"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Последние дни обороны кубанской столицы


В первых числах февраля в столицу Края из Добровольческой армии пробрался офицер для установления связи на Кубани с «армией Эрдели». Командование Добровольческой армии предполагало, что генерал Эрдели сформировал свой добровольческий отряд. Офицер утверждал, что из-за огромного обоза скорость движение войск не превышала десяти вёрст в день, однако, по его мнению, к 20 февраля (5 марта) генерал Корнилов должен был выйти к рубежам Кубанской области не дальше станции Тихорецкой.

«Удержаться в Екатеринодаре до соединения с Корниловым, – писал А.П. Филимонов, – означало не только спасение Кубани, но и полную ликвидацию неорганизованных и не объединённых ещё тогда банд большевиков. Прибытие в Екатеринодар Корнилова было бы сигналом к присоединению к Кубанской армии всех казаков, которые до того заняли выжидательную позицию. А самое главное – это то, что кубанское правительство сохранило бы свой авторитет полностью» (Филимонов А.П. Кубанцы // Ледяной поход. М., Голос. 1993. С.155).
В Екатеринодаре знали, что генерал Корнилов оставил Новочеркасск и Ростов и ушёл с пятитысячной Добровольческой армией в неизвестном направлении. Сведений подтверждающих движение Добровольческой армии на Кубань войсковой штаб не имел и её посланнику не поверили. Кубанское командование считало, что в действительности генерал Корнилов пошёл на Кавказ, хотя и удивлялись избранному им направлению.

«Круг замыкался вокруг нас, – красноречиво писал о сложившейся ситуации Д.Е. Скобцов. – Всё, что происходило за роковой чертой, обозначенной на карте фронтом, бралось под подозрение. Брались под подозрение и люди, приходившие оттуда. Этой участи не избежали пробравшиеся в Екатеринодар офицеры Корнилова. Всем хотелось верить, что мы не одиноки. Что где-то есть ещё какая-то сила, которая борется. Но где она? Почему не даёт о себе ясных сведений? Помню заседания правительства, когда все члены его: военные и гражданские, казаки и иногородние, изучали карту Кубани и Дона и высчитывали сроки, когда мог бы Корнилов появиться на расстоянии, достижимом для нас. Определяемые сроки проходили. А свежих вестей не поступало. Возникшая надежда терялась» (Скобцов Д.Е. Три года революции и гражданской войны на Кубани. Париж, 1962. С. 70).

После ряда неудачных боёв, с середины февраля правительственные войска неуклонно пятились к Екатеринодару. Маятник настроения кубанцев качнулся к пессимизму. В казачьих частях ширилось дезертирство. Ряды Кубанской армии таяли день ото дня. Красные штабы хорошо понимали зыбкость положения белого Екатеринодара и стремились развить успех, сжимая кольцо своих войск вокруг столицы Края.

22 февраля (7 марта) в атаманском дворце полковник Филимонов собрал видных представителей гражданской и военной власти на секретное совещание. В тесном кругу старших военных начальников и наиболее влиятельных гражданских руководителей решалась дальнейшая судьба белого Екатеринодара. Кроме атамана, командующего армией и начальника войскового штаба на совещании присутствовали: генерал Эрдели, командир гвардейского дивизиона полковник Рашпиль, командир кавалерийского дивизиона полковник Кузнецов, военный министр полковник Успенский, председатель Законодательной Рады Н.С. Рябовол, председатель правительства Л.Л. Быч и некоторые другие начальствующие лица и влиятельные общественные деятели.

Начальник войскового штаба полковник Науменко доложил присутствующим о положении дел на фронте. После чего подвёл неутешительный итог полковник Покровский. Кубанская армия во всех родах войск насчитывала чуть больше 3000 человек, большинство из них – офицеры. Они с трудом удерживали слишком протяжённую линию фронта. Пополнить их ряды было не кем, поскольку почти вся территория Края находилась в руках у красных. Добровольцам из других регионов России пробираться в Екатеринодар было слишком рискованно. Многие казаки из близлежащих к столице станиц покидали армию и расходились по домам.

Если бы войсковой штаб имел связь с Добровольческой армией, то кубанцы могли бы попытаться продержаться в Екатеринодаре до её прихода. Однако подтверждённых данных о местоположении частей генерала Корнилова добыть не удалось. В такой обстановке дальнейшая оборона города силами одной лишь Кубанской армии теряла всякий смысл. Она обрекала правительственные войска на полный разгром в екатеринодарском котле. Не сложно было представить, что ожидало в этом случае лишённых защиты армии гражданских деятелей казачьей власти, их сторонников, членов семей известных кубанцев, а так же больных и раненых участников обороны города.

На совещании единодушно постановили эвакуировать белый Екатеринодар.
«Среди надежд на будущее и предположений, над всем главенствовала одна мысль, – вспоминал В.К. Леонтович, – соединение с войсками генерала Корнилова, увеличение таким образом сил и возвращение в Екатеринодар. Соединение всех отрядов в одно целое, отсутствие прикованности к обороняемому городу, широкое маневрирование, реальная сила армии, которая, импонируя казакам, могла бы успешно влиять на ход мобилизации в попутных станицах, – всё это внушало веру в успешное продолжение борьбы и очищение области от большевиков» (Леонтович В.К. Первые бои на Кубани. Мюнхен. Молодая Россия. 1923. С.69).

Присутствовал на совещании и К.Л. Бардиж. Он выступил со словами: «Нет сомнения, что правительству надо идти. Идти лишь казакам – иногородних не брать. В станицах нарастает сопротивление большевикам. Возвращаясь к направлениям, останавливаюсь на Новороссийском, дойдя хотя бы до Крымской. В Крымской снаряды и патроны. Уходить далеко не следует. Могут появиться внешние причины – по слухам, немцы в Киеве, Севастополе и в Одессе. Реквизицию производить в широких размерах. Население хочет силы» (Кирюшин С.Ю., Сень Д.В. «Свой среди чужих, чужой среди своих»: судьба белого комиссара К.Л. Бардижа // Гуманитарная мысль Юга России. – 2005. №1, С. 158).

Сам К.Л. Бардиж не пожелал связывать свою судьбу с судьбой Кубанской армии. Говоря о причинах такого его решения, А.П. Филимонов в дальнейшем писал, что «Бардиж, как и многие другие, считал назначение Покровского командующим армией гибелью Кубани… Есть основание думать, что по таким мотивам от нас откололись полковник Маркозов, Бурсак и другие, а затем откололся и целый отряд полковника Кузнецова» (Филимонов А.П. Кубанцы // Ледяной поход. М., Голос. 1993. С.156). Думается, что главной причиной стал не конфликт с полковником Покровским и ожидание мести за свою позицию, а глубокое разочарование в успехе общего дела и уязвлённое самолюбие после развала созданной им «армии гайдамаков».

За день до эвакуации белого Екатеринодара, около полуночи 27 февраля (12 марта) К.Л. Бардиж с двумя сыновьями-офицерами Вианором и Николаем, прапорщиком Дистерло и вестовым одного из сыновей, казаком Алексеем Шевченко на автомобиле тайно покинул город. В воспоминаниях В.А. Харламова говориться, что «…К.Л. со своими спутниками отправился в сторону Горячего Ключа, где жила у родных жена старшего сына Вианора. К ней был отправлен казак Шевченко с письмом. Есть предположение, что он то и выдал их местным большевикам, так как немедленно из Горячего Ключа была отправлена погоня за Бардижами, которая настигла его в станице Воронцовке, где он со спутниками был арестован и доставлен в Архипово-Осиповку. Здесь, по рассказам очевидцев, К.Л. Бардиж обратился к населению с речью, которая произвела на слушателей такое впечатление, что местные власти решили отпустить арестованных на волю. Но как раз в этот момент проезжал через это селение, по направлению в Туапсе, грузовик с отрядом матросов, которые, узнав о происходящем, посадили арестованных на грузовик и отвезли их в Туапсе. В Туапсе К.Л. Бардиж и его спутники были посажены в общую камеру тюрьмы. На другой день группа Кондрата Лукича была выделена и переведена на баржу, стоявшую в порту. Судил их местный «совет пяти». Двое из судей настаивали на освобождении, но им не удалось убедить остальных. К.Л. Бардижа и его двух сыновей, Вианора и Николая, 9-22-го марта 1918-го года расстреляли на Туапсинском молу» (Харламов В.А. Кондрат Лукич Бардиж// Памяти погибших. Париж. 1929. С.56-57).

Подобно Бардижам, не желая продолжать вооружённую борьбу, тайно покинули Екатеринодар известные на Кубани полковники Султан-Крым-Гирей и Маркозов. С ними отправились председатель дворянства Ставропольской губернии и Кубанской области С.П. Бурсак и присяжный поверенный В.В. Канатов. Все они вскоре попали в руки к красным и приняли жестокую смерть, о чём говорилось в первой главе повествования.

В одиночку и небольшими группами уходили в те дни из города некоторые кубанцы, не веря в спасение в рядах армии и думая укрыться где-то в горах. Большинство из них красные отлавливали и жестоко расправлялись с беглецами.

Несколько последних дней до эвакуации прошли в атмосфере поспешных сборов. По поручению полковника Покровского В.К. Леонтович готовил к отправке раненых. «Мне, по своей должности штаб-офицера для поручений при командующем войсками, – писал он в своих воспоминаниях, – приходилось объезжать госпиталя и временные лазареты и утешать раненых уверением, что никто из них не будет оставлен или брошен на произвол судьбы, что все будут вывезены и последуют за армией. И теперь тяжело вспомнить взгляды и полные тревоги вопросы, с которыми обращались ко мне эти прикованные к больничным койкам люди. Настойчивость и распорядительность Покровского сделали то, что при всех неблагоприятных обстоятельствах, особенно малочисленности санитарного персонала, а также отсутствия перевязочных средств, никто из лазаретных пациентов не был оставлен и все они своевременно были отправлены за Кубань» (Леонтович В.К. Первые бои на Кубани. Мюнхен, Молодая Россия. 1923. С.71).

Соединение всех частей фронта в городе и отход их за Кубань назначалось на 28 февраля (13 марта). Несколько дней на ближайший к Екатеринодару железнодорожный пост Кубань свозилось интендантское имущество. Большая его часть в дальнейшем была оставлена в вагонах и досталась красным. В этом же направлении, – на аул Тахтамукай, увозились из города раненые и больные, медицинский персонал, а так же пожелавшие спастись от расправы семьи военных и гражданских лиц.

Из книги А.Ю. Петухова "Гражданская война на Кубани 1917-1918"

#история_России #Екатеринодар #гражданская_война #Кубань #книга #Белое_движение #Белые #казачество #Добровольческая_армия
Tags: #Белое_движение, #Белые, #Добровольческая_армия, #Екатеринодар, #Кубань, #гражданская_война, #история_России, #казачество, #книга, Белое движение и борьба с большевиками, Государство Российское, История, Книжная полка, По историческим местам
Subscribe

  • Гиперблин комом

    В США провалились испытания новой ракеты Испытания американского гиперзвукового оружия AGM-183A ARRW – изделие фирмы Lockheed Martin –…

  • Опережая время: авианосный флот Николая II

    Автор: Алексей Селиванов И поныне не утихает полемика о необходимости авианосцев для российского флота. На тематических сайтах авторитетные…

  • Ударная беспилотная

    «Корсар», «Орион», «Альтиус» вооружены и очень опасны Фото: regnum.ru Длительное время Россия плелась в хвосте стран, которые выпускают…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments