"Перекличка" журнал РОВС (pereklichka) wrote,
"Перекличка" журнал РОВС
pereklichka

Categories:

Русский Корпус и военная эмиграция

О Русском Корпусе на Балканах, 70-летие создания которого приходится на нынешний год, сохранилось довольно много свидетельств, которые были опубликованы (хотя полная история его формирования и деятельности, могущая быть создана на их основе, еще не написана).

Здесь же уместно будет остановиться на том, что характеризует его как явление. Исход Русской Армии в 1920 году не был просто «коллективной эмиграцией» большого числа людей, одетых в военную форму, это было отступлением антибольшевицкой армии – таким же, как в свое время из-под Орла на Дон, от Дона на Кубань, из Северной Таврии в Крым. Только теперь ей пришлось отойти за пределы российской территории.


Это обстоятельство, однако, ни в малейшей мере не меняло сути происходившего. Белая Армия продолжала существовать и несколько лет жила ожиданием возвращения в Россию и возобновления борьбы против большевизма. А почему, собственно, борьба против него должна была прекратиться? От того, что cоветской власти удалось одержать победу и установить контроль над почти всей территорией России, ничего ведь не изменилось: ни природа большевицкой власти, ни ее цели, ни отношение ко всему этому ее противников. При благоприятных условиях борьба могла быть продолжена, и именно этого ждала армия и в Галлиполи-Лемносе, и затем на Балканах.

Но обстоятельства сложились неблагоприятно. Союзники России по Мировой войне, из эгоистических соображений предавшие белые армии в 1919-1920 годах, теперь близоруко надеялись умиротворить чудовищный коммунистический режим и пошли на государственное признание Совдепии. Это положило конец как надеждам на возвращение Белой Армии в Россию, так и самому ее существованию в качестве настоящей армии.

Осенью 1924 года армия была преобразована в Русский Обще-Воинский Союз, и вместо вооруженной силы теперь существовали объединения безоружных лиц, рассеянных по разным странам и связанных только духовным единством. Вместо Русской Армии – русская военная эмиграция.

Прошло 20 лет. Много это, или мало? Для человеческой жизни, физического существования человека – очень много.
За этот срок только что родившиеся дети становятся совершеннолетними, юноши превращаются в зрелых людей, люди в расцвете сил становятся пожилыми, словом, человек переходит в качественно иную категорию. Но для человеческой памяти – очень мало, совсем ничего (события 1991 года помнятся столь же живо, как будто были вчера, а ведь это тоже 20 лет).

Поэтому для русской эмиграции в целом это время пролетело быстро. Она продолжала жить теми же воспоминаниями и ощущениями, только обстоятельства ее бытия за это время никак не способствовали ее боевому настрою, а, напротив, препятствовали этому. И все-таки, как только сложились хоть минимальные условия для продолжения борьбы, Белая Армия возродилась.

В свое время, говоря о ситуации конца 1917 года, А. И. Деникин говорил, что «если бы в этот трагический момент нашей истории не нашлось среди русского народа людей, готовых восстать против безумия и преступления большевицкой власти и принести свою кровь и жизнь за разрушаемую родину – это был бы не народ, а навоз». Так и теперь, если бы среди русской эмиграции не нашлось людей, готовых при первой возможности продолжить борьбу с коммунистической властью, то в ее существовании как русской эмиграции не было бы никакого смысла, она оказалась бы лишь беспринципным скопищем беженцев, чем-то типа новейшей «колбасной» эмиграции.

Но люди нашлись, и как некогда белые добровольцы спасли честь русского народа, так волонтеры Русского Корпуса спасли честь русской эмиграции.

В годы Второй Мировой войны, как известно, многие сотни тысяч русских людей с оружием в руках боролись против советского режима, чины Русского Корпуса количественно составляли лишь очень малую их часть. Но место они в этой борьбе занимают особое.

Объективно всю антисоветскуюборьбу русских можно, конечно, в определенном смысле рассматривать как продолжение Белого Движения, но между участниками конкретно исторического Белого Движения 1917-1922 годов и эмигрантами - с одной стороны и восставшими против советского режима, жившими и сформировавшимися при нем людьми - с другой, есть, разумеется, большая разница.

Особенность Русского Корпуса в том, что он представлял собой «в чистом виде» возродившуюся Белую Армию – и конкретно ту самую Русскую Армию, которая отошла из Крыма в Галлиполи и потом осела на Балканах. Он стал воплощением того, ради чего предшествующие 20 лет существовал РОВС, готовивший своих членов к продолжению борьбы, организовывавший прием в свои ряды молодежи, проводивший воспитательную работу и учреждавший военно-училищные курсы (выпускники которых, имевшие право на офицерский чин, должны были производиться в офицеры при воссоздании армии – как это и произошло: они получили его в Русском Корпусе).

Но и среди участвовавших в антисоветской борьбе русских эмигрантов, и русских формирований, составленных преимущественно или частично из эмигрантов, положение чинов Корпуса было специфично. Большинство бывших подданных Российской Империи воевали в составе обычных частей армий стран германского блока (в том числе, как мобилизованные граждане этих государств), либо в добровольческих русских частях, но изначально создававшихся в
составе германской армии. Русский Корпус же формировался как самостоятельная русская часть, лишь союзная Германии, но не входившая изначально в состав ее вооруженных сил и лишь впоследствии в них включенная.

Основой его состава были не случайно набранные эмигранты из разных стран, а компактно проживавшие на Балканах чины Русской Армии и их дети. Это обстоятельство обусловило не только идейно-организационную, но и прямую генетическую преемственность Корпуса от Русской Армии.

Есть и еще один аспект исторического бытия Русского Корпуса, на котором стоит остановиться. Я имею в виду то значение, которое приобрел факт его существования в последнее время, когда на очередной волне постулируемого в РФ «совпатриотизма» стало модно замалчивать и преуменьшать масштабы антисоветской борьбы русской военной эмиграции в годы Второй Мировой войны.

В обстановке значительно выросшего после 1991 г. авторитета ее имени в РФ ставится цель создать впечатление, что она преимущественно занимала просоветские позиции – с характерными для советской пропаганды методами выдачи исключений за правило, а правила – за исключения.

В этой связи обычно треплются несколько одних и тех же имен участников французского Сопротивления, муссируются высказывания и мнения отдельных лиц из числа эмиграции и даже приводятся примеры службы русских в войсках противостоящих Германии государств (хотя приписывать таковым симпатии к СССР достаточно странно: сражаясь в этой войне за свою новую родину, они испытывали к Совдепии не больше симпатии, чем любой другой жи-
тель этих стран). Но высказывания высказываниями, а десятки тысяч вооруженных добровольцев – дело совсем иное и вряд ли это вообще с ними сопоставимое.

И тут Русский Корпус, деятельность которого хорошо освещена документально, с его почти 20 тысячами чинов за время существования, один уже не оставляет камня на камне от спекуляций на эту тему. Ибо число его участников не идет ни в какое сравнение с несколькими десятками эмигрантов (пусть даже сотнями, если бы такое могло быть доказано), примкнувших к коммунистическим партизанам по всей Европе.

Конечно, шансы на успех дела, которым вдохновлялись чины Корпуса, были невелики. Но людям, оказавшимся в той ситуации, в которой оказались они, и сохранившим свои убеждения, важно было сделать то, что было возможно сделать.

И они это сделали, сохранив живую традицию антикоммунистической борьбы, продолжавшую жить и в последующие годы.

С. В. Волков

Опубликовано: "Наша Страна" № 2923 http://www.nashastrana.net/
Tags: Белое движение и борьба с большевиками
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments