?

Log in

No account? Create an account

Предыдущая страница | Следующая страица

Борец за правду и за свет,
Свирепой Азии смиритель,
Россия шлет Тебе привет,
Свободы доблестный воитель!
Валерий Лесковский. М. Г. Черняеву

Род Черняевых известен в России с семнадцатого века. В эпоху царствования Екатерины II после присоединения к Российской империи белорусских земель Никита Черняев (дедушка Михаила Григорьевича) переселился в Могилевскую губернию, где купил два села: Тубышки и Рачча. Все его сыновья — Василий, Александр, Ипполит, Григорий и Петр — выбрали военную службу, окончили шляхетский кадетский корпус и участвовали в военных действиях. В частности, отец Михаила Григорьевича сражался в рядах антифранцузской коалиции 1805, в российско-турецкой войне 1806-1812, в Отечественной войне 1812. Два месяца Григорий Черняев занимал в Лотарингии место военного губернатора города Люневиля. Там он повстречал свою будущую супругу, молодую француженку. Впоследствии у них родилось восемнадцать (!) детей, из которых только девять достигли преклонного возраста. В 1820 Григорий Никитович ушел в отставку и поселился в деревне Тубышки, однако в 1824 вернулся на службу и был отправлен в Измаил, а затем в Бендеры. Именно в Бендерах и появился на свет Миша — болезненный и слабый мальчик. Во многих источниках годом рождения Михаила Черняева считается 1828, однако дочь его в мемуарах привела текст свидетельства о рождении отца, сообщавший, что родился тот в 1827.
ПокорительТашкента. Михаил Григорьевич Черняев


После очередной отставки Черняев-старший с семьей вернулся в Тубышки. Свои детские годы Миша провел в тесном общении с отцом — вместе с ним он учился ездить верхом, катался по речке на плоту, ходил на охоту, помогал строить православный храм. Именно от своего отца, сражавшегося на равнинах Бородина и под стенами Смоленска, Михаил перенял ту горячую любовь к Отечеству, которая отличала его на протяжении всей жизни. Матушка же Михаила Григорьевича так и не научилась нормально говорить по-русски, хотя в поведении своем и во внешнем виде проявляла все черты русской помещицы. Зато благодаря ей все дети без затруднений говорили на французском языке.

В 1835 Черняев-старший снова устроился на службу и был отправлен в Киев. Именно там Миша пошел в гимназию, а позднее (из-за очередного ухода вспыльчивого нравом отца в отставку) продолжил учебу в Могилеве. В 1840 Григорий Никитович отправил подростка в Санкт-Петербург для обучения в Дворянском полку. Именно в этом месте, отличавшемся жесткой системой физических упражнений и закаливаний, часто болевший Михаил значительно окреп и в дальнейшем уже не имел проблем со здоровьем и выносливостью. Учился Черняев, наделенный от природы незаурядными способностями, прилежно, и по выпуску имя его было записано на золотой доске.

В 1847 молодой человек был определен в гвардию, а именно в Павловский полк. Большинство дворянских детей были рады подобному назначению — оно сулило не только избавление от пребывания на удаленных окраинах империи, но также довольно редкое участие в сражениях и легкие условия службы. Черняев же, будучи прирожденным воином, оказался недоволен подобным положением вещей. Вопреки своим однополчанам он мечтал служить в «простой» армии, зная, что именно «простые» полки из центральных губерний от первого и до последнего выстрела участвовали во всех войнах России, неся на своих плечах судьбу всей империи. Михаил Григорьевич поступил в Академию Генштаба, по окончании которой в чине штабс-капитана был причислен к Генштабу. Но уже спустя два месяца он выехал в действующую против турков Дунайскую армию, а точнее — в Мало-Валахский отряд, принявший участие в подавлении революции в ходе Венгерского похода.

Необходимо отметить, что с отличием окончив высшее военное заведение, Черняев являлся одним из начитаннейших и образованнейших людей своего времени. Политические трактаты, серьезные исторические сочинения, народные поговорки и пословицы, одним словом все, в чем заключалось прошлое русского народа, его верования и дух возбуждало в нем живой интерес. Михаил Григорьевич прекрасно знал историю страны и знанию этому придавал первостепенное значение, говоря, что без сведений о прошлом народа нельзя им править в настоящем. Во время русско-турецкой кампании молодому военному довелось участвовать в кавалерийском сражении при городе Каракале. Лишь по счастливой случайности Черняев избежал смерти, и впоследствии ему, как участнику и офицеру генерального штаба, было поручено составить об этом бое донесение. Оно попало к государю и тот, отметив искусно составленное описание сражения, начертал на донесении «Заметить молодого офицера».

Осенью 1854 по распоряжению Горчакова четвертый корпус, в котором служил Черняев, был послан к Севастополю на помощь Меньшикову. Только попав в Крым, Михаил Григорьевич оказался брошен в самое пекло Инкерманской битвы, во время которой отличился своим военным талантом, а также личной храбростью и решительностью. За это сражение Черняев был награжден орденом Святого Владимира четвертой степени. Во время же Севастопольской обороны молодой офицер, бесстрашно исполнявший самые опасные поручения, находился на Малаховом кургане под командованием генерала Хрулева, а после того как Степан Александрович был ранен, — адмирала Нахимова. За восемь месяцев этой страшной осады, которую сам Михаил Григорьевич называл «настоящим адом», он получил золотую саблю, чин подполковника и серьезную контузию. При оставлении города по приказу начальства Черняев находился в арьегарде и прикрывал отступление русских войск в ходе переправы через Северную бухту. Любопытный факт — Михаил Григорьевич был одним из последних покинувших Севастополь офицеров.

После войны Черняев получил приказ отправляться в царство Польское начальником штаба третьей пехотной дивизии. Никаких восстаний и войн там в то время не было и не предвиделось, а мирная штабная деятельность вызывала у Михаила Григорьевича лишь грусть и скуку. Во второй половине девятнадцатого века у русского офицера, хотевшего принять участие в боевых действиях, имелось два варианта — отправляться на Кавказ, где по своему обыкновению партизанили горцы, или на азиатские окраины империи, на которых не прекращались столкновения с кочевниками. Черняев выбрал второй вариант, и вскоре бравого военного согласно его собственному прошению перевели в распоряжение оренбургского генерал-губернатора Александра Катенина. В 1858 Черняев принял участие в походе капитана второго ранга Бутакова на кораблях Аральской флотилии к Хивинскому городку Кунграду, население которого восстало против местного хана. Находясь во главе маленького сухопутного отряда, Михаилу Григорьевичу пришлось прикрывать отступление этой экспедиции, забравшейся, очертя голову, по течению Сырдарьи вглубь Средней Азии. Во время похода заботливый Черняев по мере возможности старался облегчить тяготы солдат. В частности по его распоряжению бойцы кроме ружей и патронов ничего на себе не несли — все остальное ехало на верблюдах. Во время остановок часовые допускали к воде разгоряченных маршем солдат только после часового отдыха. Также Михаилом Григорьевичем был введен необычный головной убор, защищавший от горячего солнца затылок и шею. Благодаря подобным «мелочам» за время долговременных странствий по знойным степям Средней Азии в отряде Черняева никогда не было ни больных, ни отсталых.

За двухлетнее нахождение на передовых постах русских среднеазиатских владений Черняев основательно изучил не только географические и физические особенности края, но и психологию, а также характер его обитателей. В конце 1859 после бутаковской экспедиции Михаила Григорьевича направили на Кавказ под начальство старого и опытного генерала, графа Евдокимова. И если в Оренбуржье офицер освоил науку азиатской или «конкистадорской» службы, то Кавказ превратил его в ветерана борьбы с горской партизанщиной.

После покорения Кавказа разменявшего третий десяток лет офицера в качестве начштаба генерала Александра Безака вновь отправили в Оренбургский край. За годы службы на окраине у Черняева родилось любопытное предложение, которое согласно словам одного историка характеризовалось словами «Русский DrangnachOsten (натиск на Восток)». Ключевая мысль его заключалась в присоединении Туркестана к Российской империи. Однако Санкт-Петербург в то время к подобной затее отнесся весьма равнодушно, и у Михаила Григорьевича произошел со своим начальством по некоторым вопросам колониального управления первый серьезный конфликт. Несмотря на это дельному и талантливому офицеру поручили крупную операцию по укреплению присутствия русских в Азии — возведению между Сибирской и Оренбургской губерниями укрепленной линии. Проблема заключалась в том, что для ее реализации предстояло отвоевать у Кокандского ханства — глубоко архаичного государства с настоящим рабством и феодальной экономикой — некоторые территории. Черняев, назначенный командиром «особого западносибирского отряда», с радостью взялся за любимое дело — сражаться и расширять империю.

Отряд был сформирован в городе Верном — русско-казачьей военной твердыне, нынче называющейся Алма-Атой. Вскоре после этого (в 1864) Михаил Григорьевич взял крепость Аулие-Ата, а еще через некоторое время — крупный город Чимкент. К слову, в Чимкенте дислоцировался сильный гарнизон, крепость имела мощные укрепления и — вполне справедливо — считалась неприступной. Но когда русские люди знали слово «невозможно»?

Прежде, чем идти на приступ или в атаку, Черняев всегда всесторонне обмозговывал свое положение и для обеспечения успеха предпринимал меры недоступные иному, менее проницательному и искушенному в ратном деле уму. Любопытный факт — Михаил Григорьевич не собирал военных советов, предпочитая решать все вопросы самостоятельно и беря на себя при этом всю ответственность. Когда же он считал, что обстоятельства требуют довести его планы до всеобщего сведения, Черняев сообщал их второму лицу, придерживаясь мнения, что известное двум непременно станет общим достоянием. Согласно этому утверждению Черняев всегда с насмешкой говорил об общедоступных тайнах военных канцелярий и предписаниям, в заголовке которых стояло слово «секретно».

Изучив местность вокруг крепости, Михаил Григорьевич отметил деревянный водопровод, выполненный в виде длинного ящика и перекинутый через глубокий, наполненный водой ров. Именно по этому водопроводу, а затем сквозь сводчатое отверстие в стене бойцы Черняева и проникли в Чимкент, внезапным, ошеломительным ударом захватив город. Перепуганные защитники не смогли оказать русским никакого сопротивления. За отважный штурм крепости Михаилу Григорьевичу пожаловали орден Святого Георгия третьей степени.

А дальше началась эпопея, сделавшая Черняева известным на всю империю. Захват Чикмента открывал западносибирскому отряду путь на Ташкент. Взятие этого города в задачи Михаила Григорьевича не входило, кроме того ему из Санкт-Петербурга регулярно приходили нервные послания с просьбой «не увлекаться». Однако Черняев почувствовал, что «ветер дует в его паруса», и двинул к Ташкенту все свои силы. Двинул и откатился, натолкнувшись на мощный отпор. Несмотря на понесенные потери, взятие этого города стало для Михаила Григорьевича идеей фикс. Необходимо отметить, что Черняева одёргивали из столицы не случайно — как-никак действовали русские экспедициями и вдали от родных мест, сил было мало, и распылять их было никак нельзя. Однако и у Михаила Григорьевича имелась своя логика — необходимо теснить врага, пока он слаб, а то перевооружится, сделает из прежних ошибок выводы и империя получит второй Кавказ. Да и сам Ташкент был случаем особым. Самый крупный город Средней Азии на тот момент принадлежал Коканду, однако Коканд без конца воевал за него с Бухарой. Город постоянно переходил из рук в руки, а жили в нем оседлые узбеки «сарты», уставший от вечных войн мирный торгово-ремесленный народ. С годами в Ташкенте сложилась особая «русская партия», состоящая из тех, кто желал уйти «под Россию». На поддержку этих людей и рассчитывал Черняев.

После неудачной попытки овладения Ташкентом Михаилу Григорьевичу поручили не предпринимать в этом направлении никаких действий, в отдельном письме военный министр запрещал ему «отваживаться на штурм в связи с недостаточностью сил, находящихся в распоряжении». В это же время в главном штабе сочинялись обширные проекты, предполагавшие в следующем году большие экспедиции с многочисленной артиллерией и осадными орудиями. Но никакие приказы не могли усмирить дух русского офицера. В конце апреля 1865 Черняев по собственной инициативе выступил из Чимкента во второй поход вместе со своим отрядом, бойцы которого гордо именовали себя «черняевцами». Силы их тогда состояли из двух сотен казаков, восьми пехотных рот и десяти орудий. Немногим позже, уже к Ташкенту подоспели ещё два орудия и две роты. Всего около двух тысяч человек и двенадцать орудий. Мулла Алимкул, являвшийся фактическим правителем ханства и главнокомандующим кокандской армии, двинул свои войска навстречу упрямому русскому офицеру. Армия муллы была огромной — сорок единиц артиллерии и сорок тысяч солдат, их которых десять тысяч линейной пехоты с регулярным оружием и строем. Противники встретились под Ниязбеком. За два часа сражения кокандская армия оказалась целиком разгромлена и, разбежавшись, кто куда, перестала существовать как боевая тактическая единица. Предводитель кокандцев при этом был убит. Такая неожиданная, в принципе невозможная победа посеяла в рядах защитников Ташкента панику. Несмотря на активную работу «русской партии», самой значительной политической силой города оказалась «бухарская партия», состоящая из сторонников перехода Ташкента бухарскому Эмиру. Вследствие этого из города в Бухару выехали послы с предложением верноподданства.

Тем временем отряд Михаила Григорьевича подошел к Ташкенту и осадил город, перекрыв питавшую его реку Чирчик. Для понимания сложившейся обстановки стоит отметить, что Ташкент был окружен стеной длиной в двадцать четыре километра, гарнизон его составлял более пятнадцати тысяч человек при сотне орудий, из которых около пятидесяти были вполне современными. Пока шла осада, Черняев получил информацию о том, что в ханстве Бухарском была собрана и отправлена к Ташкенту огромная армия. Михаил Григорьевич оказался в сложной ситуации. С одной стороны он мог отступить и оставить город во власти бухарского эмира, с другой — рискнуть и остаться под угрозой быть раздавленным между стенами Ташкента и приближающейся армией. Вариант с отступлением для Михаила Григорьевича был неприемлем, так как означал поражение, позор и урон русскому престижу. И тогда Черняев решился на невероятный по дерзости шаг — штурм города.

Считается, что в ходе классического штурма крепости количество нападающих должно в три раза превосходить количество защитников. Здесь же число защитников в восемь раз превосходило число русских и имело тотальное преимущество в огневой мощи. Даже поправки на техническое преимущество и военную дисциплину оставляли расклад более чем пугающим. К тому же Михаил Григорьевич не мог бросить все свои силы на штурм — гарнизоны остались на кокандской дороге, на Ногай-кургане и в Виязбеке. В самом штурме приняла участие только тысяча солдат — тысяча закаленных в степных и штыковых боях с кочевниками и ханскими войнами бойцов.

Атака началась в июне 1865 в два часа утра. Штурмовые колонны в темноте поднесли приготовленные лестницы к крепости. Вражеский караул обнаружил русских, когда они уже вплотную подошли к стенам. За считанные секунды лестницы были поставлены, и бойцы Черняева мгновенно захватили стену у Комланских ворот. Вскоре после этого бой завязался в самом городе — солдатам Михаила Григорьевича приходилось с боем брать каждый переулок, каждую улицу, каждую башню. Часть защитников дралась яростно, однако в целом пехотинцы-сарбазы поддались панике и бежали, а конница на узких уличках не могла развернуться. Уличные бои длились весь день, а к утру следующего дня к Черняеву пришла делегация «почетных» жителей, доложивших, что город будет сдан, если русские прекратят огонь. Михаил Григорьевич, собравшийся взрывать местную цитадель, дал команду опустить оружие, и город, в самом деле, сдался. Потери отряда Черняева составили всего двадцать пять человек убитыми и около ста пятидесяти раненными и контужеными.
ЭЛЕКТРОННЫЙ АДРЕС ДЛЯ ВОПРОСОВ РУКОВОДСТВУ РОВС
pereklichkavopros@gmail.com

НАШ БАННЕР

Перекличка

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

РОВС

Иванов-Лискин

Страница И.Б. Иванова




Наши Вести

Союз Дроздовцев

ЛГКГП

ПравБрат



Помощь блогеру


Разработано LiveJournal.com