"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Шекснинское восстание 1918 года

Традиционная советская историография в течение длительного времени утверждала, что в период гражданской войны сложился прочный политический и военный союз коммунистической партии большевиков и крестьянства. Однако, учитывая крушение советской власти и возможность правдивого изучения периода гражданской войны в последние два десятилетия, можно с уверенностью сказать, что союз большевиков и крестьян был не более чем миф, выдуманный большевиками для сокрытия своих преступлений. Речь здесь можно вести только о временной коалиции двух сторон на начальном этапе становления советской власти, каждая из которых преследовала в ходе гражданской войны собственные цели. Как показали последующие события, эта коалиция быстро развалилась, и вчерашние союзники стали злейшими врагами. Начиная с 1918 года, действия советской власти по отношению к деревне вызывают явное недовольство большинства крестьян, которое уже летом и осенью этого года перерастает в открытые вооруженные выступления. Волна крестьянских восстаний прокатилась по территории России, занятой большевиками [9, с. 18-19].

Такая ситуация не обошла стороной и Вологодский край, где самым крупным вооруженным крестьянским выступлением было Шекснинское восстание начала декабря 1918 года. Несмотря на то, что с момента восстания прошло уже более 90 лет, до сих пор со стороны историков-краеведов нет ясной оценки событий тех дней.

В ночь с 26 на 27 октября (ст.ст.) 1917 года в результате вооруженного штурма Зимнего дворца и ареста Временного правительства к власти в России пришли большевики во главе с В.И. Лениным и Л.Д. Троцким (Бронштейном). После того, как большевики захватили власть (или, вернее, она упала к их ногам) они столкнулись с проблемой управления огромной страной, подавляющее большинство населения которой составляли крестьяне. К этому они были просто не готовы, поскольку согласно марксистским постулатам крестьянство было в значительной степени реакционным классом. Еще откровеннее высказался Лев Троцкий: «Крестьянство составляет исторический навоз, из которого произрастает рабочий класс» [3, с.41]. Поэтому ради сохранения власти большевики изначально пошли на передачу земли крестьянам вопреки своей аграрной программе. Используя в своих целях недовольство населения страны затяжной войной и действиями Временного правительства, а также обнародовав свои декреты «О земле», «О мире», «О фабриках и заводах» и др., им удалось обмануть крестьян и склонить их на свою сторону. Поэтому в первые месяцы становления советской власти, в большинстве своем крестьянство на местах поддерживало новую власть, тем более что при ее попустительстве или явном подстрекательстве можно было безнаказанно захватить бывшие помещичьи земли и поживиться за счет помещичьих усадеб. Огромную роль в этом сыграл солдатский элемент, вернувшийся в родные деревни в качестве дезертиров или демобилизованных, распропагандированный революцией и со всей злобой вымещавший свою ненависть ко всему «буржуйскому».

Первым городом Вологодского края, где была установлена советская власть, стал город Череповец. 26 октября (ст.ст.) 1917 года череповецкая городская Дума выразила протест против захвата власти большевиками в Петрограде. В ответ на этот протест местные большевики во главе с А.А. Башмаковым (впоследствии ставшим первым наркомом Череповецкого уезда [13, с.50]), опираясь на солдат 282-го стрелкового полка, расположенного в Череповце, 27 октября разогнали Городскую Думу [10, с.85]. Они арестовали ее членов Виноградова, Добрякова, Семина, Васильева, заняли учреждения связи, банк, типографию и установили в городе советскую власть. Вся власть в городе в этот день перешла в руки большевистского Военно-революционного комитета [1, с. 47], [7, с.70].

В январе 1918 года советская власть мирным путем была установлена в Вологде, а в марте 1918 года советская власть была установлена в последнем городе будущей Вологодской области Великом Устюге.

28 мая 1918 года ВЦИК и СНК РСФСР утвердили решение о создании Череповецкой губернии из Череповецкого, Кирилловского, Белозерского, Тихвинского, Устюженского уездов Новгородской губернии и части территории Пошехонского уезда Ярославской губернии [1, с.67], [12, с.22].

С приходом в деревню советской власти крестьянство изначально предполагало, что для него начинается новый период жизни, подразумевающий ослабление со стороны государственных органов давления на крестьянское хозяйство и возможность свободно распоряжаться продуктами своего производства. Очень скоро крестьяне, ожидавшие таких действий, поняли, что представители местных властей и создаваемые ими продотряды совершенно не собираются оставлять продукты производства у крестьян. В последующем с нарастанием продовольственного кризиса на территории занятой большевиками и участившимися мобилизациями на фронты гражданской войны, особенно летом 1918 года в период полевых работ, недовольство советской властью и проводимой ею продовольственной политикой у крестьян принимает широкие формы. «Мелкий хозяин», не желающий сдавать государству хлеб по бросовым ценам и идти умирать за советы на поля непонятной ему Гражданской войны, становится для советской власти самым злейшим врагом, которого следовало уничтожать и подавлять любые проявления его недовольства.

В силу этого уже весной и летом 1918 года на территории Вологодского края отмечаются первые выступления крестьян против проводимой большевиками политики по отношению к деревне. В Череповецкой губернии с марта по октябрь было отмечено 63 выступления против советской власти [4, с.64].

Формально, Череповецкая губерния, где в начале декабря произошло Шекснинское восстание, считалась территорией, не затронутой гражданской войной. Однако постоянная мобилизация в ряды Красной армии, начавшаяся в октябре 1918 года, вызывала недовольство населения. Под угрозой трибунала мужчин ставили под ружье, лишая семьи последней опоры. Проводились массовые реквизиции лошадей для нужд фронта. Это не могло не вызвать противодействия со стороны со стороны крестьянства. Вооруженные группы нападали на волостные комиссариаты. Так, в Даргунской волости толпа пьяной молодежи (200 человек) совершила погром военного комиссариата, сожгла мобилизационные списки и захватила 20 винтовок. Участились случаи дезертирства. Политика продразверстки, проводимая большевиками в деревне, и мобилизация в Красную армию воспринимались населением как акт насилия и вызывали со стороны крестьянства соответствующую реакцию [10, с.93], [12, с.23].

В декабре 1918 года антибольшевистские выступления крестьян охватили восемь волостей губернии – Починковскую, Чаромскую, Усть-Угольскую, первую и вторую Петриневскую, Даргунскую, Пачевскую, Ягановскую и ряд смежных волостей Вологодской губернии. Судя по документам того времени, центром восстания стало село Братково, одноименной волости Вологодской губернии. Правда, некоторые исследователи считают таким центром крупное торговое село Чуровское или село Большой Починок [14, с.24]. В пользу последнего, кажется, говорит и политическая сводка политотдела VI Армии от 9 декабря: «...У восставших в селе Большой Починок было организовано нечто вроде обоза из крестьянских подвод, перевязочный пункт с домашними перевязочными материалами и запасами продовольствия, почему есть предположения присутствия в заговоре какой-то организации» [4, с.65], [8, с.115].

Причиной выступления явилось ухудшение общей экономической ситуации в деревне, бесчинства продотрядов и т. п. Непосредственным поводом к выступлению послужила «агитация каких-то неизвестных, говоривших, что у крестьян будет отбираться хлеб и налагаться какие-то усиленные налоги. А также много материала для рассуждений дало объявление мобилизации» большого количества призывников в Красную Армию и отправки на фронт лошадей. Примечательна резолюция, принятая волостным собранием (сходом) в селе Братково: «1. Оно (собрание) признает власть Советов, но не такую, какая сейчас. Сейчас власть не народа, а какой-то кучки. 2. Россия окружена тесным кольцом неприятельских иностранных войск, с которыми бороться нам невозможно, то и людей по мобилизации на эту бойню они не дадут».

Тогда в ноябре и декабре 1918 года выступления прошли в 138 из 268 уездов, контролировавшихся большевиками. Эпицентром антибольшевистского выступления в Череповецкой губернии стала железнодорожная станция Шексна [4, с.65].

Выступление на станции Шексна готовилось задолго до 1 декабря, возможно, с лета 1918 года [5, с.157-158], [6, с.291-292]. Накануне дня выступления руководители восстания разослали по деревням гонцов с требованием «всем собраться в волисполкомы для участия в собраниях в связи с приездом комиссии по учету хлеба». На сходах крестьяне выносили резолюции, аналогичные резолюции, принятой в селе Братково [4, 65].

Кто был в числе руководителей восстания? Давая ответ на этот вопрос, историк П. Л. Павловцев пишет: "Организаторами и руководителями Пришекснинского восстания выступили белогвардейские офицеры, эсеры и местное кулачество – полковники Иванов, Колчановския, штабс-капитан Соколов, подпоручик Шерстнев (из деревни Царево Ягановской волости), сыновья крупной череповецкой купчихи Белоликовой, бывший полицейский Цветков (из деревни Якимовское Усть-Угольской волости), фельдфебель Смирнов и стражник Чистоткин (из деревни Петеряево той же волости), купцы и кулаки — братья Лохичевы, Железнев, Шурыгин и др.". В начале восстания, когда 1 декабря восставшими крестьянами была занята станция Шексна, на их сторону перешел сотенный инструктор 1-го отряда 8-го особого полка железнодорожной охраны Белов, впоследствии возглавивший восстание. Вместе с ним присоединились к восстанию еще трое молодых прапорщиков [4, с.65], [10, с.93].

Вместе с ними упоминается еще и некий крестьянин Степан Алексеев, впоследствии появившийся в 1919 году у Нестора Махно. Известно лишь, то, что родом Алексеев был из Вологды, а в местной полиции работал его брат, который потом уехал в Чуровскую волость [2, с.3].

Наличие зажиточных крестьян в руководстве восставшими вполне объяснимо и никого не должно удивлять. Советы лишили их гражданских прав, подорвали экономическую основу существования и превратили в основной объект хозяйственных притязаний, по существу, в объект насилия со стороны государства. Борясь за свое существование, «кулак» брался за оружие, но в этой борьбе с властью он вместе с тем отстаивал коренные экономические интересы всего крестьянства.

Восставшие разгромили Братковский, Починковский, Чуровский, Усть-Угольский волисполкомы, Даргуновский военный комиссариат и др. Были уничтожены мобилизационные списки, разграблены канцелярские дела, арестованы партийные и комсомольские активисты, работники исполкомов [4, с.65-66].

1 декабря человек 300 восставших подступили к станции Шексна. Завязался бой с 1-м отрядом 8-го особого полка железнодорожной охраны из Вологды. Оборонявшихся было 70 человек. Их сопротивление вскоре было сломлено. Сотенный инструктор Белов и еще трое молодых прапорщиков из его отряда перешли на сторону восставших. С этого момента прапорщик Белов возглавил восставших крестьян. Повстанцы разобрали на 80 саженей железнодорожный путь, разоружили охрану, свалили несколько телеграфных столбов, порвали телеграфные лини. Паровоз, который привез первый отряд 8-го полка, был опрокинут. Железнодорожный мост через Шексну взят под охрану крестьянами. В результате этих действий движение поездов между Вологдой и Череповцом было прервано [4, с.66].

Как было доложено в штаб Северного фронта начальником обороны Северной железной дороги Прологиным (Пролыгин), с захватом станции Шексна восставшими один дежурный на станции был арестован и, наверное, расстрелян. Руководил восставшими прапорщик Беляев (Белов) и еще каких-то три прапорщика из первого отряда 8-го особого полка железнодорожной охраны. Ввиду превосходящих сил противника потери обороняющихся составили из 70 человек 50 человек убитыми и ранеными и 2 пулемета. Пулеметы были испорчены. Также убиты кочегар на паровозе и машинист, везший первый отряд 8-го полка.

В штабе Северного фронта узнали о восстании 1 декабря, в тот же день, когда оно началось. Вот текст телеграммы, которая была отправлена в ночь с 1 на 2 декабря из штаба фронта в VI армию:

«2 ч. 10 мин. Командарму VI. Вне очереди. Оперативная. Секретно. Срочно донесите, какие Вами приняты меры для подавления мятежа на ст. Шексна. Требую самых энергичных и крутых мер. 2 декабря 1918 г. Командующий Севфронтом, Генштаба Доможиров, член Реввоенсовета Пятницкий» [4, с.64].

Реакция, как видно из текста телеграммы, у командования Северным фронтом была незамедлительной и довольно жесткой. Причин для тревоги было немало. Захват восставшими станции Шексна грозил вывести из строя железнодорожное сообщение между Петроградом и северо-восточными районами страны, что значительно ухудшило бы положение большевиков на Северном фронте, изменило бы в целом военно-оперативную обстановку.

На подавление восстания были брошены значительные силы. План, разработанный в штабе VI Армии, предусматривал блокирование Шексны с двух сторон - от Череповца и Вологды. Уже вечером 1 декабря в Череповце был сформирован отряд численностью до 100 человек. В него вошли красноармейцы местного караульного батальона и железнодорожного полка. Отрядом командовал череповецкий губернский военный комиссар В. Я. Королев. Комиссаром отряда был назначен И. И. Козлов. Одновременно по волостям уезда были направлены вооруженные отряды [4, с.66], [8, с.116].

Общее руководство красными частями, направленными на подавление восстания, возглавил начальник обороны Северной железной дороги в Вологде Прологин (Пролыгин). 3 декабря непосредственное ведение операций было поручено Четвергову и его помощнику Муравьеву. Первым в район Шексны со стороны Вологды прибыл вооруженный отряд в составе одной роты и пулеметного взвода под командованием И. В. Василевского [4, с.66-67], [5, с.158].

В ночь со 2 на 3 декабря поезд с череповецким отрядом подошел к деревне Нифантово, вблизи железнодорожного моста через Шексну. Было решено захватить деревню Курово, где по предположениям находились руководители восстания. «Наш отряд останавливается между Шеломовым и Шексной на переезде деревни Курово с тем, чтобы ночью захватить указанную деревню и подойти на станцию Шексна, откуда повстанцы нас не могли ждать. Но этот маршрут пришлось изменить из-за обстрела нас из деревни Курово» – вспоминал И. И. Козлов [4, с.67], [14, с.27].

В. Я. Королев докладывал Петроградскому окружному военному комиссару Б. П. Позерну: «2 декабря. Наш отряд, обстреливая восставшие деревни, идет вдоль по обеим сторонам железнодорожного полотна. На станции Шеломово расстрелян кулак. Ждем помощи из Вологды и Тихвина. Станция Шексна занята белогвардейцами, разогнавшими небольшой вологодский отряд и установившими контроль над телеграфом и телефоном. Командир отряда пробился на паровозе к нашему отряду. Вблизи станции Шеломово паровоз от ружейного огня белогвардейцев потерпел крушение. Кочегар убит, машинист, ранен» [4, с.67], [8, с.117].

3 декабря рано утром начался штурм Шексны одновременно череповецкими и вологодскими отрядами. Со стороны Череповца против восставших действовал сформированный на одноименной станции бронепоезд с тремя орудиями [4, с.67].

Член РВС VI Армии военком Н. Н. Кузьмин связался с Чебсарой, откуда осуществлялось руководство вологодскими частями. У аппарата оказался помощник Четвергова Муравьев.

Муравьев: «Я тов. Муравьев. Четвергов с утра удалился с семью человеками по направлению к Браткову, и о нем пока сведений не имеется. Туда же направлено взвод пехоты и взвод пулеметный вверенного мне батальона. Движемся в сторону Шексны. Необходимы патроны, по 250 штук патронов на каждого стрелка, которых 300 человек... Как сообщил помощник коменданта ст. Вологда, там готов к отправке в Чебсару отряд во главе Циплера с 2-мя пулеметами и лошадьми для конной команды вверенного мне батальона.

Кузьмин: «Благодарю за быстроту и распорядительность. Будет сделано согласно вашей просьбе. Артиллерию не думал посылать, но она готова. Патронов погружено 26000. Пока нет Четвергова. Вам, как его ближайшему помощнику, поручается все ведение дел. Донесения шлите на мое имя. Надеюсь поздравить близким подавлением мятежа. Жму руку, военком Кузьмин» [4, с.67].

Спустя некоторое время Муравьев, информировал штаб VI Армии о дальнейших событиях в районе восстания: «Относительно моста через реку Шексну никаких сведений нет. По слухам бежавших красноармейцев 8-го особого полка, тов. Васильевский убит. Несколько часов тому назад из ст. Шексны отвечал кто-то, что он контролер, поставленный народом. В данный момент никто не отвечает. Как видно из полуторачасовой пальбы орудийной по тому направлению от наступающих с Череповца отрядов, враги разбегаются в панике.

Разведывательный отряд... команды сию секунду донес, что необходимо направить паровоз с классным вагоном и вагоном с рабочими для поднятия паровоза и восстановления пути по направлению к Шексне.

Вся связь между наступающим левым и правым флангами наших частей по обеим сторонам железнодорожной линии, а главным образом по направлению одного из контрреволюционных пунктов к селу Браткову. Положение весьма удовлетворительно, и получено донесение, что совершенно спокойно и без жертв. Без надобности пока открытие оружейного огня.

Двигаются вперед для обхвата с левого фланга выше контрреволюционного гнезда, или пункта. Надеемся, что в срочном порядке, так двигаясь дальше, очутимся в Шексне.

Передал тов. Муравьев. Принял дежурный» [4, с.68].

Четвергов в это время со своей командой добрался до села Братково и разогнал восставших. Были освобождены взятые ранее в плен красноармейцы.

Во второй половине дня 3 декабря станция Шексна была захвачена красноармейцами Череповца и Вологды. В 15 час. 15 мин. Прологин телеграфировал в РВС Северного фронта, штаб VI Армии, РВС Республики следующее: «...наши отряды соединились с отрядами со стороны Череповца. Путь восстановлен до разъезда № 29. Мост через Шексну цел. При подъемке паровоза будет восстановлено движение поездов» [4, с.68].

Командиру восставших сотенному инструктору Белову удалось скрыться. Возможно, он еще 2 декабря покинул станцию с целью привлечь к восстанию ряд деревень соседних волостей. Прологин телеграфировал об этом в штаб фронта в 17 часов вечера 3 декабря: «По собранным сведениям, в деревне Дьяконице Белов и другие 2 декабря проезжали 2 неизвестных. Один в черной кожаной тужурке. Агитировали за присоединение к кулакам братковцам. Направляются в Олонцевскую и Мусорскую волости Ярославской губернии. Во всех местах восстания подавляются. Кулаки растерялись, что повыпустили всех арестованных красноармейцев и советских работников» [4, с.68].

Ночью 3-го декабря в Шексну прибыл бронепоезд «Степан Разин» из Ярославля. Командовал поездом и конным отрядом в 50 всадников Я. М. Брук – начальник железнодорожного вологодского Губчека [4, с.69], [14, с.26].

На следующий день 4 декабря части большевиков, направленные на подавление восстания, продолжали зачистку прилегающих к станции Шексна деревень. Телеграмма из Чебсары: «4 декабря, 16 час. 55 мин. Отряд ЧК с тов. Брук и Муравьевым отправился от Чебсары до Шексны левой стороной железной дороги для чистки. Арестовано пока 9. Находятся в Чебсаре под охраной ЧК. Я лично буду утром 5-го в Вологде. Команд. отряд. ПЗК Четвергов» [4, с.69].

В отношении организаторов и руководителей восстания следует сказать, что, к сожалению, их дальнейшая судьба известна не у всех. Так известно, что в результате активных действий чрезвычайных отрядов были арестованы Цветков, Кудрявцев (кулак из деревни Акимовское), братья Лохичевы (купцы из села Никольское), Чистоткин (стражник). Все они по постановлению военно-полевого трибунала расстреляны. В декабре этого года был также арестован и руководитель восстания на станции Шексна сотенный инструктор Белов. Можно предполагать, что он тоже был расстрелян [4, с.69].

Также известно, что организаторы восстания штабс-капитан Соколов и кулак Шерстнев скрылись. По утверждению П.Л. Павловцева «кулак» Шерстнев «получил революционное возмездие уже после гражданской войны» [8, с.122].

Вместе с ними бежал и Степан Алексеев, назначенный Соколовым «начальником революционного штаба». Архивных сведений об Алексееве почти не сохранилось. Известно лишь, что родом он был из Вологды, а в местной полиции служил его брат, который в 1917 году вместе с семьей перебрался в Чуровскую волость, где и числился в списке «неблагонадежных». А вот имя Степана в этом списке отсутствует, и как именно он попал в окружение к Соколову неизвестно [2, с.3].

После Шекснинского восстания следы Алексеева теряются почти на год. Пока, наконец, в августе 1919-го он не объявляется вновь. Уже на Украине, и уже в качестве замначальника культпросветотдела революционно-повстанческой армии Нестора Махно. Известно, что в конце сентября Алексеев пытался поднять мятеж против Махно и даже объявил себя руководителем «военно-революционного комитета» учрежденной им Всеукраинской Вольной республики. Однако крестьянская вольница не желала воевать против Махно. Командарм набранной Алексеевым армии, почуяв, что запахло жареным, арестовал новоявленного «батьку» и в этот же день расстрелял. Провозглашенная Алексеевым республика не просуществовала и пяти дней [2, с.3].

Со стороны органов советской власти Шекснинское восстание 1918 года было воспринято как реальная угроза самому существованию власти большевиков в северных районах европейской России. Поэтому в их действиях по подавлению восстания прослеживается оперативность в принятии решений и быстрое их исполнение. Итогом таких действий стали своевременная локализация района восстания и скорое его подавление. Помимо этого весь декабрь 1918 года в волостях, участвовавших в выступлениях, проводились зачистки и поиски участников восстания.

По сведениям политотдела VI армии от 19 декабря 1918 года после восстания в Вологодском уезде прокатилась волна арестов [4, с.69]. Многие арестованные были расстреляны. Среди арестованных, как уже отмечалось выше, был и сотенный инструктор Белов. Волна арестов прокатилась также и по Череповецкой губернии. На деревни и села, которые поддержали восстание, был удвоен налог.

Само восстание к вечеру 3 декабря было подавлено. Но на этом в последующем сопротивление крестьян «политике чрезвычайщины и репрессий» [4, с.69] со стороны большевиков не закончилось. В 1919 – 1920-х годах борьба с режимом советов принимает другие формы.

Крестьянство Вологодского края в большинстве своем продолжало враждебно относиться к советской власти и воспринимать ее как наипервейшего и злейшего врага. Видя по итогам восстания, что в открытой борьбе красные чрезвычайные отряды, хорошо вооруженные и оснащенные артиллерией и бронепоездами, не одолеть, оно перешло к новым формам сопротивления – формированию повстанческих отрядов «зеленых».

До весны 1919 года на Вологодчине отмечались отдельные вспышки протеста против советской власти, которые носили, как правило, локальный характер в пределах села или деревни. Но весной выступления крестьян возобновились с новой силой. Волна восстаний и действий повстанческих отрядов «зеленых» в одной только Череповецкой губернии прокатилась по волостям Устье-Угольская, Чаромская, Югская, Починковская. Все лето частям особого назначения (ЧОН) Красной армии пришлось охотиться по лесам за отрядами «зеленых» [10, с.94].

Почему же со стороны крестьянства в отношении советской власти и всех действий большевиков на селе была такая явно негативная реакция, выразившаяся в итоге в вооруженном сопротивлении. В первую очередь причины такого отношения нужно искать в отношении большевиков к крестьянам. Вся их политика в отношении деревни была основана на насилии. Насилие как принцип и метод работы широко внедрялось советской властью в практику отношений с крестьянством. На местах это порой сочеталось со вседозволенностью. Действия уездных ЧК и коммунистов в деревне, их узаконенный террор привели к восстаниям, охватившим в ноябре – декабре 1918 года почти половину уездов, оставшихся под контролем советской власти. Произвол на селе комбедов, продотрядов, коммунистических ячеек, чрезвычайных комиссий создал почву для массовых крестьянских восстаний, которые охватили деревню и продолжались еще долго по окончании гражданской войны.


Источники:

1. Бланк А.С. Катаников А.В. Города Вологодской области. Череповец. Вологда: Вологодское книжное издательство. 1963.
2. Газета «Вологодская неделя». № 25 (1994) 26 июля 2007 г. Алексеевская республика. С. 3.
3. Журнал «Аэропорт». № 4 (43) май 2008 г. Аптекарь П.А. Вандея в Черноземье. С. 41 – 47.
4. Краеведческий альманах «Череповец». №1. 1996 г. Саблин В.А. Шекснинское восстание 1918 года. С. 64 – 70.
5. Малков В.М. На Северном плацдарме. Очерки из истории борьбы за Советский Север в 1918 – 1920 годах. Вологда: Вологодское книжное издательство. 1963.
6. Осьминский Т.И. Озеринин Н.В. Брусенский И.И. Очерки по истории края. Вологда: Вологодское книжное издательство. 1960.
7. Осьминский Т.И. Наш край в истории СССР. Вологда: Северо-Западное книжное издательство. Вологодское отделение. 1969.
8. Павловцев П.Л. Полвека назад. Воспоминания участника революционных событий. Вологда: Северо-Западное книжное издательство. Вологодское отделение. 1968.
9. Пушкарев Б.С. и др. Коммунистический режим и народное сопротивление в России 1917 – 1991. М.: «Посев». 1998.
10. Сизоненко Т.В. и др. История Череповца. Очерки с древнейших времен до наших дней. Череповец: «Метранпаж». 2006.
11. Цветков В.Ж. и др. Ярославское восстание. Июль 1918. М.: «Посев». 1998.
12. Шалашов Е.В. Хроники Русской провинции. Череповец: «Окраина». 2009.
13. Шалашов Е.В. Череповецкая милиция. История и современность. Череповец: «Порт-Апрель». 2002.
14. Шебалин В.Д. Былое не вычеркнуть. Страницы истории о малоизвестных событиях 1917-1920 годов в Вологодском крае. Вологда: «Русь». 1993.


А.А. Маров
Tags: Белое движение и борьба с большевиками
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments