?

Log in

No account? Create an account

Предыдущая страница | Следующая страица

В середине XIX века русский флот располагал прекрасно подготовленными матросами, офицерами и талантливыми флотоводцами, однако несколько отставал в корабельном составе и новом вооружении, поэтому во время Крымской войны 1853-1856 гг. парусный Черноморский флот не мог противостоять крупным и более многочисленным паровым судам англо-французской эскадры. Победители при Синопе были вынуждены затопить часть своих кораблей у входа в Севастопольскую бухту и сражаться на суше.

Между тем во флотах Англии, Франции и США в результате бурного развития промышленности, в том числе судостроительной, начали появляться броненосные суда с нарезными орудиями и новыми видами боеприпасов. Об этом своевременно информировали военное ведомство России официальные представители русского флота за рубежом (морские агенты), которые внимательно следили за развернувшимся броненосным судостроением в странах Европы и Америки.

Морское министерство, учитывая горький опыт войны 1853-1856 гг., стремилось ликвидировать отставание русского флота, поэтому значительную долю своих крайне ограниченных бюджетных средств выделяло на строительство броненосцев и на исследовательские работы по созданию корабельной брони. В результате уже в 1861 году была спущена на воду канонерская лодка «Опыт» - первое русское металлическое броненосное судно, которое имело водоизмещение 270 т, длину 37,3 м, ширину 6,7 м, скорость 8,5 узла, толщину брони 114 мм. Построили его за четыре месяца, что являлось по тем временам значительным достижением. При испытаниях канлодка показала удовлетворительные ходовые и боевые качества. В это же время по проекту, разработанному русскими инженерами, в Англии было заказано второе броненосное судно - плавучая батарея «Первенец». Кроме того, в Кронштадте по примеру французов начали обшивать броней деревянные фрегаты «Севастополь» и «Петропавловск», переделывая их в броненосные.

Но этих усилий морского ведомства оказалось явно недостаточно для удовлетворения потребностей флота, продиктованных государственными интересами. Поэтому царское правительство вскоре вынуждено было приступить к разработке и осуществлению большой программы военного кораблестроения. Этого требовала международная обстановка: Англия и Франция, воспользовавшись революционным движением в Польше, вмешались в русские внутренние дела и своими действиями создали угрозу новой войны.


В наиболее опасном положении, в случае начала военных действий и нападения вражеских военно-морских сил, оказались бы Кронштадт и Петербург, так как без корабельной поддержки с моря невозможно было отразить атаку броненосных судов, вооруженных нарезной артиллерией. Руководители морского министерства заявили, что «последний переворот в кораблестроении совершенно изменил отношения морских сил России к силам иностранных морских держав... война с морскими державами в настоящее время для России невозможна». С их выводом, что Россия находится в положении, «беззащитном с моря», согласился и Особый комитет, состоявший из представителей различных министерств и ведомств.

В сложившейся ситуации выход был один - в самый кратчайший срок создать на Балтийском море броненосную эскадру. Для этой цели правительство дополнительно выделило флоту 7 млн. рублей. На отпущенные средства было решено закупить за рубежом броненосные суда, оборудование для судостроительных заводов и необходимую техническую документацию. Реализацию принятого решения возложили на специально подобранную группу морских офицеров, которые имели большой опыт корабельной службы, прекрасно разбирались в судостроении и в совершенстве владели иностранными языками. В начале 1862 года все они были назначены на должности морских агентов в Англию, Францию, Бельгию, Данию, США и другие страны, получив задание особой государственной важности: форсировать выполнение уже сделанных русских морских заказов и разместить новые, изучить технологию и опыт броненосного судостроения, и боевые возможности броненосцев. Общее руководство этим торгово-дипломатическим мероприятием было поручено контр-адмиралу Г.И. Бутакову.

Самую большую группу (14 человек) во главе с капитаном 1 ранга С.П. Шварцем и капитан-лейтенантом А.А. Колокольцевым направили в Англию, где она сразу же столкнулась с огромными трудностями. Дело в том, что англичане, руководствуясь, прежде всего, политическими мотивами, всячески тормозили выполнение заказов из России, в том числе и строительство батареи «Первенец». Опасаясь, что в определенной ситуации английское правительство может конфисковать эти заказы (подобный прецедент уже имел место быть перед началом Крымской войны), русское морское министерство решило переправить свою плавбатарею на достройку в Кронштадт.


Сделать новые заказы на броненосцы не удалось ни в Англии, ни в других европейских странах из-за больших сроков изготовления, непомерно высокой стоимости или технического несовершенства предложенных проектов. Таким образом, главная цель, поставленная перед морскими агентами в Европе - приобретение броненосцев, - достигнута не была.

Иначе сложились обстоятельства в Америке, где в это время шла гражданская война. Морским представителем в США был послан капитан 1 ранга С.С. Лесовский, «один из отличнейших и способнейших офицеров флота», как характеризовал его адмирал Краббе в письме к русскому послу в Вашингтоне Э.И. Стеклю. Помощника ему предложили подобрать самому, и Лесовский остановил свой выбор на известном кораблестроителе, капитане корпуса корабельных инженеров Н.А. Арцеулове, отличившемся при постройке клиперов «Абрек», «Всадник», корветов «Варяг», «Витязь» и других судов. Перед отъездом оба офицера получили подробные инструкции от технического комитета, артуправления, кораблестроительного и других департаментов морского министерства. Кроме того, они тщательно изучили состояние и возможности отечественных судостроительных заводов, а также результаты проводившейся исследовательской работы в области броненосного кораблестроения и нарезной артиллерии.

По пути в США Лесовский сделал остановку в Англии, чтобы ознакомиться с английским опытом строительства броненосцев. Результаты пребывания в этой стране он изложил в обстоятельном донесении от 30 июля 1862 года, в котором указал на многие недостатки у англичан в данной области. «...Я оставил Англию не с запасом рациональных положительных данных, - писал он, - а, напротив, в самом шатком недоумении от всего виденного, слышанного и читанного... Опыты пальбы в щит убедили в неудовлетворительности системы крепления плит брони, а между тем на всех новых судах предполагалось крепить плиты по-прежнему». Невысокого мнения он остался и об английских морских орудиях Армстронга, устанавливаемых на броненосные суда без достаточной отработки. Во взглядах на классификацию судов и тактику применения броненосцев еще не было в тот период никакого единства даже в самом английском адмиралтействе.

По прибытии в США С.С. Лесовский сразу же был представлен президенту Линкольну, министрам и видным конгрессменам, которые с пониманием отнеслись к его ответственной миссии. Представителю русского морского ведомства было обещано всяческое содействие в знак благодарности за то, что Россия занимала твердую позицию невмешательства во внутренние дела США и препятствовала осуществлению Англией и Францией интервенции в Америку.

В США в то время не существовало технически обоснованной программы военного судостроения. Правительственные заказы общей стоимостью 20 млн. долларов стихийно размещались на частных промышленных предприятиях. Лесовскому потом пришлось не раз наблюдать, как множество изобретателей и дельцов осаждали государственные учреждения, в том числе и морское министерство, стремясь заручиться поддержкой чиновников, конгрессменов, министров и даже самого президента, чтобы добиться получения военного заказа. Счастливчики, которым удавалось это сделать, иногда в считанные месяцы наживали миллионы на поставке вооружения, зачастую несовершенного и требующего длительной доработки.

Получив официальное разрешение американских властей на посещение судостроительных заводов и изучение всего комплекса броненосного судостроения, русские офицеры сразу принялись за порученное дело. Понимая особую важность и срочность задания, они работали почти круглые сутки: днем осматривали заводы, мастерские, верфи, а ночью записывали и чертили те конструкции, которые видели на заводах, составляли донесения в Петербург.

Арцеулов, страдавший сердечным заболеванием, часто не выдерживал такого напряжения и буквально падал, теряя сознание. Лесовский приводил его в чувство, и после короткого отдыха они продолжали трудиться. Оба прекрасно понимали, что губят свое здоровье, но иначе поступить не могли. Позже Степан Степанович Лесовский так писал об этом периоде их жизни: «...или надобно было отказаться, или работать до полного самозабвенья о своем здоровье».

Через несколько месяцев русские офицеры до тонкостей знали конструкцию и технологию изготовления строившихся броненосцев, а также оборудование судостроительных заводов и верфей. Кроме судостроительных предприятий, они изучили также артиллерийское и пороховое производства. За это время С.С. Лесовский и Н.А. Арцеулов посетили многие промышленные центры Америки: Бостон, Нью-Йорк, Филадельфию, Балтимор, Питтсбург, Сент-Луис, Кейро, Цинциннати и др.

Однако, несмотря на сочувственное отношение к миссии русских моряков со стороны президента США Линкольна, членов конгресса и правительства, а также полученное ими разрешение изучать броненосное судостроение, американские бизнесмены старались не допускать их к ознакомлению с технологией производства, организовывали тщательную слежку за Лесовским и Арцеуловым, создавая этим немало трудностей в их работе. И только благодаря уникальным способностям Николая Александровича Арцеулова это препятствие удавалось преодолеть. Вот как писал С.С. Лесовский о своем товарище в донесении морскому министру в Петербург: «Капитан Арцеулов сопутствует мне во всех моих поездках, и, видевши ежедневно его деятельное содействие, быстроту его соображения в понимании чертежа, на котором и останавливаться долго нельзя, я считаю обязанностью высказать мою признательность за его назначение ко мне в сотрудники. Кроме того, г. Арцеулов обладает еще талантом... срисовывать на память виденное на заводе, сохраняя размерения с необыкновенной точностью»". В этих словах не было и тени преувеличения. Чертежи, сделанные Арцеуловым во время командировки в Америку, и находящиеся на хранении в ЦГА ВМФ, даже сейчас, по словам специалистов, поражают совершенством исполнения.

Большое внимание Лесовский уделял вопросам боевого использования броненосцев. Для этого он с разрешения американского правительства выезжал на реку Миссисипи в район Виксберга, где шли особенно ожесточенные бои с участием военно-морских сил обеих сторон. Находясь на броненосцах северян, он имел возможность оценить их боевые качества, выявить сильные и слабые стороны. С.С. Лесовский, кроме того, изучал тактику использования броненосного флота при блокаде Атлантического побережья США. А в январе 1863 года он получил приглашение присутствовать на артиллерийских испытаниях новейшего броненосца «Монтаук».


В связи с сообщениями американской печати о том, что при стрельбе из башенных нарезных орудий Далгрена, установленных на этом броненосце, у орудийной прислуги лопаются барабанные перепонки и наступает шоковое состояние, Лесовский решил лично испытать воздействие от выстрелов. Во время стрельб по щиту он находился попеременно в башне, рулевой рубке, на палубе и убедился, что в башне действие сотрясения воздуха на присутствующих при выстреле, не более, подобного действия «в деке корабля от обыкновенных наших пушек». Затем на этом же броненосце в штормовую погоду он совершил пробное плавание вдоль Атлантического побережья из Нью-Йорка в Форт-Монро для проверки ходовых качеств судна. Лесовский был единственным иностранным офицером, которому удалось присутствовать при подобных испытаниях во время гражданской войны.

Проанализировав и сравнив сведения, полученные от морских агентов из Европы и Америки, русское морское министерство приняло решение закупить у американцев суда типа «Монитор», как наиболее подходящие для защиты Кронштадта. Лесовскому дали указание срочно заключить контракты на постройку мониторов. В помощь ему направили еще трех специально подготовленных офицеров. Однако, выяснив там возможные сроки изготовления кораблей, Лесовский предложил министерству не заказывать броненосцы в Америке, а построить их в России за более короткий срок. Не прекращая переговоров с американцами, он направил своего помощника со всеми чертежами и расчетами в Петербург для личного доклада правительству.

Морское министерство на основе представленного доклада приняло решение о строительстве десяти однобашенных мониторов типа «Ураган» и «Тифон» на отечественных заводах под руководством Н.А. Арцеулова. Началась напряженная работа по созданию технической базы броненосного судостроения. Строились новые заводские корпуса, эллинги, мастерские. Требовалось обеспечить получение материалов, машин, обучить тысячи мастеровых. Одна из самых ответственных задач - изготовление брони - возлагалась на Ижорский и Кронштадтский заводы, которые были выбраны по конкурсу. Контроль за производством броневой стали по всей технологической линии, начиная с проверки качества руды на уральских горных заводах, осуществляли морские офицеры, прошедшие специальную подготовку в горном институте.

Строительство броненосных судов было строго засекречено. Оно велось в Новом адмиралтействе, на Галерном островке, Балтийском, Невском, Ижорском заводах, а также на заводах Берда и Кудрявцева, где был введен особый пропускной режим. Работа шла круглосуточно (по ночам - при свете ламп и факелов), без перерывов в выходные и праздничные дни. В постройке судов активно участвовали их будущие экипажи, работа которых сочеталась с боевой подготовкой. Для обучения личного состава на берегу выстроили действующий макет башни и машинного отделения монитора в натуральную величину (новые корабли имели длину 61,3 м, ширину 14 м, водоизмещение 1566 т, скорость 6-7 узлов, вооружение: 2 - 381-мм орудия, впоследствии замененные на 229-мм).


Несмотря на исключительно высокий темп работ, было видно, что в навигацию 1863 года броненосцы спустить на воду не удастся. Между тем отношения с Англией и Францией ухудшались, война могла вспыхнуть в любой момент. Требовалось не допустить ее развязки, по крайней мере, до наступления зимы, когда воды Финского залива окажутся скованными льдом и станут непроходимыми для вражеских судов. С этой целью морское министерство разработало план отправки в океанское крейсерство двух эскадр - Тихоокеанской и Атлантической - из деревянных винтовых судов под командованием контр-адмиралов А.А. Попова и С.С. Лесовского для нанесения удара по торговым коммуникациям Англии и Франции в Тихом, Атлантическом и Индийском океанах, в случае начала военных действий. Замысел был настолько смел и удачен, а исполнение так блестяще, что Англия, а затем и Франция были вынуждены отказаться от вооруженной агрессии против России.

Это позволило в конечном итоге успешно выполнить судостроительную программу. В навигацию 1864 года воды Балтийского моря уже бороздила грозная броненосная эскадра русского флота. Путь к столице вражеским судам был закрыт. К сожалению, достроить мониторы лично Арцеулову не удалось. 28 ноября 1863 года Николай Алексеевич Арцеулов на 47 году жизни скоропостижно скончался от разрыва сердца на стапеле строящегося корабля. Похоронен он был на Митрофаниевском кладбище Санкт-Петербурга. В 1864-1865 годах судостроители Н.Г. Коршиков, X. В. Прохоров и другие после смерти Арцеулова всего лишь за один год достроили спроектированные им десять броненосных мониторов «Ураган», «Тифон», «Стрелец», «Единорог», «Броненосец», «Латник», «Колдун», «Перун», «Вещун», «Лава» и «Единорог».

Сложный комплекс мероприятий, осуществленных русским морским министерством, позволил в беспрецедентно для той эпохи короткий срок реорганизовать военную судостроительную промышленность страны, обеспечить техническую базу броненосного судостроения и создать первую эскадру броненосцев мониторного типа для защиты Кронштадта и Петербурга.

Успехи русских судостроителей обратили на себя внимание европейских и американских государств. Их опыт стали тщательно изучать за рубежом. В 1864 году военно-морское министерство США обратилось с просьбой к русскому правительству прислать отзыв С.С. Лесовского об американских броненосцах, так как он объективно и беспристрастно оценил их качества и заметил «первоначальные недостатки этих судов». Критические замечания русского офицера были учтены американцами в последующих корабельных конструкциях.

Русские судостроители продолжали совершенствовать отечественное броненосное судостроение. Спущенный в 1872 году на воду новый корабль «Петр Великий», построенный по проекту А.А. Попова, был признан всеми странами как лучший броненосец мира того времени. Когда русский броненосец отправился в 1881 году в свое первое большое плавание по Средиземному морю, к нему было привлечено внимание специалистов военно-морского дела во многих странах. Один из самых известных английских кораблестроителей, инженер Рид, писал в газете «Таймс», что русские превзошли англичан, как в отношении боевой силы существующих судов, так и в отношении новых способов постройки, а «Петр Великий» представляет собой судно более сильное, чем всякий из английских броненосцев. Таким образом, русская техническая и военно-морская мысль второй половины XIX века смогла оказать значительное влияние на развитие мирового судостроения и военно-морского искусства.

В заключении стоит сказать, что жизнь С.С. Лесовского была более долгой, чем у Н.А. Арцеулова, и сложилась вполне удачно. В 1864 году он стал военным губернатором Кронштадта, в котором благодаря его кипучей деятельности устроили городской водопровод, провели газ, построили новые казармы. С 1 января 1876 по 23 июня 1880 Лесовский занимал пост Управляющего Морским министерством, который покинул по собственному желанию в связи с возникшими в отношениях с Китаем недоразумениями, чтобы возглавить тихоокеанскую эскадру. С 1880 года до 1884-го Степан Степанович был главным начальником морских сил на Тихом океане. А с 1882 - Главой Комиссии по пересмотру Морского устава. Скончался в 1884 году, через месяц после выхода в отставку, в звании полного адмирала по состоянию здоровья. Похоронен С.С. Лесовский был на Новодевичьем кладбище в Санкт-Петербурге.

Источники:
Золоторев В., Козлов И. Строительство броненосного флота прибрежного действия // Три столетия Российского фота. СПб.: Полигон, 2003. С.414-434.
Колесников И., Кузинец И. Морские инженерные династии // Морской сборник. 1998 . №1. С.67-72
Врубель В. Из истории строительства первых русских броненосцев. // ВИЖ. 1987. №7. С.95-102.
Группа авторов. История военно-морского искусства. Воениздат. 1969, С. 67-72
Смирнов Г. Генетический феномен Айвазовского //Техника-молодёжи. 2008.№10. С.62.


Инженер-технарь
ЭЛЕКТРОННЫЙ АДРЕС ДЛЯ ВОПРОСОВ РУКОВОДСТВУ РОВС
pereklichkavopros@gmail.com

НАШ БАННЕР

Перекличка

Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!

РОВС

Иванов-Лискин

Страница И.Б. Иванова




Наши Вести

Союз Дроздовцев

ЛГКГП

ПравБрат



Помощь блогеру


Разработано LiveJournal.com