически, вместо этих ракет мы вполне могли бы развернуть еще 150 «Ярсов» шахтного или мобильного базирования. В этом случае количество наших МБР в составе РВСН подросло бы примерно до 450, и для контрсилового удара американцам понадобилось бы уже до 1 350 ядерных боевых частей, что заведомо нерационально, так как на поражение всех остальных целей РФ остается совсем немногое. А значит, при ликвидации морской составляющей СЯС в пользу сухопутной, мы окончательно обессмысливаем концепцию контрсилового удара.

Почему для нас так важно ее обессмыслить? По вполне очевидным причинам. Целью любой военной агрессии является мир, в котором положение агрессора стало бы лучше, чем было до войны. Никто в здравом уме и трезвой памяти на захочет начать войну, чтобы ухудшить свое будущее. Единственным способом, дающим хотя бы призрачную надежду на относительно удачный для США исход ядерной войны, является нейтрализация ядерного потенциала противника. То есть на какой-то выигрыш можно рассчитывать лишь в том случае, если противник будет уничтожен ЯО, но при этом не успеет применить свое.

Отними у США (или у любой иной страны) надежду на нейтрализацию ЯО потенциального противника – и он никогда не пойдет на ядерную агрессию, потому что она ни за что не принесет ему мира, который стал бы лучше довоенного.

Как можно видеть, в случае ликвидации морской составляющей ядерной триады с соответствующим усилением РВСН эта задача вполне может быть решена. Более того – есть все основания полагать, что РВСН и стратегическая авиация даже в своем сегодняшнем состоянии способны нанести неприемлемый ущерб агрессору, даже в случае если РФ «проспит» масштабное ракетно-ядерное нападение.

Но если так… Тогда зачем нам вообще нужны морские стратегические ядерные силы? Что такого могут РПКСН, чего не умеет РВСН?

По крайней мере в теории, скрытность подводного корабля лучше, чем у мобильной установки «Ярса» или «Тополя». При этом ограничения наземного транспорта выше, чем у морского, а значит баллистические ракеты, которые способен нести РПКСН, мощнее их сухопутных мобильных аналогов. Ко всему прочему, РПКСН в море в принципе не поражаема стратегическим ядерным боезарядом — разве только если стоит в базе.

Все вышесказанное (опять-таки, в теории) обеспечивает нам лучшую сохранность МБР для ответного ракетно-ядерного удара на случай, если мы все же «проспим» ядерную контрсиловую атаку. Но, во-первых, на практике все может получиться совсем не так хорошо, а во-вторых – так ли это важно, если и без РПКСН мы сохраним достаточное количество боеголовок, чтобы агрессору не показалось мало? Тут ведь важен не критерий «больше-меньше», тут важна достаточность.

Иными словами, потенциальный выигрыш в скрытности РПКСН не является для нас по настоящему критичным преимуществом. Понятно, что это полезно, ведь «запас карман не тянет», но мы можем без него обойтись.

Продолжение следует
Андрей Ч.


#вооружение #ВСРФ #РВСН #флот #СЯС #ядерная_война #военная_стратегия #аналитика #США #Россия
Tags: #ВСРФ, #РВСН, #Россия, #США, #СЯС, #аналитика, #военная_стратегия, #вооружение, #флот, #ядерная_война, Военный отдел
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments