"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

История Оренбургского казачьего училища 1867–1920 гг. (очерк, часть 2)

3. Особенности обучения и воспитания юнкеров Оренбургского казачьего училища

Военная служба предполагает значительные нагрузки, тяготы и лишения и, несомненно, обладает рядом специфических особенностей.

Обучению и воспитанию в казачьих юнкерских училищах уделялось большое внимание. Условно можно выделить три компоненты в этом процессе физического воспитания:
1) обязательный компонент;
2) дополнительный компонент;
3) казачий (или традиционный) компонент.

Обязательный компонент четко определялся требованиями воинских уставов, разработанных Главным управлением казачьих войск. Успешной реализации этого компонента способствовали также различные руководства (например, по гимнастике), содержавшие подробные методические материалы.

Дополнительный компонент был ориентирован на максимальное приспособление казачьих юнкеров к местным условиям их будущей боевой деятельности. В Оренбургском казачьем юнкерском училище этот дополнительный компонент был развит в высшей степени благодаря усилиям выдающегося военного педагога и историка генерала Потто В.А..

Казачий компонент представлял собой набор оригинальных традиционных боевых приемов, в течение веков формировавшихся и совершенствовавшихся казачеством. К их числу относятся и приемы владения холодным оружием и арканом, и приемы ведения ночных набегов и ночных речных переправ, и приемы джигитовки, с блеском демонстрировавшиеся в казачьей игре «лисичка».

Одним из обязательных условий для поступления в казачье училище было хорошее состояние здоровья. Важное место в обучении отводилось физическому воспитанию. По этому поводу генерал-майор Лалаев М.С. отмечал: «Главной целью физического воспитания в военно-учебных заведениях было сбережение и подкрепление здоровья, развитие и усовершенствование телесных сил воспитанников, дабы сделать их способными к перенесению трудов военной жизни» [12].

Общая программа обучения в казачьих юнкерских училищах подразделялась на зимние и летние занятия. Зимние занятия проводились, в частности, по следующим дисциплинам:
1) верховая езда;
2) служба строевая;
3) гимнастика;
4) вольтижирование;
5) рубка;
6) фехтование.

Верховая езда включала в себя упражнения по манежной и полевой езде, по доездке молодых и «дурноезжих» лошадей, охоту по искусственному следу.

Причем правильному обучению верховой езде придавалось большое значение. Так, в одном из документов по этому поводу указывалось следующее: «Верховая езда, как наиболее важный отдел строевого образования кавалериста и как наиболее трудный предмет для усвоения, должна производиться по возможности ежедневно, не менее часа во всех классах. Езда должна производиться всегда на английских седлах и с самого начала обучения, так как после езды на солдатских седлах переход к езде на английских труден для обучающегося. Слабые в езде должны ездить сначала со стременами, а вовсе не учившиеся до поступления в училище – на вольте с хордой, те же, кои уже освоились с лошадью и не падают, должны ездить без стремян.

Указав правила посадки, а также правила влезания и слезания, следует обратить особенное внимание на предписания устава, имеющие целью предотвратить вредную привычку держаться за поводья и болтать руками. С этой целью следует ввести езду без повода. При первых уроках на ходу в отношении посадки главное внимание следует обращать на то, чтобы обучающиеся сидели глубже в седле, а не на разрезе. Когда обучающиеся приобретут некоторую уверенность в посадке, тогда можно приступить к урокам управления.

Езду без стремян следует производить до тех пор, пока обучающиеся не окрепнут в посадке, что для большинства приходит на 4-й или 5-й месяц, а потому в январе можно начать в общем классе езду со стременами. В специальных классах достаточно для улучшения посадки ездить без стремян первые два месяца курса.

В специальных классах с декабря, в общем – с февраля, должно начинать езду на мундштуках сначала без оружия, а потом с шашками, заканчивая каждую езду рубкой.

Преодоление препятствий должно быть начато еще при езде без стремян, перед началом езды на стременах и продолжаться затем во все время курса езды.

В виду настоящей необходимости поставить в ряды кавалерии ездоков решительных, уверенных и выносливых, желательно развить езду юнкеров 2-го специального класса (третий год обучения) как по количеству упражнений (до двух часов в день), так и в отношении способа ведения занятий. Езда юнкеров 2-го специального класса должна вестись преимущественно одиночным порядком с целью дать ездоку, усвоившему уже сознательно все правила посадки и управления, возможность практиковаться в езде самостоятельно.

Особое внимание должно быть обращено на приучение юнкеров к самостоятельному сохранению правильного размера аллюра на рыси, галопе, а в особенности на полевом галопе. С целью приучения юнкеров к сохранению правильного размера аллюра должны быть введены особые упражнения на отмеренных дистанциях (на кругу).

В зависимости от местных условий, езду следует вести преимущественно на воздухе, вначале на плацах, а в заключение на местности более или менее пересеченной.

Весьма желательно практиковать юнкеров в охоте по искусственному следу, а если обстоятельства дозволяют, то и в охоте с борзыми. Юнкерам 2-го специального класса должна быть поручена доездка молодых лошадей и исправление дурноезжих» [13].

Служба строевая, входившая наряду с верховой ездой в число зимних занятий в казачьих юнкерских училищах, включала в себя, в частности, следующие упражнения: стойки, повороты, движения, приемы шашкой на коне и пешком, приемы винтовкой, отдание чести.

Наряду с верховой ездой и строевой службой, в число зимних занятий в казачьих юнкерских училищах входили и занятия гимнастикой. В программу регулярных занятий гимнастикой, в частности, входили следующие упражнения без снарядов:
1) движения ногами на месте;
2) приседания, прыжки с места и с разбега, прыжки в длину и в высоту, прыжки вниз, прыжки с ружьями, прыжки через ров, прыжки вперед и в стороны, прыжки вперед из положения, сидя на корточках, прыжки вниз из висячего положения, подскакивание с места;
3) балансирование на одной ноге, упражнения для рук и для туловища, упражнения лежа;
4) упражнения с взаимодействием попарно, шеренгами и группами;
5) борьба, борьба цепью;
6) переноска раненого на руках и на крестце;
7) бег, мерный бег, ускоренный бег, обегание вокруг шеренги, бег с препятствиями, бег на выносливость, вбегание на крутизну и сбегание с нее, бег на пятках, бег на месте, бег с выбрасыванием ног вперед, бег с откидыванием пяток, бег на носках не сгибая колен, бег во рву, бег зигзагами, бег змейкой, бег паутиной, бег колесом, бег сомкнутыми частями.

В число гимнастических упражнений со снарядами, в частности, входили:
1) вбегание на наклонную доску и сбегание с нее с ружьем и без;
2) ползание по бревну, борьба на бревне, разойтись двум встретившимся на бревне;
3) балансирование на доске;
4) прыжки на лошадь на седло с крупа; вспрыгнуть на седло на носки, прыжки на лошадь и через нее;
5) влезание и слезание по лестнице, лазанье по лестнице на одних руках;
6) перелезание через стенку с разбегом;
7) лазанье по шесту, по двум и трем шестам, перелезание с шеста на шест;
8) лазание по канату с помощью ног и без помощи ног.

При этом использовались различные снаряды: шест, канат, барьер, горизонтальная и наклонная доски, бревно, параллельные брусья, горизонтальная перекладина, наклонная лестница, стенка, лошадь, горизонтальная палка, поддерживаемая руками и плечами.

Кроме этих многочисленных упражнений, во время гимнастических занятий устраивались разнообразные игры: вытягивание каната, немецкие жмурки, чехарда, бег на дистанции.

Физической культуре придавали огромное значение в становлении юнкера как офицера: «Служа средством для физического развития, гимнастика в юнкерском училище приобретает особое значение в виду молодого возраста поступающих туда юношей, не могущих зачастую справиться с тяжестью ружья, вследствие чего на этот отдел необходимо обратить должное внимание и извлечь возможно большую пользу правильным и последовательным ведением занятия.

Обучение гимнастике должно вестись в систематической последовательности, переходя постепенно от легчайших упражнений к более трудным. Успех гимнастических занятий следует основывать, главным образом, на возбуждении доброй воли и охоты каждого обучающегося.

При первоначальном обучении следует наблюдать, чтобы обучающие не требовали от учеников на первых же порах ловкости и быстроты исполнения, но обращали бы главное внимание на правильность исполнения и совершенно свободное положение всех частей тела, не допуская ни малейшей натянутости, которая не только без пользы утомляет ученика, но совершенно противоречит основной цели гимнастики: одновременному развитию всех частей тела.

Когда приготовительные упражнения будут достаточно усвоены, следует переходить к практическим упражнениям. Не ограничиваясь только теми из них, которые упомянуты в наставлении, необходимо практиковать юнкеров на некоторых других машинах, не перечисленных в уставе, во-первых потому, что юнкер моложе солдата, а, следовательно, требует и больших упражнений для своего развития, а во-вторых, от будущего офицера следует требовать по гимнастике, во всяком случае, большего сравнительно с солдатом при коротком сроке его службы. При выборе машин должно иметь в виду, во-первых, укрепление рук, так как твердая рука будет служить залогом успехов по стрельбе, а во-вторых, развитие смелости в движениях и действиях, необходимых для военного человека. При занятиях гимнастикой не следует упускать из виду ее гигиенических целей и потому отнюдь не требовать от учеников более того, что каждый из них по своему телосложению и силам в состоянии исполнить. Особую отрасль гимнастики составляет обучение мерному и ускоренному бегу: оно должно идти параллельно с прочими приготовительными гимнастическими упражнениями. Обучение бегу следует начинать в самой легкой одежде, то есть в гимнастических рубашках, затем следует постепенно переходить к бегу в мундире, сначала без амуниции, а потом и в амуниции. Вообще обучение гимнастике должно быть ведено применительно к требованиям, установленным для войск и завершаться полевой гимнастикой в летнее время» [14].

В число дисциплин, изучавшихся в казачьих юнкерских училищах в зимнее время и имевших отношение к физическому воспитанию, входило и вольтижирование, которое включало следующие упражнения: вольтижировка на вольтижерском и на строевом седле при галопе и рыси, как без оружия, так и в полном вооружении.

Главное Управление казачьих войск по этому поводу указывало следующее «Вольтижировка имеет целью развить и укрепить кавалериста, постепенно возбудить в нем доверие к собственным силам и дать ему необходимую ловкость и смелость на коне, а равно и при быстром спешивании и вскакивании на лошадь. Для сего с первых уроков должно обращать внимание на развитие уверенности, смелости и соревнования между обучающимися, принимая все меры, чтобы молодые люди занимались с охотою и увлечением, не ушибались и не теряли присутствия духа….» [15].

В казачьих юнкерских училищах обучение джигитовке велось согласно строевого устава.

Выпускники училища были отменными кавалеристами, в совершенстве владели оружием. Так, Келебердинский В.И., казак Кубанского войска окончивший курс Оренбургского юнкерского казачьего училища (1902–1905 годах) по 2-му разряду, постоянно отличался на скачках, неоднократно брал первые призы, был отменным стрелком.

Одним из главных профессиональных качеств казачьих офицеров являлось умелое владение холодным оружием (шашкой, штыком) – так называемая рубка, также входившая в число дисциплин, изучавшихся в казачьих юнкерских училищах в зимнее время. В программу входили рубка предметов пешком и с деревянной лошади, уколы штыком, рубка предметов верхом с лошади. Эти упражнения имели целью развить силу и гибкость руки для производства метких и сильных ударов и уколов в предметы. Нанесение ударов и уколов в предметы (лозы, глина, чучела) производить сперва пешком, затем на деревянной лошади, а потом и на коне, как только юнкера приобретали твердую посадку. Все обучение велось одиночно.

Казачьи юнкера в зимнее время обучались фехтованию. В программу занятий по этой дисциплине входило фехтование на рапирах, фехтование на эспадронах, вольный бой пешком и на коне против шашки и пики. Обучение фехтованию имело целью научить юнкера приемам для боя на шашках. Поэтому при обучении обращалось внимание на правильность стойки, движений, точность ударов, уколов и отбивов. После этого переходили к вольным боям на шашках пешком и на коне.

Летний период занятий начинался с середины мая и заканчивался 1 сентября. За время обучения в течение трех летних периодов производились строевые и практические занятия в поле. В число летних занятий, в частности, входили плавание, полевая езда и конная охота.

20-25 июля юнкерские училища выступали в самостоятельный подвижный сбор, продолжавшийся до 8 августа. Во время этого сбора юнкера проходили по возможности все то из строевого образования, что не было пройдено в лагере.

Конная охота, также входившая в летние занятия юнкеров, считалась важным элементом их физического воспитания. Так, начальник Оренбургского казачьего юнкерского училища в записке на имя военного министра писал: «В направлении развития в гонке тех качеств, которые желательны в них, как в военных людях, считаю полезным и возможным разрешение юнкерам ружейной охоты и участие их в парфосной охоте. Охота способствует выработке выносливости, находчивости, сметки, способности к ориентировке и к умению обращаться с оружием» [16].

Все вышеизложенное относилось в основном к уставным, обязательным требованиям по физическому воспитанию будущих казачьих офицеров. Но, кроме обязательных требований, существовали еще и дополнительные, а также неписаные традиции, оказывавшие сильное влияние на процесс физического воспитания казачьих юнкеров. Наиболее ярко эти особенности проявились в Оренбургском казачьем юнкерском училище.

В Оренбургском казачьем училище все в физическом воспитании было подчинено не внешним эффектам, а соображениям практичности, целесообразности, надежности и эффективности, чтобы достойно подготовить юнкеров к их будущей боевой деятельности в степных районах. Особенно распространенной у всех казаков была известная конная игра степных казаков – «лисичка», в которой проявлялись исключительные способности казака – джигита. Игра эта заключается в том, что один из ее участников – всадников, держа в руке лисий хвост, уходит карьером от преследующих его партнеров, изображающих охотников на лисицу и стремящихся вырвать хвост у него из рук. При этой опасной игре искусный наездник, изображающий «лисичку», имеет широкую возможность оказать свое умение и навык управлять конем, находчивость, быстроту смекалки, а главное – искусство джигитовки, так как, увертываясь от преследователей, он буквально вертится вокруг собственного коня, зачастую оказываясь у него под животом.

Оренбургское казачье училище готовило казачьих офицеров для службы в небольших отрядах, оторванных от главных сил. Повышенное внимание уделялось здесь развитию инициативы юнкеров, практическим занятиям, физическому воспитанию. Заметим, что программы обучения в казачьих училищах вообще строились с учетом специфики казачьих войск, высокой выучки рядового и унтер-офицерского состава. По численности на первом месте в Оренбургском казачьем училище были оренбуржцы, а на втором – кубанцы. Причем популярность кубанцев в училище определялась «наездничеством, гимнастикой на снарядах, глубоким Войсковым товариществом, то есть природным казачьим молодечеством, но отнюдь не высокими баллами в науках и зубрежкой» [17].

Интерес представляют воспоминания выдающегося русского военного историка, автора многотомного труда о Кавказской войне генерала В. А. Потто, командовавшего Оренбургским юнкерским казачьим училищем (1870–1881 годы). Потто В.А. произвел изменения в физическом воспитании, строевом образовании, учебном курсе и в особенности летних практических занятий юнкеров училища.

Изменения в строевом образовании в первую очередь касались джигитовки, о которой он писал следующее: «...джигитовка имеет громадное значение уже потому, что, помимо своей практической цели приучить человека быть на коне, как дома, и именно образовать из него центавра, с которым конь составляет одно нераздельное целое, она развивает в человеке еще безоглядную отвагу, удаль, молодечество, презрение к опасности, притупляет в нем чувство самосохранения и научает не терять присутствие духа в самые критические минуты, – качества чрезвычайно важные для кавалериста вообще, а для казака в особенности.
С этой именно точки зрения, т.е. с точки нравственного закала, джигитовка должна служить превосходною военною школою, и потому – то ей следовало бы уделить сравнительно большую часть времени.
Я требовал от каждого юнкера обязательно:
1) поднимать на скаку предметы, как справа, так и слева;
2) стрелять на скаку по всем направлениям;
3) свертываться на скаку с седла так, чтобы укрыться от выстрела противника;
4) класть лошадь, чтобы стрелять из-за нее, как из-за бруствера;
5) спрыгивать с коня и вскакивать в седло на карьере;
6) меняться на скаку лошадьми, перескакивая с одного коня на другого;
7) пешему юнкеру вскочить на карьере в седло к товарищу;
8) плавание с конем и оружием.
Затем скачка, стоя в седле, прыгание стоя же через рвы и барьеры, расседлывание на скаку коня и другие приемы, хотя и представлялись только желающим, но начальники Штаба, как генерал-майор Зверев, так и генерал-майор Войде, не раз присутствовавшие при состязании юнкеров в джигитовке на приз, конечно, подтвердят, что не много находилось в сотне таких юнкеров, которые не исполнили бы чего-нибудь из приведенной программы.
Достигнуть таких результатов в джигитовке, как показывает опыт, весьма нетрудно: нужно только учить подействовать на самолюбие юнкеров, предоставить им полную свободу в упражнениях, и вести занятия не иначе, как сообразно установившимся издавна казачьим обычаям» [18].

Несомненно положительное влияние оказывал факт награждения юнкеров за отличие в джигитовке и в гимнастике золотыми жетонами.

Генерал Потто В.А. ставил на второе место в строевом образовании (после джигитовки) обучение будущих казачьих офицеров рубке острым оружием. Именно он первым ввел это упражнение в число строевых занятий казачьих юнкерских училищ. В своих воспоминаниях он пишет следующее о важности рубки острым оружием: «Только тот кавалерист будет искать рукопашного боя с противником, который убежден, что рубить умеет, а выучиться этому искусству: можно только острым оружием. Правда, искусство это дается нелегко, и требует сравнительно значительных расходов на чучела, но по своей занимательности оно развивает в молодых людях силу, ловкость и умение владеть оружием, а главное любовь к нему – гораздо более, чем фехтование, которое в бою совсем не пригодно.
По неимению учителей – инструкторов, я с этой целью держал при училище несколько старых казаков Кубанского войска, у которых искусство рубить было доведено до идеального совершенства.
Важность этого предмета для юнкерских училищ обусловливается тем, что рубка острым оружием по новости предмета находится у нас в кавалерии еще в младенческом состоянии. Желательно, чтобы офицеры превосходили в этом искусстве солдат и могли бы служить им примером» [19].

Высоко ценилась в Оренбургском казачьем училище и старинная, забытая, но реанимированная генералом Потто В.А. казачья традиция метания с коня арканом: «Мне хотелось воскресить этот старинный и, к сожалению, почти уже забытый казачий обычай, который, однако же, и в будущих войнах может найти себе большое применение. В ловких и сильных руках казака аркан представляет оружие страшное и в высшей степени пригодное там, где нужно схватить кого-нибудь в плен, добыть языка или сорвать часового, а случаев к этому представится много во время быстрой погони, в разъездах, в засадах и т.п. Казачьи училища обязаны научить юнкеров относиться с уважением к их старым боевым традициям» [20].

Также стремясь как можно больше приблизить обучение казачьих юнкеров к их будущей боевой деятельности. Генерал Потто В.А. первым ввел в занятия сомкнутым строем ночные учения. Он был убежден, что военные действия в степи происходили преимущественно ночью, потому приучал юнкеров к ночным движениям на быстрых аллюрах и даже на карьере. Ученья приносили огромную пользу особенно по отношению к дисциплинированию части. Только при строгой дисциплине, при общем и напряженном внимании подобные ученья могли обходиться без несчастных случаев, и этих случаев при нем не было.

Много новшеств, имевших большое практическое значение для боевой деятельности будущих казачьих офицеров, было введено и в число практических летних занятий в Оренбургском казачьем юнкерском училище. К числу таких новшеств относились так называемые «поездки о двуконь», практические фортификационные занятия, ночные переправы через реку и ночные учебные набеги.

«Поездки о двуконь», составляли единственный способ в степи передачи известий и для поддержания сообщений между степными отрядами и укреплениями. Для этого юнкера, по двое, с заводными лошадьми отправлялись в степное укрепление Ак-Тюбе и возвращались назад, делая в четверо суток четыреста семьдесят верст (более 500 км.), причем производили маршрутную съемку и доставляли топографическую заметку о местности. Такие упражнения, приучая юнкеров подолгу оставаться на коне, давали им возможность практически ознакомиться, как следует при столь продолжительных и быстрых переездах как обращаться с лошадью.

Физическому развитию казачьих юнкеров способствовало и то, что занятия по фортификации не ограничивались только требованиями программы, но дополнялись еще и практическими работами на местности. Так, во время маневров юнкера устраивали для себя земляные очаги и хлебопекарные печи, разрабатывали спуски для проезда орудий и экипажей, сравнивали и насыпали дороги и наводили мосты через овраги и реки. Наглядным памятником долгое время служил один из мостов, устроенных юнкерами через реку Каргалку в 10 км от Оренбурга. Постройка этого моста была окончена юнкерами в два дня, несмотря на проливной дождь, и произведена таким капитальным образом, что мост восемь лет служил земству без всякого ремонта. Он так и известен в народе под именем юнкерского моста.

Кроме упоминавшихся выше ночных конных учений сомкнутым строем на быстрых аллюрах и даже на карьере, генерал Потто В.А. проводил в Оренбургском казачьем юнкерском училище и другие ночные занятия, способствовавшие физическому развитию юнкеров. К числу таких занятий относились ночные речные переправы и ночные учебные набеги. «По отношению к переправам, которые так часто случаются кавалерии в ночное время, я постоянно повторял юнкерам слова известного казачьего генерала Илловайского, сказанные им императору Александру I: «Река, Государь, казакам не преграда». Чтобы утвердить их в этой истине, я высылал юнкеров небольшими командами и приказывал в темную ночь перебираться, как знают и как умеют, через глубокую и быструю Сакмару, за которой стоял неприятель. Чтобы не быть замеченным противником, сторожившим в свою очередь берег, юнкерам приходилось выбирать для переправы самые опасные и трудные места. Кто пускался вплавь на кожаных турсуках, кто связывал кое-какие плоты, кто кидался на несущееся бревно и на нем, хватаясь за другие, с их помощью прибивался к противному берегу. Отваги, удали, риску, а главное сметки высказываемо бывало при этом множество. Плоты разъезжались, бревна перевертывались, юнкера окунались в воду – и все-таки возвращались тем же путем с самыми точными и верными сведениями.
Вечерние рассказы мои о переправах горцев, об их сноровках и хитростях имели здесь для себя обширное практическое применение» [21].

Что касается ночных учебных набегов, то такие занятия были особенно популярны у юнкеров, напоминая им о старинных военных казачьих традициях: «Особенное удовольствие вызывали у юнкеров ночные набеги, производившиеся обыкновенно в самое темное время. Иногда эти набеги направлялись по таким местам, которые можно бы было считать положительно недоступными для кавалерии. Помню восторг молодых людей, когда сильнейшая партия, при которой находился я сам и офицер Генерального Штаба, заведывающий работами, именно благодаря подобной местности, была застигнута врасплох и разбита.
Это был один из замечательнейших набегов. Юнкер, командовавший партией, провел ее в короткую летнюю ночь, до 35 верст, лесами и болотами, и кинулся с нею на станцию железной дороги, верхом, с той стороны, где местность была такая, что казалось, должна была бы обеспечить нас даже от нечаянной атаки пехоты» [22].

Обучение и воспитание юнкеров Оренбургского казачьего училище велось в строгом соответствии с уставами и наставлениями, но с учетом традиций и обычаев казачества, при этом главный акцент делался не на внешний блеск и красоту, а на практические занятия, на то, что может пригодиться в неспокойной степи, в бою и в походе. Многие упражнения, обычаи и военные традиции можно и сегодня использовать при обучении и воспитании курсантов военных училищ.

Заключение

Таким образом, Оренбургское казачье училище оправдало надежды, которые на него возлагали, и обеспечило Оренбургское казачье войско квалифицированными офицерскими кадрами. Оренбургское училище было создано первым из трех казачьих училищ и просуществовало дольше всех. Выпускники училища отличались преданностью Православной Вере, Государю Императору и Отечеству. Кроме того они отличались высоким уровнем военно-профессиональной подготовки, силой, выносливостью и. Обучение и воспитание юнкеров носило практический характер с опорой на традиции и обычаи предков.

Выпускники Оренбургского казачьего училища с честью выполнили свой Воинский долг в годы великих испытаний Первой мировой войны 1914–1918 годов и Гражданской войны в России в 1917–1922 годах. Их героические имена навсегда останутся в памяти потомков.

Веление времени настоятельно требует возрождения Оренбургского казачьего училища для обучения и воспитания офицеров возрожденных Казачьих войск.


Источники:

12. Лалаев М.С. Исторический очерк военно-учебных заведений, подведомственных Главному их Управлению. От основания в России военных школ до исхода первого двадцатилетия благополучного царствования Государя Императора Александра Николаевича, 1700 – 1880. Часть 1. Спб., 1880. С. 61.
13. Российский государственный военно-исторический архив (далее РГВИА). Ф. 330. Оп. 42. Д. 690. Л. 53.
14. РГВИА. Ф. 330. Оп. 42. Д. 690. Л. 52.
15. РГВИА. Ф. 330. Оп. 42. Д. 690. Л. 53.
16. РГВИА. Ф. 330. Оп. 42. Д. 689. Л. 80.
17. Стрелянов П.Н. (Калабухов). Одиссея казачьего офицера. Полковник Ф.И. Елисеев. М.: Рейтаръ, 2001.С. 14.
18. РГВИА. Ф. 260. Оп. 1. Д. 12. Л. 2.
19. РГВИА. Ф. 260. Оп. 1. Д. 12. Л. 2-3.
20. Там же.
21. РГВИА. Ф. 260. Оп. 1. Д. 12. Л. 6.
22. РГВИА. Ф. 260. Оп. 1. Д. 12. Л. 5-6.


Александр Гирин
Tags: Русская армия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments