"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Category:

Гибель Русской гвардии. Подвиг лейб-гвардии Московского полка


Лейб-гвардейцы готовились к новым упорным боям с хорошо окопавшимся на своих позициях неприятелем, который не собирался отступать. Планируемый командованием штурм вражеских укреплений сулил огромные потери. Однако той же ночью сводная бригада 2-й гвардейской пехотной дивизии по инициативе её командира неожиданно прорвала фронт на одном из самых тяжёлых его участков - у села Тарнавка, что круто изменило боевую обстановку и спутало карты штабов неприятеля. Успех этот создал благоприятные условия для перехода в наступление всей 4-й русской армии и сберёг многие тысячи человеческих жизней. Бой в ночь на 27 августа (9 сентября) за высоту 124,8 у Тарнавки ярко иллюстрирует уровень боевой подготовки лейб-гвардии, что побуждает рассказать о нём подробнее.

Основная тяжесть боя легла на плечи солдат и офицеров лейб-гвардии Московского полка, родственного преображенцам. С 1913 года эту бригаду возглавлял бывший командир лейб-гвардии Измайловского полка сорокавосьмилетний генерал-майор Киселевский. Накануне боя общая обстановка на фронте 4-й армии не внушала оптимизма. Войска её левого фланга 25 августа(7 сентября) наступали на двенадцатикилометровом участке от Романовского леса до села Тарнавка на позиции, занятые частями 5-го австро-венгерского корпуса. Наступление поддерживали 240 лёгких и 24 тяжёлых орудия. Но пять русских дивизий 16-го, гренадерского и гвардейского корпусов в тот день смогли пройти не больше 2-3 километров.

1-я бригада 2-й гвардейской пехотной дивизии генерал-майора Киселевского состояла из лейб-гвардии Московского и лейб-гвардии Гренадерского полков и входила в состав гвардейского корпуса. 23 августа (5 сентября) она сражалась с австрийцами у деревни Издебно и в ходе тяжёлых боёв переместилась за левый фланг 2-й гренадерской дивизии. Ещё левее располагался 3-й Кавказский корпус, не все части которого к этому времени успели выдвинуться к линии фронта. В связи с этим штаб 4-й армии решил перед дальнейшим наступлением усилить свой левый фланг, передав с 25 августа (7 сентября) бригаду генерала Киселевского во временное подчинение командиру гренадерского корпуса, который переподчинил её командиру 3-го Кавказского корпуса. Однако бригада генерала Киселевского в предшествующие боевые дни понесла значительные потери. В итоге, как мы отмечали ранее, лейб-гвардии Гренадерский полк пришлось отвести в корпусной резерв. После этого была создана сводная гвардейская бригада под командованием генерала Киселевского. В неё вошли, кроме лейб-гвардии Московского полка, 205-й и 206-й пехотные полки 52-й пехотной дивизии, и 2-й батальон 81-го пехотного полка 21-й пехотной дивизии 3-го кавказского корпуса, а так же 1-й дивизион 2-й артиллерийской бригады и три батареи 52-й артиллерийской бригады. В ночь на 26 августа (8 сентября) командир 3-го Кавказского корпуса приказал генералу Киселевскому с утра того же дня наступать у деревни Высокое на позиции занятые 4-й ландверной дивизией корпуса генерала Войрша, что укрепилась на высотах к востоку от села Тарнавка. По замыслу командования, в тот день на Тарнавские высоты на восьмикилометровом фронте должны были наступать около трёх дивизий при содействии 136 орудий. Оборону держали две немецкие дивизии четырёхполкового состава. Как видно, у русских частей имелось лишь незначительное превосходство.

Предполагалось, что фронтальные атаки сводной бригады 2-й гвардейской дивизии будут иметь отвлекающий характер и дадут шанс нащупать уязвимое место на флангах позиции немцев. На правом фланге бригады северо-восточнее Тарнавки на участке фольварка Домбровка напротив рощи действовала 2-я гренадерская дивизия. Слева в охват немецких позиций с юга на фронте деревни Драганы в направлении на Закржев шла 82-я пехотная дивизия. Такой незамысловатый план действий обрекал наиболее боеспособные части в лучшем случае на тяжёлые потери, а то и на полное истребление. Ведь сводная бригада генерала Киселевского направлялась днём по открытой местности в лоб на хорошо укреплённую позицию, усиленную многочисленной артиллерией, при этом, не имея численного перевеса. В то же время основные фланговые удары должны были нанести части так же не имевшие существенного превосходства ни в живой силе, ни в артиллерии. Вряд ли можно было рассчитывать на успех такой операции...

26 августа (8 сентября) по какой-то причине артиллерия начала артподготовку только в 9 часов утра, хотя в 9 часов предполагалось уже начало атаки. В результате она была сорвана. В ответ заговорили немецкие орудия. Началась артиллерийская дуэль. Управление огнём осуществлял инспектор артиллерии гренадерского корпуса. Семь лёгких, две мортирные батареи 2-й гренадерской дивизии, 1-й дивизион 2-й бригады 2-й гвардейской дивизии и 1-й дивизион 52-й артиллерийской бригады повели интенсивный огонь. Первоначально он вёлся без достаточной организации наблюдения, и эффективность его оказалась невысокой. Только с 14 часов установили наблюдение с фольварка Юзефин, что позволило значительно улучшить качество стрельбы. Вскоре в результате метких залпов русских артиллеристов замолчали четыре немецкие батареи. Они вели огонь по частям сводной бригады, готовящимся к очередному броску. Возможно, это было не только результатом работы русской артиллерии - вражеские пушки умолкли намеренно, готовясь отразить новый штурм.

Около 17 часов части 2-й гренадерской дивизии, сводной бригады и 3-го Кавказского корпуса поднялись в атаку. Однако, попав под мощный артиллерийский, пулемётный и ружейный огонь неприятеля, русская пехота понесла серьёзные потери и почти не двигалась вперёд. Большинство огневых точек неприятеля оказались не подавлены, хотя русская артиллерия вела стрельбу весь боевой день. К 22 часам 2-я гренадерская дивизия остановилась на западном краю оврага, вытянутого от деревни Высоке в сторону высоты 138, 82-я пехотная дивизия вышла на западную окраину села Драганы, а сводная бригада 2-й гвардейской дивизии закрепилась на восточных скатах высоты 124,8, к западу от деревни Высоке.

Расположенные справа и слева соседи сводной бригады в 22.30 получили приказ от начальника боевого участка прекратить боевые действия. В то же время связь генерала Киселевского с командиром 3-го Кавказского корпуса прервалась и его части, не имея указания о прекращении наступления, продолжали боевые действия. Николай Михайлович Киселевский понимал, что трудно рассчитывать на успех лобовых атак пехоты на хорошо укреплённую позицию, к тому же усиленную большим количеством артиллерии, о чём красноречиво свидетельствовали минувшие боевые сутки. Поэтому он приказал организовать тщательную разведку высоты 124,8 восточнее села Тарнавка, где располагалась большая часть вражеских орудий. Вскоре разведчики вернулись, определив точное расположение частей противника и его огневых средств и, самое главное, выяснив, что основные силы немцев отведены за обратный скат высоты для приготовления горячей пищи в котелках, поскольку походных кухонь у них не оказалось. На гребне высоты неприятель выставил боевое охранение, чуть дальше располагались позиции батарей с немногочисленной прислугой. На основании этих данных у генерала Киселевского возник план дерзкой ночной атаки.

По его замыслу, решающий удар на ключевую высоту 124,8 на правом фланге сводной бригады должен был нанести лейб-гвардии Московский полк. Численность лейб-гвардейцев с учётом потерь в предыдущих боях не превышала 3000 человек, а наступать следовало на широком двухкилометровом фронте. Кроме того, их первый батальон состоял в корпусном резерве. Пользуясь отсутствием связи с вышестоящим начальством, генерал Киселевский временно подчинил его себе. Левее, уступом назад располагались 205-й и 206-й пехотные полки. Но на перегруппировку времени не оставалось, поэтому усилить лейб-гвардейцев армейской пехотой не удалось.

План ночной атаки укреплённой позиции на широком фронте измотанной за боевой день гвардейской пехотой, с точки зрения классической военной науки выглядел, если не авантюрой, то, по крайней мере, предприятием очень рискованным. Однако, выбор у генерала Киселевского был не велик. Либо днём в лобовых атаках положить остатки лейб-гвардейцев без существенной пользы для общего дела, либо решиться на ночной штурм, используя удачное стечение обстоятельств. До Великой Войны он почти пять лет командовал лейб-гвардии Измайловским полком и, надо полагать, хорошо знал, на что способна лучшая пехота Русской Императорской Армии. Оставив в резерве всего две роты, комбриг сделал ставку на быстроту, внезапность и высокую боевую выучку лейб-гвардейцев довоенного состава. И он не ошибся…

Налаживать прерванную связь с начальником боевого участка генерал Киселевский не стал. Времени на согласование с ним плана ночной атаки не было. Счёт шёл даже не на часы, а буквально на минуты. Обстановка могла измениться в любой момент. Ночную атаку следовало завершить до возвращения основных сил немцев с ужина.

Землю обнимала тёплая и звёздная ночь бабьего лета. Взошла Луна и наполнила пространство своим таинственным светом… На двухкилометровом фронте лейб-гвардейцы стремительно и скрытно двинулись вперёд. Для непосредственного управления боем и воодушевления солдат, генерал Киселевский сам шёл за пехотными цепями. В 23.00 без единого выстрела они ворвались на гребень высоты 124,8 и после короткой штыковой сшибки перебили всё немецкое боевое охранение. До позиций вражеских пушек оставалось не больше двухсот шагов. Один бросок – и лейб-гвардейцы оказались в расположении германских батарей. Внезапное появление русской пехоты повергло немцев в шок. У орудий закипел жестокий рукопашный бой. Он завершился бегством остатков вражеской пехоты. В итоге стремительной ночной атаки лейб-гвардии Московский полк захватил 28 немецких орудий, включая шесть 150-мм раубиц, лишив 4-ю германскую ландверную дивизию почти всей её артиллерии.

В отступивших с высоты 124,8 немецких частях началась паника. В красках описал её свидетель событий, немецкий штабной офицер 6-го ландверного корпуса. Его письма были обнаружены в германском обозе, захваченном у города Янова: «…за 10 км от Тарнавки мы встречаем колонны в безумном бегстве… Перед Тарнавкой мы встречаем заблудившийся австрийский батальон с потерявшим голову командиром; мы их остановили и возвратили на место. Офицеры и солдаты, которых мы встретили, говорят нам: «Дальше ехать нельзя, в Тарнавке русские». Штаб дивизии исчез. Повозки одной батареи мы нашли уже в лесу и задержали их. В Тарнавке русских не было, только остатки наших собственных разбитых войск в совершенной панике. Дивизионного штаба там нельзя было найти… Нам казалось, что все это только паника, и решили убедиться. Нам в Тарнавке сказали, что русские захватили позиции нашей артиллерии на лежащих впереди возвышенностях» (Военно-исторический журнал, №2 за 1939г., Ночная атака сводной бригады 2-й Гвардейской дивизии у Тарнавки (8 — 9 сентября 1914 г.)

Бой у Тарнавки сводной бригады 2-й гвардейской пехотной дивизии стал одной из вершин доблести русской пехоты и одновременно ударом в колокол – гибнет Гвардия!

Андрей Юрьевич Петухов

#книги #книжная_полка #война #Великая_Война #ПМВ #русская_армия #военное_дело #Первая_мировая_война #Российская_империя
Tags: #Великая_Война, #ПМВ, #Первая_мировая_война, #Российская_империя, #военное_дело, #война, #книги, #книжная_полка, #русская_армия, История, Книжная полка, Русская армия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments