"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Белая Москва. Александровское военное училище

Друзья! Железною стеной,
Во имя правды и закона,
Для блага родины святой,
Сомкнемся у подножья трона.

Пускай мятежная волна,
Сметет ряды родного строя,
Но разобьется и она,
О грудь погибшего героя...

Утихнет буря, и тотчас,
Замолкнут брань и укоризны,
И все поймут, что только в нас
Залог спокойствия отчизны...


"Бывший александровец 3 роты"
Журнал "Александровец" (N 6 за 1907 год)



Середина XIX века вошла в историю как время «великих реформ». Преобразования коснулись различных сторон жизни российского общества. Одним из главных направлений стали военные реформы 1861-1874 гг. Особое внимание в ходе военных реформ уделялось подготовке офицерских кадров. 12 октября 1862 года было принято решение отделить общий курс кадетских корпусов от специальных и открыть на основе последних военные училища. Первыми в 1863 году были открыты пехотные училища: Константиновское и Павловское в Петербурге и Александровское в Москве. Воспитанников этих училищ стали называть юнкерами…

Мало что сегодня напоминает былое величие Александровского военного училища. И москвичи, гуляя или спеша по делам, проходя по улице Знаменка и Малому Знаменскому переулку от Арбатской площади до метро Кропоткинская, даже и не подозревают, что рядом с ними находится прославленное Александровское училище. А еще полтора столетия назад белое высокое здание с колоннадой и лепным пеликаном, кормящим своих птенцов, - на углу Арбатской площади и улицы Знаменка было известно всей Москве. Москвичи гордились своими александровцами. «Наша гвардия», - говорили они, а юнкера с белыми погонами и вензелем царя-освободителя Александра II блистали во всей красе своих золоченых мундиров. Блистали александровские юнкера на парадах, блистали и на балах. А в тяжелые военные годы александровцы с честью выполняли свой воинский долг на полях сражений, поддерживая высокую славу своего родного и любимого училища.

       
(на фото слева: здание Александровского военного училища вскоре после основания; справа: молебен на внутреннем плацу)

В конце двадцатых годов 19 века Московский Опекунский Совет у вдовы графа Апраксина С.С. выкупил дом, для создания сиротского приюта. В 1831 году приют был переименован в Александринский Сиротский институт и предназначался для осиротевших офицерских и солдатских детей, а супруга Императора Николая Павловича Александра Федоровна приняла его под свое высокое покровительство. После Венгерского похода 1851 года году институт был упразднен, а на его место был переведен Александровский Брестский кадетский корпус, который был переименован в Александринский сиротский кадетский корпус в честь святой мученицы царицы Александры, имя которой носила Государыня Императрица – супруга Императора Николая I. Сама Императрица Александра Федоровна принимала деятельное участие в попечительстве сирот этого корпуса. Наследник Цесаревич Александр Николаевич был зачислен в списки корпуса, а на здании корпуса была помещена эмблема – пеликан, кормящий своих птенцов и выдёргивающий свой пух, чтобы прикрыть им гнездо. Вновь созданный корпус предназначался для воспитания сирот штаб- и обер-офицеров, а также военных и гражданских чиновников из потомственных дворян с целью их подготовки к офицерской службе во всех родах войск. Александринский Сиротский кадетский корпус был постоянным участником коронационных торжеств, военных парадов в манеже и на Ходынском поле. В 1859 году был произведен первый выпуск кадетов в офицеры.

В 1863 году Императором Александром II на месте упраздненного в том же году Александринского Сиротского кадетского корпуса было основано Московское Александровское военное училище. Сам Государь Император стал первым шефом училища. В царствование Императора Александра III, вступившего на престол в 1881 году, училище получило название Третьего Московского военного Александровского училища, а Александр III стал вторым шефом училища. В 1891 году Третье Александровское военное училище стало вновь именоваться Александровским военным училищем. Последним шефом училища был Император Николай II.
Праздник училища – 23 апреля был установлен, как старый праздник Александровского Брестского кадетского корпуса.

Комплектование училища производилось главным образом воспитанниками военных гимназий. Разрешалось принимать на вакантные места молодых людей всех сословий с законченным средним образованием. Лицам, не имевшим среднего образования, предоставлялось право поступления на младший курс по итогам вступительного экзамена при училище.

В строевом отношении училище составляло батальон, состоящий из четырех рот. Каждая рота до 1871 года делилась на два взвода (впоследствии – на четыре). Согласно Приказу Военного Министра № 243 от 24 июня 1867 года, было объявлено первое Положение о военных училищах с новым штатом и табелем. Состав училища был определен в 300 юнкеров. Со временем штат училища подвергался изменению: в 1880 году он был доведен до 350 юнкеров, а в 1882 году увеличен до 400. С началом Первой мировой войны штат училища был увеличен до 1600 юнкеров, а к 1917 году их численность увеличилась до 2000. Началась практика ускоренных 4-х месячных выпусков, так как фронт остро нуждался в пехотных офицерах младшего звена. Именно они гибли в первую очередь при боевых действиях.

Строевая подготовка юнкеров в течение двух лет обучения включала в себя как практические, так и теоретические занятия. Обучение в училище, согласно Положению, должно было дать юнкерам теоретические и практические знания, обладая которыми выпускаемые из училища офицеры могли не только выполнять предстоящие им служебные обязанности, но и продолжать на службе свое военно-научное образование. Весь курс обучения в военном училище распределялся по двум классам, которым присваивалось наименование младшего и старшего. Каждому классу полагался годичный курс, который продолжался с 1 сентября до середины мая.
Программа образования в младших классах включала в себя: правила внутреннего распорядка училища; дисциплинарный устав; наставление по обучению стрельбе; гарнизонную и сторожевую службу; устав о строевой пехотной службе; фехтование на рапирах; гимнастику; практическую стрельбу; глазомерное определение расстояния.

       
(на фото слева: учения по стрельбе; справа: летние сапёрные работы юнкеров)

Обучение юнкеров старших классов было направлено на подготовку будущих офицеров к их деятельности в войсках в качестве учителей – инструкторов. Один раз в неделю юнкера старших классов занимались верховой ездой в манеже и приемами при орудиях. Летом начинался период стрельб, ротных и батальонных учений, проводившихся на Ходынском поле совместно с другими подразделениями Московского военного округа, которые заканчивались смотром Командующего войсками округа и тактическими учениями. В основу учебного курса училища были положены военные предметы специальных классов кадетских корпусов: тактика, артиллерия, фортификация, военная топография, военная администрация, военное законоведение, а также общеобразовательные предметы: Закон Божий, русский язык, иностранные языки, математика, химия, физика, черчение, политическая история и статистика, логика и психология.

Офицерский состав училища подбирался очень тщательно, кандидаты на эти должности проходили жесточайший отбор. Офицеры строго и внимательно следил за юнкерами, не упуская ничего из поля зрения, внимательно руководя своими подопечными с помощью постоянных разъяснений. Отношения с начальством строилось на правдивости, взаимном доверии и уважении. «Любимчиков не было, да их и не потерпели бы. Случались офицеры слишком строгие, придирчивые трынчики, слишком скорые на большие взыскания. Их терпели как божью кару и травили в ядовитых песнях. Но никогда ни один начальник не решался закричать на юнкера или оскорбить его словом. Тут щетинилось все училище». (Куприн «Юнкера»)

В Александровском военном училище была своя церковь Святой мученицы царицы Александры, в которой юнкера исповедовались, помогали батюшке, прислуживали при богослужении, пели в церковном хоре. На стенах церкви висели чёрные мраморные доски, где были высечены фамилии погибших воспитанников училища.

Во всём укладе юнкерской жизни Вера занимала значительное место. Молитвой начинался день, молитвой заканчивался. Учебный год также начинался молебном. В дни церковных праздников юнкера были обязаны посещать училищную церковь. Соблюдали они Великий пост, ходили к заутрене на Пасху. Каждый юнкер обязан был иметь при себе нательный крест. В день производства в первый офицерский чин начальник училища лично вешал на шею каждому юнкеру маленькую серебряную иконку Казанской Божьей Матери, которая издавна на Руси считалась покровительницей воинов.


Но с выпуском связи офицеров и родного училища не разрывались. Александровцы издавали свой собственный листок, а потом журнал «Александровец». Бывшие питомцы писали туда свои письма, статьи, стихи. Юбилейные номера этого журнала, посвящённые годовщинам основания училища, были очень трогательны: в них было большое количество поздравлений в адрес училища, офицеров и преподавателей. Даже после Гражданской войны, журнал «Александровец» продолжал выходить в эмиграции. Это была одна из связующих нитей между разбросанными по всему миру александровцами.

Боевая деятельность для александровцев началась в период Русско-турецкой войны 1877-1878 гг. 33 выпускника Александринского Сиротского кадетского корпуса и Александровского военного училища стали героями этой войны, из которых 6 были награждены орденом Святого великомученика и Победоносца Георгия. 27 офицеров погибли на поле брани. Воспоминания о Плевне, Шипке, Карсе, Ардагане навеки связаны с историей Александровского военного училища.

Октябрьские дни семнадцатого года стали одной из последних героических страниц Александровского военного училища. В эти дни Александровское военное училище стало центром сопротивления большевикам. Все те, кто остался верен своей родине, собирались у училища, где начальник штаба МВО полковник Дорофеев К.К. формировал отряды добровольцев. Юнкера и офицеры Александровского и Алексеевского военных училищ, кадеты трёх Московских кадетских корпусов приняли самое активное участие в формирование этих отрядов и в последующих боях. Тогда же, впервые прозвучало название – «Белая гвардия».

Добровольцам удалось запереть подступы к училищу со стороны Смоленского рынка (конец Арбата), Поварской и Малой Никитской, продвинуться от Никитских Ворот до Тверского бульвара и занять прилегающую сторону Большой Никитской улицы вплоть до Университета и Кремля. Юнкера захватили Кремль, Манеж, Метрополь, телефонную станция в Милютинском пер, почтамт. Юнкера-александровцы вели упорные многодневные бои на Арбате, на подступах к училищу, у Никитских ворот, в районе улицы Волхонки и Бульварного кольца.


Запись в отряды сопротивления большевикам

Одним из руководителей отрядов добровольцев был александровец, выпускник 1908 года, участник Первой мировой войны, полковник Трескин Л.Н. 3 октября 1917 года, находясь на лечении в Москве, он явился в Александровское военное училище и возглавил сформированные из добровольцев подразделения юнкеров. В последующие дни полковник Трескин держал оборону в Лефортово, в здании Алексеевского военного училища, где защитники Москвы вынуждены, были сложить оружие. После захвата Москвы большевиками полковник Трескин Л.Н. с юнкерами-александровцами прибыл на Дон, где вступил в Добровольческую армию. Участвовал в 1-м Кубанском походе, служил в вооруженных силах Юга России. После окончания Гражданской войны, Трескин жил в Сербии. Там он был председателем суда чести 4-го отдела РОВС. В 1941-1945 гг. он воевал в рядах Русского корпуса, сформированного в Белграде. После окончания Второй мировой войны некоторое время жил в Западной Германии где занимал должность председателя Баварского отдела Гвардейского объединения. Эмигрировал в США. Там лейб-гвардии полковник Трескин Л.Н. скончался в 1957 году. Похоронен на кладбище Ново-Дивеево.

Исход боев в Москве решило огромное численное превосходство большевиков и артиллерия, большевики установили орудия в Замоскворечье и били по Кремлю прямой наводкой. Обстрел шёл также со Страстной площади, с Ходынки, и Воробьёвых гор. Снаряды попадали в Кремлевский дворец, Архангельский и Успенский соборы, разрушая вековые исторические святыни. Действия артиллерии были ужасны. Артобстрел вёлся безграмотно. Снаряды разрывались не в намеченной цели, а лишь после продолжительной пристрелки, разрушая большое количество жилых зданий, убивая при этом мирных жителей.


Юнкера на Арбатской площади

О том, в каком аду сражались юнкера, вспоминал комиссар Градоначальства А.Вознесенский: «Огненная стихия, не сдерживаемая пожарными командами, которые не могли тушить пожар после такого обстрела, яростно бушевала, разрушая всё на своём пути. Звонко лопались стёкла в окнах, таяла и лилась как масло, цинковая крыша, разноцветными огнями вспыхивали горевшие электрические провода, рушились расплавившиеся водопроводные трубы, выпуская воду фонтанами в подвал, где прятались жильцы, большинство из которых погибло, а часть была спасена юнкерами. И в таком аду эти мальчики продолжали сражаться».

Посреди храма Святой Великомученицы Екатерины, на носилках лежал убитый пулей в висок юнкер Иван Сизов. Когда солдаты уносили из Кремля тело этого юнкера, в ответ на соболезнование из толпы о мученической смерти, они выбросили тело с носилок на мостовую и грубо надругались над ним. Один из страшных эпизодов описала в своих воспоминаниях сестра милосердия М. Нестерович-Берг: «В Охотном ряду, на мостовой, лежал раненый юнкер с простреленной грудью и желудком. Я нагнулась над ним, хотела сделать перевязку. Но тут как из-под земли возникли два красногвардейца. Закричали: - Что, эту сволочь перевязывать? И штыками винтовок прокололи мальчику грудь. Я плакала и кричала, что раненых не добивали даже немцы на фронте. На что один из молодчиков ответил мне: - Нынче, мамзель, мода другая. Это буржуй, враг народа!»

29 октября большевики, расположив артиллерийские орудия около Бутырской тюрьмы, начали безжалостный обстрел кадетских корпусов. Самые маленькие воспитанники были переведены в 1-й кадетский корпус, который утром 30-го октября вывесил белые простыни. При этом старшеклассники пожелали сражаться вместе с юнкерами. Большевики подвозили всё новые и новые орудия. В час дня 30 октября юнкера попросили на 30 минут прекратить огонь, чтобы дать возможность покинуть училище кадетам и, находящимся в нём, гимназисткам Мариинской и Елизаветинской женских гимназий. Для того, чтобы сломить дух оборонявшихся, большевики пошли на подлость. Они заявили, что, если училище не прекратит сопротивление, то их люди, которым известны все адреса, найдут и изнасилуют жён офицеров, а детей просто убьют. Прекрасно понимая, что большевики давно уже успели внедрить своих агентов в офицерскую и юнкерскую среду, командование училища решило подписать акт о капитуляции. После заключения мира власть в Москве перешла к Советам, Белая гвардия расформировывалась, юнкера сдавали занятые здания, оружие. Часть отрядов из состава юнкеров офицерам удалось распустить, тем самым спасти им жизнь. Не пожелавшая сдать оружие после прекращения уличных боев 3-я рота была полностью уничтожена большевиками. Всем сдавшимся александровцам – офицерам и юнкерам гарантировалась безопасность. Многие не поверили этим гарантиям и поздним вечером ушли из училища по отдаленным переулкам Новинского бульвара.

Утром следующего дня в Александровском училище, окруженной многочисленной толпой, шла перепись офицеров и юнкеров. Изможденные, бледные они выходили из училища и здесь же на глазах у толпы их арестовывали красногвардейцы. Сдавшиеся под честное слово большевиков защитники Москвы были повешены здесь же, в Александровском саду, возле стен Кремля, остальные – расстреляны на территории воинских казарм в Лефортово.

Погибших юнкеров отпевали в храме Большого Вознесения у Никитских ворот и в храме Христа Спасителя, а хоронили на Мемориальном Братском кладбище во Всехсвятском. Из центра Москвы траурная процессия направилась во Всехсвятское, где в темноте, в свете мигающих факелов, состоялись похороны. Большевики запретили сопровождать похороны погибших юнкеров оркестром и возлагать венки. Белые хризантемы, да еловые ветки это была последняя дань мальчикам, исполнившим свой долг.
По свидетельствам современников, сама процессия, панихида на Братском кладбище и похороны потрясли москвичей.

К сожалению, до сих пор ещё не установлены все остальные места захоронения юнкеров, офицеров и студентов, погибших в октябре 1917 года. Косвенные данные указывают о захоронении их на Новодевичьем, Ваганьковском и Семёновском кладбищах.

В конце октября 1917 года Александровское военное училище прекратило свое существование. В его здании разместился Реввоенсовет, а затем Наркомат обороны.
Училище было воссоздано 31 января 1919 года в Екатеринодаре, на территории Вооруженных сил юга России, где оно не только готовило офицеров для армии, но и принимало активное участие в боевых действиях. В июле 1919 года военно-училищные курсы развернулись в городе Ейске и были преобразованы в училище военного времени генерала Алексеева. 11.1919 г. - курсы были переведены в г. Чугуев Харьковской губернии, из Чугуева курсы были эвакуированы в Новороссийск, 03.1920 г. – в Крым, в Симферополь.

В 1920 году за десантную операцию на полуострове Тамань батальон юнкеров Александровского военного училища получил две серебряные трубы с Николаевскими лентами из рук генерала П.Н. Врангеля. После эвакуации из Крыма училище на пароходе «Кизил-Ирмак» прибыло в Галлиполи, где 1 марта 1921 года училище стало именоваться как Александровское генерала Алексеева военное училище, ему были возвращены вензеля Императора Александра II. В июле 1921 года училище сделало первый выпуск – 107 человек. С 1922 по 1932 гг., вплоть до своего роспуска, Александровское военное училище находилось в Болгарии, в г. Варна.

Текст взят из книги « Александровское военное училище» А.Ю. Бабурин.

Фотоальбом Александровского военного училища

Автор проекта: Михаил Бородин
Tags: По историческим местам
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments